УкрРус

От Сталина к Путину: Реинкарнация палача

Война на Донбассе, интервенция в Сирии, противостояние с Западом и экономический кризис вызвали с самого дна российской жизни столь темные силы, что по сравнению с ними даже нынешний правитель Кремля может показаться "либералом" и утонченным ценителем свобод. Теперь уже сами власти не знают, что делать со всеми этими донбасскими "стрелками" и полевыми "авторитетами", которым рукоплещет толпа и которые обещают в три дня въехать в Киев на танках? Что делать с тем же недавним чеченским боевиком Кадыровым, зовущим к расправам над демократами в России и которого породила сама российская власть? Куда направить созданную Путиным огромную военную машину, которая, подобно заряженному ружью, обязательно выстрелит в конце пьесы? Учитывая огромные ядерные арсеналы России, выстрел этот прозвучит под занавес истории человеческого рода, - пишет Сергей Путилов Newsader.

Разжиревшее на астрономических военных расходах и гонке вооружений оборонное лобби требует "поставить на место" Америку, показать "кузькину мать" Западу. Путинская игра в ура-патриотизм, имевшая единственную цель — поднять собственный рейтинг в условиях экономического кризиса — сыграла злую шутку с ним самим. Кремлевский царек выпустил из бутылки столь могущественных джиннов войны и растравил такие язвы в русской душе травмированной крахом СССР, что теперь иного пути, кроме как раскручивать спираль глобальной конфронтации на потеху патриотической публике и завинчивать гайки внутри страны, у него по сути не остается. Иначе те демонические силы, что он вызвал из имперской бездны, что требуют все новых кровавых жертвоприношений, пожрут его самого.

По сути, россиянам сейчас приходится выбирать между плохим и очень плохим — между Сталиным и бездарной чекистско-криминальной диктатурой путинского образца. Мне кажется, тех кто сейчас зовет к новой ежовщине и Третьей мировой, не мешало бы сводить на экскурсию на Бутовский полигон, где в 1937 были расстреляны тысячи безвинных людей. В будущем году исполняется 80 лет этим трагическим события, которые вполне могут повториться.

…Немного поколебавшись, охранник впустил одинокого посетителя в зону. За высоким дощатым забором, по верху которого пущена "колючка", оказался громадный пустырь. Это русская голгофа — Бутовский полигон. Одинокая деревянная церковка, асфальтированные дорожки и огромные, тянущиеся на сотни метров земляные насыпи. Под геометрически правильными поросшими зеленой травкой прямоугольниками лежат кости более чем 20 000 невинных людей, расстрелянных здесь палачами НКВД в 1937 году. Кругом — ни души. Да, короткая память оказалась у нашего народа. Слишком короткая.

Людей свозили сюда со всей России единственно затем, чтобы поставить на край рва, пустить пулю в затылок и бросить на дно вперемешку с уже лежащими там скорченными телами. И так — каждый день в течение года, пока безостановочно работала ежовская машина смерти. В день расстреливали в среднем по сто человек. Иногда работа шла с перевыполнением плана — пускали "в расход" по четыреста, пятьсот человеческих душ. Палачи выполняли свою работу хладнокровно, с чувством, что выполняют задание партии. Вот только почему-то по свидетельствам очевидцев, все участники расстрельной команды — а это около десятка человек — при этом были в усмерть пьяны. По окончании расстрела их самих, словно мертвые тела, грузили в машину и увозили отсыпаться до следующей ночи, а потом кошмар возобновлялся вновь.

Кто были жертвы палачей? Такие же люди, как и мы с вами. Только, окончившие свой жизненный путь ровно семь десятков лет назад. Сталинская машина уничтожения гребла всех подчистую. В Бутово гниют кости и царских генералов, и неграмотных крестьян, священников, бродяг, писателей, кучеров. От подростков до седовласых стариков. Во "враги народа" попала вся Россия. Причем больше всего среди "шпионов" и "вредителей" — малограмотных крестьян, которые всю жизнь прожили в своей глухой деревни, слыхав, например, о Японии, в агентов которой их скопом записали, разве что из рассказов родителей о русско-японской войне 1905 года.

Вообще складывается впечатление, что машина репрессий работала вслепую: кровавые жернова затягивали всех подряд. Известно, что в НКВД "сверху" спускались разнорядки такого типа: "В Московской области недобор. Срочно разоблачить и расстрелять 1500 участников панмонгольского заговора (был и такой!)". И вот деревню в русской глубинке уже окружает команда НКВД, хватает первых попавшихся десять — пятнадцать мужиков и увозят в неизвестном направлении. Хотя конечный пункт, как ни скрывали палачи, теперь известен — Бутовский полигон. Или расположенная не так далеко от него Коммунарка, еще одна расстрельная зона. Кому повезло — в ГУЛАГ, тянуть "десятку" — минимальный срок по гуманным советским законам, когда дело касалось "врагов народа". Потом уже на зоне, правда, сроки автоматом добавлялись. И многие отсидели по 25 лет, а кто и больше. Всего же, по оценкам историков, в Бутово, Коммунарке, в вечной мерзлоте Колымы, на дне Беломорканала и под песками Средней Азии гниют кости более чем 45−50 миллионов жертв сатанинской советской системы.

Над одним из расстрельных рвов возвышается деревянный поклонный крест. Замечаю, что у подножия креста склонился мужчина. Щуплая фигура расправляется, он встает и целует напитанную холодным мартовским дождем деревянную перекладину креста. Разговорились. Оказывается, мужчина не посетитель — которых здесь редко встретишь, — а служитель "Мемориального комплекса Бутовский полигон". Так официально называется это место казни тысяч неповинных людей. Говорит, что, когда десять лет назад состоялось официальное открытие комплекса для посетителей, то колонна машин со спецсигналами выстроилась от полигона аж до московского шоссе, до которого отсюда пять километров. Приезжал сам патриарх Алексий II, служил службу. Высокопоставленные чиновники говорили много проникновенных слов, клялись, что "больше — никогда", "не забудем во веки", "память о жертвах сталинского режима — будет жить в наших сердцах" и т. п.

И что же, не проходит и десяти лет, а не то, что чиновничья, даже народная тропа в Бутовский полигон — и то практически заросла. Прибитые к покосившемуся забору (очевидно, планировалось, что так временно, оказалось — навсегда) мраморные доски с именами жертв так и висят. Разве что покрылись еще бурыми пятнами, напоминающими засохшую кровь. Музейная экспозиция так и не создана. Единственное, откуда посетитель может почерпнуть информацию о происходивших здесь еще не так давно ужасах — сиротливый стенд у входа с фотографиями десятка убитых здесь людей. И схема самого полигона с условными обозначениями, которые ничего не говорят человеку, незнакомому с историей, что можно целиком отнести к современной молодежи. Говорю смотрителю: "вы бы хоть музей здесь сделали, а то непонятно ведь ничего, что здесь было". Отвечает пожав плечами: "а чего показывать-то, и так все ясно". Обводит рукой пустырь с раскинувшимися на нем земляными насыпями.

А по-моему как раз ничего и не понятно. И, прежде всего, непонятно, как мы можем быть так преступно халатны ко всему, что касается нашей собственной кровавой истории. Уроки из которой, кстати, так и не были извлечены во многом именно из-за нашего вот этого "и так все понятно", "история все расставит по своим местам", "правда сама проложит себе дорого". Ан нет, без нашего деятельного участия, точнее — выполнения нравственного долга перед всеми жертвами коммунистических репрессий, ничего "само собой" не произойдет. Точнее, произойдет, и уже происходит. Но совсем не то, чего мы ожидали еще десять лет назад, когда страницы газет пестрили заголовками разоблачающими преступления сталинского режима, а открывать Бутовский мемориальный комплекс приезжал патриарх и высокопоставленные чиновники.

С тех перестроечных пор, что и говорить, много воды утекло. И вот сейчас, захожу, например, в книжный магазин почитать что-нибудь о сталинских репрессиях. И, к своему несказанному удивлению обнаруживаю, что соответствующие разделы магазина забиты книгами не разоблачающими, а наоборот восхваляющими сталинский режим! И, в особенности, его верных палачей из НКВД. Открываю одну (автор, правда, еще стесняется: скрылся под псевдонимом): "работа по борьбе со шпионами иностранных разведок и саботажников в народной хозяйстве была блестяще проведена сотрудниками НКВД". Беру в руки другую, прямо на обложке (даже не стыдливо скрыто в тексте): "то, что современные дерьмократы шумливо называют "сталинскими репрессиями", в действительности было неумолимым ходом российской истории". Вот так, оказывается, не было никакой бездонной сатанинской пропасти в которую рухнула Россия при коммунистах. А было лишь ее поступательное, победоносное развитие, где неумолимая "историческая логика" уравняла всех — и бутовских жертв, и их палачей из НКВД, и убиенную царскую семью вместе с детьми, и чекистов, расстрелявших их в подвале ипатьевского дома.

Первый позыв бросить эту печатную мерзость на полку и пойти в другой книжный магазин. И что же. В другом повторяется точно такая же история. Разве что, еще обнаружил новый "шедевр" — воспоминания детей об их встречах с вождем всех народов. На обложке фото: прелестное дитя трогательно обвило своими ручками шею генералиссимуса, который, как и полагается, в мундире и при усах. Читаю аннотацию, цитируется письмо некоего ребенка: "затаив дыхание, я ждала каждой новой встречи со Сталиным, в глазах которого всегда играла лукавая доброта". Вот такими рекламирующими советский сатанизм поделками заполнен наш книжный рынок в год семидесятилетней годовщины "ежовщины". О прочих "бестселлерах" заполонивших книжные развалы, телевидение, радио и восхваляющих подвиги наших рыцарей плаща и кинжала — от ЧК до НКВД и ФСБ — даже распространяться особо не буду. Это и так все знают.

И ведь это не так безобидно, как может показаться на первый взгляд. Наша короткая память и отсутствие покаяния за грехи коммунизма, как это было в постфашистской Германии, неминуемо ведет Россию к новому 1937 году. Нераскаянный грех за убийство миллионов невинных людей продолжает камнем висеть на совести нашего народа. И наказание уже неотвратимо. Мы видим, как в России полным ходом строится государство старо-нового типа: государство спецслужб. То есть: где на виду бутафорский парламент, правительство, а реальные рычаги в руках Лубянки. То есть: наследников тех, кто расстреливал стариков и детей в Бутово и так до сих пор не покаялся в своих грехах.

И, что самое страшное, народ — молчит. Еду вчера в автобусе. Из динамика во всю льется полуматерная чушь. Станция транслирует ее круглые сутки под аккомпанемент звуков разливаемой по стаканам водки. Не той ли самой, что пили энкавэдешные палачи в Бутово? Один попутчик читает журнал об автомобилях. Автомобили — это у нас сейчас главный предмет поклонения у мужской части населения. Молодой парень с бутылкой пива заткнул уши наушниками и вообще полностью отгородился от реальности. Все зашибают деньгу, всем весело, пир горой.

Только пир-то во время чумы получается. Никто ведь, судя по пустынному Бутовкому полигону, где стоит буквально гробовая тишина, даже не вспоминает, что всего несколько десятилетий назад по всей стране только за год было расстреляно по официальным данным более 700 тысяч человек. А сколько сгнило в лагерях, кто считал? Лишь колокол на деревянной церквушке новомученников еще разносит над пустынным Бутовым скорбную весть: "люди, помните о нас"! Нет, не помнят. А ведь зря.

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги