УкрРус

Во что обойдется Западу отказ от Украины?

Главный вопрос, которым все задаются: что происходит с Украиной? Наблюдаем ли мы ренессанс 2005-го года, когда ссоры между "проевропейскими" силами привели к реваншу "пророссийских"? Есть ли смысл для запада и дальше поддерживать Киев, или стоит сосредоточиться на других восточноевропейских странах? Может ли Украина вырваться из постсоветского замкнутого круга и стать частью одной из дальних орбит Евросоюза? Об єтом пишет Павел Казарин для intersectionproject.eu.

Все эти вопросы абсолютно закономерны. Тем более, что парламентский кризис, перспективы досрочных выборов, неумение находить компромиссы, усиление популистской риторики – это та украинская реальность, которая дана в ощущениях. Но особенность украинской ситуации именно в том, что нынешний этап был абсолютно неизбежен. Настолько, насколько неизбежен переходный период у подростка.

Этап первый. Революция

Надо понимать, что Украина до Виктора Януковича была классическим коррупционно-корпоративным государством. Управление государством шло в рамках олигархической модели, которая была сформирована еще во времена экс-президента Леонида Кучмы. Политическое пространство не было монополизировано – соперничающие друг с другом кланы уравновешивали друг друга, а потому всякий раз выборы были конкурентными. Виктор Янукович сломал эту модель – он превратил ее в криминальную. Он нарушил большинство существовавших в стране правил: сломал олигополию, сажал в тюрьму политических соперников, усиливал репрессивную систему.

Майдан – в его формате уличного восстания – смог остановить сползание страны в эту систему. Но он всего лишь "отыграл" на один ход назад: обнулив власть людей, которые хотели создать в стране криминальную систему управления, он вернул рычаги влияния тем, кто управлял Украиной до Виктора Януковича. Тем, кто привык жить в рамках коррупционно-корпоративной системы отношений. И более ста погибших активистов Майдана – это та цена, которую страна заплатила за возвращение из криминальной системы в коррупционную.

Кто-то скажет, что разницы между этими двумя системами нет – и будет неправ. Эта разница заключена в том, что коррупционно-корпоративная система способна эволюционировать. Ее можно принуждать к переменам, заставлять проводить реформы, внедрять антикоррупционное законодательство. А криминальная система способна лишь паразитировать на государстве, чтобы в конечном счете неминуемо погибнуть. Обычно – вместе со всей страной.

Я понимаю эмоции тех, кто ждал, что после Майдана одномоментно произойдут перемены к лучшему. История восстания украинской улицы была слишком уж кинематографична – она невольно заставляла верить в обязательный хеппи-энд. Но жизнь мало похожа на художественный фильм: она скорее напоминает телесериал. В котором победы обязательно чередуются с поражениями. При этом особенность нынешней украинской ситуации состоит именно в том, что реванш пророссийских сил невозможен.

Этап второй. Война

Украинский 2016 год принципиально отличается от 2006-го. Десять лет назад разочарование в проевропейских силах, которые не могли договориться между собой, привело к реваншу пророссийских партий и к победе Виктора Януковича на президентских выборах.

Этот сценарий в нынешних условиях воспроизвести не получится. Причиной стала аннексия Крыма и война на Донбассе. Именно в этих двух регионах обычно получали голоса те партии, которые использовали просоветскую и пророссийскую риторику. Сегодня оба эти региона фактически исключены из электорального поля Украины. А просоветских настроений в других регионах страны недостаточно, чтобы обеспечить "Оппозиционному блоку" победу на перевыборах в украинский парламент. Он может усилиться, но не победить.

Главная же проблема для современной Украины – это популисты. В бедной воюющей стране особенно популярны те политики, которые дают простые ответы на сложные вопросы. Как раз их усиление может привести к уменьшению и без того невысокого коэффициента полезного действия украинских властей. Но специфика ситуации в том, что любые власти Украины зависят от западной помощи, а потому с ними можно разговаривать в режиме "торга", обменивая новые финансовые транши на принятие критически важных законопроектов. Для Украины это важно с точки зрения ее перспектив, потому что внедрение того же антикоррупционного законодательства повышает эффективность всей системы. И ключевой вопрос – зачем это нужно Евросоюзу?

Этап третий. Поле боя

До недавнего времени Украина рассматривалась Брюсселем как буферная территория между ЕС и Россией. Даже пресловутое Соглашение об Ассоциации было всего лишь экономическим инструментом: оно призвано было интенсифицировать торговлю, но не ставило перед собой политических задач. Проблема была лишь в том, что Москва даже в частичной экономической интеграции Киева с западом видела попытку вторжения в ее зону суверенного влияния на постсоветском пространстве. И всю историю украинского Майдана в Москве рассматривали как спецоперацию запада против Кремля.

Результатом бегства Виктора Януковича стало вторжение России в Украину: аннексия Крыма и гибридная война на Донбассе. Но особенность в том, что в самоощущении российского руководства война идет не с Украиной, а с западом: раз за разом российские политики и эксперты говорят о том, что территория соседней страны стала лишь полем битвы. В их сознании Украина лишена какой-либо воли и не может ничего хотеть. Более того, российское ТВ постоянно вещает об иностранных военных, сражающихся под флагами украинской армии, а Владимир Путин открыто говорит об "иностранном натовском легионе".

Запад может не считать, что он воюет с Россией, но это не меняет того, что Москва уверена в обратном. И нет ничего удивительного, что секретарь Совбеза РФ Николай Патрушев в интервью "Коммерсанту" цитирует фальшивку о том, что Мадлен Олбрайт якобы призывала забрать у России Сибирь и Дальний Восток. В этой фразе сосредоточен весь тот конспирологический подход, который исповедует российское руководство. Впрочем, нет ничего удивительного: руководят Россией выходцы из советских спецслужб, а профессиональную деформацию никто не отменял.

Если вы не собираетесь защищаться – это не значит, что на вас не нападут. Россия раз за разом дает понять, что на Украине она противостоит не Киеву, а Брюсселю и Вашингтону. А потому прежняя ситуация, когда граница между западом и постсоветским миром пролегала по польско-украинским пограничным столбам – закончилась. Теперь уже эта линия разграничения пролегает по украино-российской границе.

Этап четвертый. Решающий

По сути, ситуация довольно проста. Современная Украина – это большая страна, проевропейские настроения которой стали причиной агрессии со стороны России. При этом сама Россия считает Украину полем боя с западом. Задача Москвы – максимально дестабилизировать украинскую власть, чтобы превратить соседнюю страну в эдакое восточноевропейское "Сомали". Это нужно Москве для того, чтобы добиться отмены санкций, "обнулить" аннексию Крыма и войну на Донбассе. Ведь если нет субъекта, с которым можно договариваться о спорных территориях, то и переговоры на эту тему становятся не нужными.

При этом крах Украины вовсе не означает, что политика России изменится. Потому что Кремль в своем собственном представлении воюет на территории Украины не с Украиной, а с западом. А это значит, что после окончания украинского этапа противостояния, может последовать новый виток. Потому что "запад", который продолжает восприниматься Кремлем как главная угроза, никуда не денется. А это значит, что Евросоюз, уступив Украину Москве, вовсе не избавится от головной боли. Напротив, он только спровоцирует рост аппетитов страны, которая живет с самоощущением альтернативного "западу" центра влияния.

Да, Украина коррумпирована и ее элиты не хотят выходить из зоны комфорта. Да, население этой страны не структурировано по своим политическим интересам, а потому нередко идет за популистами. Да, Украина сегодня является неэффективным государством, власти которого надеются на то, что кредиты будут предоставлены просто из-за того, что противником Киева является Москва. Но это все – абсолютно закономерная ситуация.

Украина проходит очень непростой и нелегкий путь. Она сейчас пытается договориться с самой собой о самой себе. Это страна, в которой гражданское общество пытается приватизировать государство и состоит в жесткой конкуренции со старыми элитами. К тому же в истории Украины не было долгого опыта государственности, что делает ее ситуацию непохожей на страны Балтии или Польшу, в которых процесс реформ прошел намного быстрее. И тем не менее, у Евросоюза просто нет другого выбора, кроме как поддерживать украинское гражданское общество. Потому что если усталость победит и Брюссель и запад отвернутся от Украины – история не закончится. Москва устроит продолжение.

И это продолжение вряд ли кому-то понравится.

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги