УкрРус

Незнакомка в постели

Третий раз я поехал в Индию один. Захотелось пройти через это состояние — когда все мысли, планы и действия крутятся вокруг собственной персоны. Погрузиться в одиночество.

С возрастом люди становятся более предусмотрительными, чаще планируют свои действия и очень переживают, если что-то идет не так. Международные аэропорты забиты этим озабоченным, вечно спешащим средним классом. Толстые отцы семейств, жены с идеальным маникюром и крепко зажатыми в руках паспортами, не отрывающиеся от смартфонов подростки… Имя им — легион.

Честно говоря, я и сам был таким. Заранее проплаченные отели, вечно пасущий меня гид, завтрак по расписанию… Но туристический гламур быстро наскучил, и я начал дрейфовать в сторону спонтанности и непредсказуемости. Сменил кожаную сумку на колесиках на шестидесяти литровый рюкзак и превратился в бэкпэкера — человека, смутно представляющего, где он окажется завтра. И эта непредсказуемость — о боже! — стала становиться привлекательной.

Не знаю, что было раньше: осознание неотвратимости поиска жилья в ночном Дели, или рыжеволосая девушка, свалившаяся буквально мне на голову. Забыл уже, как её звали. Допустим, Марина. Случилось это в аэропорту имени Индиры Ганди, сразу после прилета. Марина была одета в сари, что не смотря на славянскую внешность, выдавало хорошее знание Индии. К тому же, мы прилетели явно в одном самолете — аэропорт хоть и международный, но ночных рейсов здесь крайне мало. В общем, я сказал "Привет".

Марина принадлежала к тем девушкам-путешественницам, которые мало заботятся о своей внешности. Застиранное сари когда-то было небесно-голубым и явно не сочеталось с ярко-рыжими волосами. Трэкинговые сандалии в свою очередь не сочетались с сари. Девушка была хрупкой и невысокой, мало улыбалась, но глаза смотрели спокойно и прямо. Думаю, она почувствовала отсутствие сексуальной составляющей в моем интересе к её персоне, а я в свою очередь почувствовал, что она знает, где переночевать. Мы не ошиблись друг в друге.

Перебросившись несколькими дежурными фразами, я мягко перешёл к интересовавшему меня вопросу. Узнать, что Марина забронировала номер в отеле на Мэйн Базаре было большим облегчением. На моё деловое предложение разделить стоимость такси и самого номера, Марина не раздумывая согласилась. "Вау", подумал я. "Мне доверяют!" Долю секунды моё чувство собственной значимости безраздельно торжествовало.

В долгих путешествиях волей-не-волей вырабатываются два базовых чувства: интуитивность и доверие. Без них никак. Рано или поздно прийдется выбирать: заходить ли на ночь в этот дом, сесть ли в эту машину или лечь ли в постель с этим незнакомцем или незнакомкой. Как в данном случае. Правда, о том, что постель в номере окажется одна, тогда, в аэропорту, я предпочитал не думать.

Сонный таможенник проштамповал паспорт, даже не взглянув мне в глаза. Затем, выловив на транспортной ленте багаж (рюкзак Марины оказался на удивление большим и тяжелым), мы ступили в зимнюю прохладу индийской ночи.

В такси на территории аэропорта в Дели так просто не сядешь. Измотанному перелётом путешественнику необходимо пройти специфический обряд-инициацию: отстоять очередь в будку на подземной парковке. Оплатив услуги таксиста и получив заветный талончик, мы смогли, наконец, сесть в машину.

Водитель оказался очень худым, очень чёрным и очень угрюмым. После наших протестов относительно курения он стал еще угрюмее и еще больше вжался в сиденье. Марине он явно не понравился. Ночь, такси, стрёмный чувак за рулём… Хотелось думать, что она была рада моей компании.

Читайте:Запах ведьмы

Марина летела к знакомым на остров Нэйл, Андаманы. Завтра вечером она вылетала из Дели в Порт Блэр. Я тоже не собирался задерживаться в столице, но мои планы не выходили за границы континента. Двумя годами ранее я уже попадал в ленивые сети тропического острова и не горел желанием повторять этот опыт. Поболтав про тропики и то, как они отличаются от шумного Гоа и менее шумных Кералы с Гокарной, мы вдруг поняли, что завтра расстанемся навсегда. Конечно, можно было сдать билеты, поменять маршрут и всё такое… Но не было одного, самого главного. Желания. Мы просто попутчики, решившие сэкономить в чужой стране собственные нервы и десяток долларов. Ничего больше.

Прилетев в Индию впервые много лет назад, я тоже останавливался на Мэйн Базаре. Тогда он казался кишащим людьми Вавилоном. Помню, как отчаянно сигналил наш водитель, пытаясь двигаться навстречу свадебному кортежу. Во главе процессии на белой лошади ехал одетый в светлый костюм на вырост жених, которому было от силы лет десять. Глаза ребенка были настолько тусклыми и безжизненными, что хотелось плакать.

Этой ночью улицы и переулки Мэйн Базара производили жутковатое впечатление опустевших лабиринтов. Бродячие псы неохотно поднимали сонные головы, их глаза блестели в свете фар холодными, безразличными огоньками. Выйдя из машины, я по-настоящему обрадовался тому, что не окажусь один в этих апокалиптических декорациях. Рюкзак Марины уже не казался мне таким тяжёлым.

Растолкав спящих в темном холле индийцев, мы получили, наконец, вожделенный ключ. Номер оказался большим и неуютным. Грязно-белые стены повидали так много постояльцев, что я почувствовал легкую брезгливость. Окно закрывали тяжелые, грязно-зеленые шторы. Огромная кровать была застелена таким же грязно-зеленым покрывалом.

Но интерьер — последнее, о чем хотелось думать. Было около пяти утра, и сонливость наваливалась на меня с утроенной силой. Пока Марина доставала из рюкзака жидкость для снятия макияжа, я, вооружившись зубной щеткой, проскользнул в ванную, а затем, предварительно одевшись, под толстое, тяжелое одеяло.

Зима в Дели — то еще удовольствие. Температура ночью нередко опускается до ноля, так что, при отсутствии отопления, все имеющиеся в номере одеяла и собственная одежда являются настоящими спасителями. На обратном пути, уже в феврале, в номере было настолько холодно, что приходилось прятать голову под одеялом. Самая сложная задача состояла в том, как сделать такое отверстие для воздуха, чтобы не задохнуться с одной стороны, и не запустить большое количество морозного воздуха с другой. Но сейчас, в декабре, экстремального холода в комнате не ощущалось.

Я уже проваливался в сон, когда Марина что-то промурлыкала и выключила свет. Кровать была такой огромной, что я не почувствовал как она легла. Присутствия хрупкой девушки под общим одеялом совершенно не ощущалось.

Я проснулся от чувства тепла за спиной. Мне показалось странным, что всё ещё темно, открывать глаза не хотелось. Как будто и не было холодного номера, тяжелого одеяла и по-гостиничному тонкой подушки. Со спины меня кто-то обнимал, и это было единственное осознаваемое ощущение. Объятия были нежными и какими-то защищающими. Казалось, так можно обнимать не телом, а чувством. И все же мой сонный разум интерпретировал эти мягкие, тёплые прикосновения именно как объятия, женские объятия.

Где-то на периферии сознания появились воспоминания о самолете, незнакомой рыжей девушке и номере в Дели. Но они не врывались в мозг, а парили где-то рядом, не причиняя беспокойства. По-настоящему важными были только объятия, в которых хотелось оставаться вечно.

Проснулся я поздно. Комнату переполнял шум индийского базара. Кричащая. свистящая и сигналящая какофония не оставляла сомнений: я в азиатском мегаполисе. Опять. Шторы были плотно задернуты, и в комнате сохранялся приятный полумрак. Голова раскалывалась. "Странно, обычно я хорошо переношу смену часовых поясов", подумал я и снова провалился в глубокий сон.

Следующее пробуждение спровоцировал проворачивающийся в замочной скважине ключ. По ощущением было далеко за полдень, голова уже не болела. В номер вошла Марина. На этот раз на ней были джинсы и клетчатая рубашка сине-голубых оттенков. На шее висел фотоаппарат.

Мы обменялись несколькими фразами о погоде и чём-то ещё. И тут я вспомнил приятный ночной опыт. Сон или нет? Если сон, то очень уж необычный, если Марина действительно меня обнимала, то почему я в этом так не уверен? Я привстал с кровати и уставился на девушку вопросительным взглядом. "Что?" — уставилась она в ответ. На её лице не было ни тени улыбки. Затем, расслабившись, она заговорила о еде. "На соседней улице готовят самую вкусную тикка масалу в Индии", — сказала Марина завлекающе. Но после сна я не то что есть, думать о еде отказываюсь. Я снова остался один.

Ощущение какой-то разболтанности не покидало меня до самого вечера. Смена часовых поясов, перелет, окружающая атмосфера — всё это основательно выбило меня из колеи. Сделав усилие, я все же купил в агентстве через дорогу авиабилет до Панаджи на завтра и поменял деньги. Жизнь налаживалась. Пряный запах индийских улиц наполнял мои легкие. Внимание вновь стало острым и цепким. В этом и есть главное преимущество новых мест. Нужно быть всегда начеку, расслабленным, но не вялым. Необходимо поддерживать состояние особого равновесия и уверенности, которое защитит от карманного вора, зазевавшегося мотоциклиста или другой неприятной неожиданности.

Когда я подходил к отелю, начинало смеркаться. У входа ждало такси. Поднявшись в номер, я увидел, что Марина уже собрала вещи. "Хорошо, что ты пришел", сказала она. "Помоги мне с рюкзаком, пожалуйста".

"Тяжёлый он всё-таки для хрупкой девушки", думал я, когда мы спускались к машине. Таксист захлопнул дверь багажника, и я, с облегчением выровняв плечи, повернулся к Марине.

"Ну что, прощай, попутчик", сказала она, раскинув руки для объятий. "Может, когда-нибудь увидимся"

"Приятной дороги. Может, увидимся", ответил я, зная, что этого никогда не произойдёт.

Я осторожно прижал к себе хрупкую девушку, Марина обняла меня в ответ. И тут я понял, что этой ночью она меня не обнимала.

На улице зажглись фонари. Возле соседней лавки компания туристов шумно выбирала украшения. Я смотрел вслед удаляющемуся такси и чувствовал, как пропитываюсь терпким ощущением одиночества.

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги