УкрРус

Убийственная красота: почему женщины становятся террористками

  • Убийственная красота: почему женщины становятся террористками
    understand-islam.com

"За поясом у меня был пистолет, гранаты в кармане, а ТНТ в сумочке. Я выглядела по-модному. Я открыла сумку для проверки, но мужчина, как только увидел мой грим, приказал рукой подойти к нему".

Лейла Халед – член Народного фронта освобождения Палестины, состояла в арабском националистическом движении с 15 лет. Она была частью команды, которая угнала самолет TWA 840 на своем пути из Рима в Афины. Тогда никого не ранили, но аппарат взорвали, после того как высадили заложников.

Как сообщает BBC, Лейла была одной из самых известных женщин-воздушных пираток в мире в конце 1960-х годов – красивая, опасная и политически преданная палестинским убеждениям террористка. Это женщина со знойными глазами, автоматом Калашникова в руках и тщательно уложенным платком на голове. Не раз она прибегала к услугам пластической операции, чтобы скрыть свое знаменитое лицо для осуществлений новых операций, оставаясь незаметной. Но она отнюдь не была первой женщиной, кто попал в заголовки газет за насилие в политических целях.

Лейла Халед

Одним из примеров для подражания для нее была Зохра Дриф – террористка-смертница, которая в сентябре 1956 года подложила бомбу в кафе Milk Bar в Алжире. Жертвами стали пожилая женщина и ее пятилетняя внучка, которой оторвало ногу.

"История любви" женщин к террору восходит еще дальше. Женщины сыграли ведущую роль в России 19 века в революционном движении, деятельность которого ознаменовала начало современного терроризма. Совсем недавно таких женщин заметили и в Германии, в Италии, в Северной Ирландии; они пополнили ряды организации "Тигры освобождения Тамил-Илама" на Шри-Ланке, где, по оценкам специалистов, женщины составляют треть бойцов организации и совершают треть всех суицидальных терактов.

Мотивации

Так что привлекает женщин в терроризме? По их словам, как и коллеги-мужчины, они часто обращаются к насилию из-за страстной политической приверженности.

Сегодня Лейла Халед и Зохра Дриф вспоминают о своих деяниях с гордостью. Они отказываются называть себя террористками и до сих пор считают свои причины оправданными. "Моей задачей было держать руки и бороться, как мои люди", – сказала Халед. "Да, мы напали на мирных жителей. Но что было причиной войны? Европейские мирные жители оккупировали нашу страну, и мы боролись за нее. Мы были на войне", - заявила Дриф.

Лейла Халед также настаивает на том, что она действовала по инструкциям, чтобы не причинять никому вреда, хотя, конечно, готова была на все. Когда она угнала американский самолет TWA в 1969 году, то угрожала взорвать гранату, если пилот не согласился бы изменить курс на Дамаск. "Я должна была держать под контролем гранату в течение шести часов, потому что я вынула кольцо", - поделилась своими воспоминаниями Лейла.

Для некоторых женщин вовлечение в терроризм является расширением своих прав и возможностей.

Экстремистки из группировки ИГИЛ

Образ матери

Майрид Фаррелл была одной из самых известных женщин в Ирландском республиканском движении вплоть до ее смерти от рук британских спецслужб в Гибралтаре в 1988 году. За год до гибели она напомнила в интервью о женском "грязном протесте", которым руководила во время отбывания срока в тюрьме Арма за причастность к созданию бомбы ИРА.

Она сказала, что несмотря на то, что первоначальной целью было поддержать заключенных-мужчин, протест также сделал женщин более осведомленными в своем политическом статусе и в праве быть активистами, также, как женами и матерями. "Нашей шуткой было выражение "Мать Ирландия, слезь с нашей спины" потому, что это отражало не то, во что мы верили, а то, от чего мы ушли", - сказала она.

На Шри-Ланке, Миа Блум, автор исследования о женщинах-террористах под названием "Гром среди ясного неба", говорит, что была поражена уровнем посвящения бойцов женского пола в "тамильские тигры". Миа говорит, что, хотя они часто вступали в эту "секту" из-за личной трагедии, все же ставали политически подкованными, изучая корень конфликтов, и конкурировали с мужчинами и друг с другом, чтобы стать террористками-смертницами.

Нет никаких сомнений, что террористки были весьма эффективны - просочиться через пропускные пункты для них было достаточно легкой задачей, чем для мужчин, более того, они спокойно могли спрятать оружие под одеждой.

Новые проверки безопасности

Некоторые западноафриканские страны, в том числе Чад, Габон и части Камеруна, в последнее время начали оглашать о запрете прикрытия лица на публике после ряда терактов от смертниц в парандже. Эксперты отмечают, что решение поставить женщин на линии фронта часто является признаком того, что террористическое движение в беде. Более того, не все сразу могут поверить, что женщины способны на такое.

В России, после того, как президент Путин начал кампанию против чеченских террористов еще в 1999 году, женщины-смертницы стали очень распространены; они были известны как "черные вдовы" (из-за черной одежды и потому, что они, казалось, совершают террористические акты в качестве мести за потерянных мужей, сыновей и братьев).

Но пример Чечни также наталкивает на парадокс. Неужели так далеко эти женщины зашли лишь из-за мести и отчаяния, что им больше нет ради чего жить? И если да, то сколько времени нужно было их уговаривать пойти на такое преступление и принять радикальное решение?

Во время осады Московского театра в 2002 году именно чеченские мужчины-террористы руководили операцией, в то время как их подельники-женщины носили жилеты смертников и выполняли их приказы.

Дженнет Абдурахманова со своим покойным мужем Умалатом Магомедовым. Она стала "чёрной вдовой" – террористкой-смертницей – подорвав себя в московском метро

Конец стыда

На Шри-Ланке также есть доказательства того, что некоторые женщины обратились к терактам после того, как были изнасилованы и хотели покончить с позором для себя и своей семьи.

А что говорят о молодых женщинах, путешествующих в Сирию, чтобы стать "невестами джихадистов" для бойцов "Исламского государства" (ИГ)? Нет никаких доказательств пока, что они сами совершали все нападения. Но некоторые онлайн-посты под их именем могут быть кровожадными и кровопролитными, поскольку они наслаждаются своими и чужими террористическими актами.

Эрин Солтмен из Института стратегического диалога, который вел онлайн-слежку за некоторыми женщинами, говорит, что причинами их интереса в ИГ можно определить следующие: сестричество, принадлежность, романтика и обещание расширения прав и возможностей от организации, которая обещает не сексуализировать вас (хотя в действительности все может быть по-разному). Таким образом, женщины, только что прибывшие в Сирию или Ирак, сразу чувствуют руку контроля над собой.

Но кажется, что те, кто изучает этот феномен, ставят перед собой главную задачу ничего не упрощать. Как и у мужчин-террористов, так и у таких же женщин, есть многочисленные причины быть даже пассивными участниками, не то, что совершать ужасные террористические акты.

Наши блоги