УкрРус

Языковой барьер

Читати українською
  • Языковой барьер
    kpfu.ru

"Что им мешает выучить наш язык?" – с таким вопросом сталкиваешься все чаще и в Киеве, и в Нью-Йорке, и в Москве, и в Тель-Авиве. Вопрошающие редко знают, имеются ли в их стране подходящие и доступные учебные заведения для взрослых, соответствуют ли они потребностям тех, кого должны научить.

Это 30 миллионов людей, которые элементарно не умеют читать и писать

В США 30 миллионов взрослых, которых считают безграмотными. Это 14% населения США. И их число растет. Большая часть безграмотных – это мигранты, который переехали в Штаты уже взрослыми. Впрочем, немало безграмотных и среди рожденных в США.

Причем это люди, которые не то, что не могут читать сложные художественные тексты (таких в Штатах еще 63 миллиона – 29% населения). Это 30 миллионов людей, которые элементарно не умеют читать и писать. Им сложно прочесть меню, указатели на улице, надписи на бутылочке с лекарством и корешок от чека зарплаты. Разумеется, они не имеют шансов получить даже самую низкооплачивамую работу.

Десятки тысяч взрослых учеников медленно и кропотливо пытаются заполнить пробелы начального образования. В США для них работает ряд различных государственных и общественных программ.

Я отправился в находящийся неподалеку учебный центр BOSES – это Комитет по кооперативным образовательным услугам. Раньше он был государственным, а сейчас – как и почти все общественное в США – стал общественно-частным предприятием. Такая форма собственности позволяет корпорациям вкладывать деньги в государственные службы и получать прибыль. Так, в центре, расположенном в городке Айслип в Лонг Айленде, профессиональные курсы платные, а курсы английского языка – бесплатные.

В Лонг Айленде много мигрантов. Больше всего их из Латинской Америки, но есть и из стран СНГ, Китая, Кореи. Я ожидал, что и в классах будет больше всего мигрантов. Тем более, что политика штата обязывает школу не спрашивать документы, подтверждающие легальный статус в США. Однако в классе, куда я зашел, англоязычных американцев было больше, чем мигрантов.

Нэнси Мак Лейн - 55. У нее с собой папка с листочками удостоверений, которые она получила в школе для взрослых. Один из них – грамота "Top performer", что по-русски примерно значит отличник. Прочитать свою грамоту Нэнси способна лишь отчасти. Она знает, что "toр" означает "вершину, высший уровень". Нэнси весьма довольна собой:

– Раз высший, значит, я хорошо успеваю.

Зато слово "performer" для нее - все еще нагромождение букв, и она понимает, что пока так и не научилась читать.

Нэнси училась в американской школе. В пятом классе ее перевели в спецшколу с переполненными классам. Педагоги ее обходили своим вниманием. Читать и писать она, как миллионы других американцев, в школе так и не научилась.

– Я чувствовала, что они смотрели сквозь меня,– рассказывает Нэнси.

После седьмого класса Ненси бросила школу. Сейчас живет с престарелой матерью. Научилась по цвету наклеек различать лекарства, которые дает маме. Вызубрила наизусть строки из Библии, чтобы в церкви никто не заподозрил ее в неграмотности. Ездить она старается только по знакомым дорогам.

Поначалу уровень грамотности 55-летней Нэнси определили, как детсадовский, а сейчас она сдает тесты на уровне второго класса

– Я не могу прочесть название маршрута на автобусе. Но я понимаю, что с левой стороны улицы он повезет меня в город, а с правой – отвезет домой.

Неграмотная Нэнси с трудом находила себе работу. Даже самые близкие люди пользовались ее неграмотностью. Члены семьи требовали с нее 25-30 долларов, чтобы помочь получить ее деньги или выписку со счета.

Нэнси учится в центре уже восемь лет, но так и не научилась читать. Хотя успехи есть. Поначалу уровень ее грамотности определили, как детсадовский, а сейчас она сдает тесты на уровне второго класса.

– Когда приходит счет за электричество, я уже могу понять, что его надо заплатить до 10-го ноября, и от этого я чувствую себя потрясающе, – говорит Нэнси.

Однофамилец известного медиа-магната и мэра Нью-Йорка Кен Блумберг прогрессирует быстрее Нэнси. Ему 35, он уроженец маленького городка на севере штата Нью-Йорк. Блумберг закончил 11 классов, и все время изобретал способы, как бы замаскировать свою неграмотность. Он пользовался опцией автоматического заполнения в компьютерах, рассказывал, что забыл свои очки для чтения.

- Скажем, собераемся мы где-нибудь поесть, и надо что-то заказать по меню… Я слушал, что заказывают. Если кто-то заказывал, например, гамбургер, то я тоже заказывал себе гамбургер.

Блумберг всю жизнь работает на стройке и считает, что ему повезло. Американцев, бросивших школу, увольняют в два раза чаще, чем тех, кто имеет аттестат зрелости. Для них находится лишь низкооплачиваемая работа безо всякой надежды на продвижение. В тяжелые времена их увольняют первыми.

Читайте:

Текст

Сегодня жесткая американская меритократия носит тотальный характер, она безжалостна ко всем, кто по разным причинам выпадает из установленных рамок. Никакого уважения к труду или личности здесь не признают. Человек определен как ресурс – как бензин или зерно. Да и меритократия больше не обеспечивает социальной мобильности. Лишь в классово разделенной Британии социальная мобильность еще ниже.

Реальные данные сильно расходятся с тем, что американцы думают о себе. Они твердо верят, что у них самая высокая социальная мобильность в мире. Вопреки всем статистикам, около 80% молодых людей уверены, что именно им повезет, и они станут богатыми.

Сидящий рядом Хозе учится в разных заведениях для взрослых уже 20 лет. Как и миллионы других уроженцев Латинской Америки, он вырос в США. И тем не менее, он неграмотный

Блумберг тоже сохраняет американский оптимизм. Он хороший строитель и мог бы зарабатывать больше, если бы имел лицензию подрядчика. Но для этого надо сдать письменные экзамены. Он надеется, что научится писать.

– У меня замечательные руки, – рассказывает Кен, – но я не подрядчик. Пока я не сдам экзамен, для меня закрыты многие двери в строительном бизнесе. И это, знаете, действует на нервы.

Блумберг еще учится читать и писать с добровольцем из организации "Волонтеры американской грамотности". Он уже умеет выписывать собственные чеки и говорит, что начал читать свою первую книжку. Блумберг радуется, что может читать дорожные указатели. "Это совсем другая жизнь", – говорит он довольно.

Сидящий рядом Хозе учится в разных заведениях для взрослых уже 20 лет. Как и миллионы других уроженцев Латинской Америки, он вырос в США. И тем не менее, он неграмотный. В 1969 году, когда в его родном Сальвадоре вспыхнула гражданская война, Хозе был в шестом классе. Он попал в Америку подростком. Стать грамотным для Хозе очень важно, но, кроме этого, ему нужно еще работать, содержать семью и помогать родителям.

Анна Анатольевна приехала из пораженного атомной аварией украинского города Припять лет 20 назад. Все эти годы она ходит в школу и совершенствует свой английский язык. Анна Анатольевна замужем, ее дочь выросла в Америке. Здесь же родился внук.

– Я должна выучиться читать и писать грамотно, – говорит мне Анна по-английски.

Она добирается на занятия в школу двумя автобусами.

– Клянусь, что стараюсь не пропустить ни одного дня.

В классе много таких женщин, как Анна, - говорит завуч школы Аннет Гарфильд.

– Они работают уборщицами. Уборка заканчивается в семь утра, а к полдевятого они поспевают в школу. Другие работают официантками, поварами, дежурными на автостоянках. Недавно я возвращалась из ресторана в полтретьего утра. Когда мы подъехали, чтобы заплатить за стоянку, то в будке сидел наш ученик. В полдевятого утра он был в классе. Он заканчивал работу в пять часов.

По словам завуча, Анне Анатольевне повезло. У них в школе не хватает мест. Более тысячи человек из списка кандидатов ждут, когда появятся места. В каждом американском штате желающих учится куда больше, чем имеющихся мест.

Хейд Райли из организации Literacywork International рассказывает, что в Америке миллионы людей не говорят дома по-английски. Большинство – это иммигранты, и многие из них весьма ограниченно владеют английским языком.

Керол Берковиц преподает разговорный английский в школе для взрослых. В ее переполненном классе ученики из десятка разных стран.

– Средства ограничены и очень трудно справляться в классе, когда русскоязычные не справляются с артиклями и испытывают трудности с произношением звука -th-, для которого в их языке нет эквивалента. Корейцам сложно произнести звук -z-, a выходцы из стран испанского языка борются со звуком -у-.

Хейд Райли часто приходится слышать вопрос "А почему мигранты не выучат наш язык?" Ей приходится объяснять, как трудно выучить иностранный язык.

– Требуется не только выучить грамматику и произношение. Нужны тысячи слов. И надо выстроить то, что мы называем, коммуникативной компетентностью - то, что позволяет вам не только знать, что, кому и когда можно сказать, а и то, чего говорить не стоит.

- Очень часто американцам как раз не стоит рассказывать, насколько здесь народ в массе закрыт, подозрителен и враждебен к людям, говорящим на других языках, - рассказывает антрополог Мэри Волкофф. – Он враждебен даже если кто-то говорит по-английски с акцентом. И не только с иностранным, а часто даже из другого региона Соединенных Штатов.

Мэри из так называемого третьего поколения белой эмиграции родилась в Америке. Замужем за выходцем с Украины, воспитывала его ребенка от первого брака.

– Американцы по идее не против иммиграции, но в массовом сознании ожидается, чтобы мигранты побыстрее ассимилировались, избавились от чужого языка и стали как все, - говорит Мэри.

Глубоко в нас живет страх перед чужим. Однако, еще больше – знаменитое американское торопыжество, отсутствие терпения. Это нетерпение как раз очень заметно в таких больших городах, как Нью-Йорк. Там нет сознания, как в глубинке, что американская культура если не единственная в мире, то универсальная и подходящая для всех. И порой, мне бывает стыдно за моих сограждан, американцев, - заключает д-р Волкофф.

Наши блоги