УкрРус

Почему не нужно плакать по "Демкоалиции" в России

В распаде Демократической коалиции виноваты обе стороны. Одна сторона согласилась отдать первое место без праймериз, не просчитав как эту конфигурацию воспримут ее избиратели, другая сторона настаивала на безусловном следовании заключенным договоренностям. Некоторая доля лукавства есть с обеих сторон – первая сторона, поняв, что совершила ошибку, просто искала причину, чтобы ее исправить, и выбрала не очень удачный повод в виде фильма НТВ. Вторая сторона тоже лукавила. Когда Касьянов работал премьером, Путин довольно кардинальным образом пересматривал договоренности между властью и обществом, с бизнесом и СМИ. Россия 2004 г. – совсем другая страна с точки зрения общественного договора, чем Россия 1999 г. Тем не менее, Касьянов ни разу за время своего премьерства не выступил с резкими осуждающими Путина заявлениями, подобными тем, с которыми он обрушился на своих партнеров по дем. коалиции. Я здесь ни в коем случае не осуждаю Касьянова – каждый человек с легкостью принимает пересмотр договоренностей, если это в целом соответствует его интересам, просто не стоит, когда тебе вдруг стало выгодно, заявлять о принципиальной невозможности изменять договоренности, если сам до этого соглашался с более серьезными изменениями общественного контракта.

Вообще в изменении договоренностей нет никакого криминала. Любой новый закон или налог – это изменение существующих договоренностей – какие-то группы выигрывают, какие-то проигрывают. Если вы договорились продать дом за какую-то цену, а за день до подписания контракта у вас полдома сгорело, то вполне вероятно покупатель потребует пересмотра уже согласованной цены покупки – иначе он откажется заключать сделку, ведь это по сути уже совсем другой актив. Власти, безусловно, очень сильно "помогают" оппозиционерам в процессе их переговоров, постоянно меняя стоимость их активов. К примеру, у Алексея Навального вначале отобрали возможность избираться самому, потом не дали создать партию, и наконец, лишили права агитировать за своих сторонников. То есть актив "Навальный" за три года резко потерял в цене, и если в 2013 он смог добиться права выставить свою кандидатуру от Парнаса на пост главы самого крупного российского региона, то в 2015 году уже даже не смог выторговать права для своих сторонников конкурировать за первые места в списке Парнаса. Похожая история произошла с активом "Касьянов". После показа известного фильма, его цена, как политического объекта, резко упала, и договоренности, которые всеми рассматривались как взаимовыгодные в декабре 2015 г. перестали быть таковыми.

На самом деле сложившийся альянс рухнул бы обязательно, вопрос времени. Суть договоренностей была, что Парнас дает свою лицензию, а остальные 4 партии могут выдвигать своих кандидатов по спискам Парнаса. Однако в рамках развития данного сотрудничества остальные партнеры вынуждены развивать актив "Парнас", и вполне естественно, что владельцы Парнаса будут хотеть получить все больше и больше – ведь их актив постоянно дорожает. Представьте, что у вас есть участок земли, и вы пригласили своих друзей вместе построить дом и там жить. Вы вместе построили дом, и скорей всего рано или поздно вы попросите у своих друзей платить арендную плату (ведь собственность на участок и соответственно дом остается у вас). Возможно, ваши друзья согласятся на эти условия. Потом вы сделали ремонт, построили гараж, разбили сад – вы попросите увеличения платы. Конечно, вы этот дом строили вместе с друзьями, но права собственности то у вас, и вы поэтому имеете полное право поднять цену в соответствии с рыночными условиями. И это будет идти до тех пор, пока ваши друзья окончательно не разозлятся, не разорвут все договоренности и не съедут с вашего дома. Парнас, в соответствии с российским законодательством, продолжал бы оставаться владельцем лицензии, как велик не был бы вклад партнеров на благо общего дела. Год назад – договоренности были одни, потом, после активной медиа-раскрутки во время летней кампании в Новосибирске и Костроме, сила брэнда Парнаса подросла, в декабре они уже смогли выторговать себе три первых места в обход праймериз. Если бы Парнас прошел в Госдуму, то стоимость их актива возросла бы еще больше, и они потребовали бы что-то еще (например, их кандидата в президенты и/или резервирования первых трех

Но, пожалуй, основная причина в невозможности долгосрочного существования подобного альянса – это принципиальный конфликт между "отцами", политиками 90-х и "детьми", политиками 2010-х. В 2000-ые произошел разрыв поколений – успешные молодые люди не шли в политику: во время бурного роста экономики они предпочитали заниматься бизнесом и другими интересными делами. Традиционные политики из 90-х, которые называют себя демократами, обычно приводят в пример существовавший тогда режим Бориса Ельцина, который не был демократом в западном понимании этого слова. Когда его рейтинг в начале 1996 г. был 2%, он не провел праймериз среди демократических кандидатов, чтобы найти более популярного кандидата, а пошел сам, его основной месседж был "при Зюганове будет еще хуже". Тогда избирателю в итоге предложили выбирать из совсем протухшей колбасы и той, которая просрочена всего на месяц. В 1999 году, он также назначил Путина президентом – не только в обход каких-то демократических процедур, но и не дав другим возможным кандидатам провести полноценную кампанию, назначив досрочные выборы. Лидеры традиционных демократических партий по сути хотят заменить совсем уж плохого Путина, на не таких уж ужасных себя – отпустить полит. заключенных, чуть ослабить контроль за СМИ, разрешить дискуссии в Думе, однако доверить полностью страну непредсказуемой воле избирателя они не готовы – отсюда и паническая боязнь любых конкурентных процедур внутри собственных партий. Политиков 2010-ых вынес на поверхность народ – как ни пафосно это звучит. Вернее, часть народа – городской средний класс, который в 2000-ые покатался по европам-америкам, посмотрел как люди живут, и теперь им хочется иметь не только Айфон как у них, не только машину, как у них, но и устройство общества, как у них. Этот новый тип избирателей уже не хочет выбирать из протухшей и еще не совсем протухшей колбасы, он хочет, как и в магазине, видеть сто сортов свежей колбасы, и чтобы производитель каждой колбасы всеми силами бился за его покупательское сердце. Поэтому новые политики вынуждены постоянно бороться за внимание своей целевой аудитории, придумывать новые проекты, генерировать инфоповоды, биться за власть и с властью – иначе их быстро забудут и они уйдут с политического поля. Традиционные российские партии, руководимые бывшими членами КПСС, более привыкли к политической конкуренции в виде внутри-партийных интриг и кулуарных договоренностей – массового избирателя они считают глупым и не способным определить самого эффективного лидера. С этой точки зрения у Яблоко и Парнаса намного больше общего с ЕР или КПРФ, чем с Партией Прогресса, Либертарианцами или Партией 5-го декабря. В этом смысле новая оппозиция, которая отстаивает совсем другие принципы политической борьбы, представляет угрозу не только ЕР, но и всем остальным традиционным партиям. Поэтому Яблоко и Парнас не меньше, а может даже и больше Путина заинтересованы в том, чтобы не пустить этих новых молодых политиков в легальное поле (Путина они победят или нет, это еще бабушка надвое сказала, а что станет с количеством голосов за традиционные партии, было наглядно продемонстрировано на выборах мэра Москвы в 2013 г.)

Значит ли это, что коалиция была бессмысленна? Нет, сам процесс ее создания и распада был очень важен. К лидерам оппозиции постоянно идет запрос общества "ну почему же вы все наконец не объединитесь, и не победите злого Путина". Такие попытки объединения позволяют продемонстрировать своим сторонникам почему объединиться очень трудно если вообще возможно. По аналогии, оппозиции обязательно нужно участвовать в выборах хотя бы ради того, чтобы наглядно продемонстрировать обществу все препятствия – легальные и нелегальные, которые власть устраивает, чтобы не допустить сильных кандидатов до выборов.

Ну и наконец, главный российский вопрос: Что же тогда оппозиции делать? Прежде всего пора понять, что систему так просто не обыграть – нельзя тупо воспользоваться чужой лицензией и провести своих кандидатов. Либо система придумает новый способ отстранить тебя от выборов, либо владелец лицензии запросит слишком высокую цену. Нужно начать с построения реальной партии, или хотя бы группы сторонников. На выборах КСО проголосовало около 100 тыс. человек, за инициативу на РОИ по поводу запрета дорогих иномарок проголосовало тоже 100 тыс. человек, в мэрской кампании Навального участвовало в различном качестве десятки тысяч человек. Где все эти люди? Почему до сих пор нет какого-то реестра этих сторонников, не проводится с ними регулярная работа, привлечение к мероприятиями, и т.д.? Почему каждый раз, когда запускается новая кампания, идет рекрутинг по-новому? В прошлом году привлекали с чистого листа людей на праймериз в Кострому, Калугу и Новосибирск. В этом году на праймериз в Госдуму привлечение пошло опять с нуля. Любой маркетолог скажет, что привлечение нового клиента на порядок дороже, чем удержания старого. Поэтому оппозиции стоит начать серьезно инвестировать в создание какой-то постоянной базы своих избирателей, которая на первом этапе могла бы функционировать в виде социальной сети – совместные мероприятия, волонтерство, фандрэйзинг, и т.д. Потом уже можно пробовать регистрировать формальную партию. Когда региональным отделениям Партии Прогресса отказывали в регистрации, сколько сторонников в регионах выходили протестовать? Не стоит надеяться, что нашу власть можно победить идеальными юридическими закорючками. Сильная поддержка сторонников намного важнее самого идеального юридического документа. Как это работает – было уже продемонстрировано неоднократно. После митингов 2011-2012 – власть существенно упростило регистрацию партий, вернула одномандатников и губернаторские выборы. После давления лета 2013 г. – зарегистрировала кандидатом Навального и выпустила его из под ареста. Недавние выборы в Барвихе тоже были отменены после давления общества. Поэтому если оппозиция сможет собрать большое количество сторонников и организовать необходимое давление, то и партию им зарегистрируют. В последствии участия в выборах нужно добиваться аналогичным способом – чтобы без участия оппозиции общество вообще не рассматривало эти выборы как легитимные.

Оппозиции, наконец, нужно смириться с мыслью, что наскоком тут не победишь. Не получится воспользоваться чужим, съемным жильем, как бы очень не хотелось все сделать по-быстрому. Нужно строить свой собственный дом – начинать с фундамента, потом стены, и т.д. Это займет время, зато будет надежно. Самое главное нужно не забывать, что Путин – самый сильный политик из 90-х, и если Зюганов, Жириновский, Миронов, Явлинский, Касьянов не смогли его переиграть за 16 лет, то какая вероятность, что они вдруг резко изменятся в следующие 5 лет? Безусловно, у них у всех есть хорошие оправдания, что Путин задавил СМИ, ограничил политическую конкуренцию, и т.д. Но есть ли у нас серьезные основания полагать, что Путин в ближайшее время начнет возвращать свободу СМИ и политическую конкуренцию, чтобы улучшить шансы оппозиции? Скорее, стоит смириться с фактом, что политический ландшафт улучшаться не будет, поэтому те, кто проигрывал борьбу в предыдущие 16 лет, продолжат ее проигрывать и дальше. Какой тогда смысл с ними блокироваться?

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги