УкрРус

Что стоит за сирийским разворотом Кремля?

Читати українською

Текст переведен специально для сайта "Обозреватель". Оригинал на Arab News.

Все, кто наблюдали за политической сценой Ирана, заметили чувство едва скрытого смущения, когда президент России Владимир Путин вытащил свой последний трюк – "выход из Сирии", из волшебной шляпы.

Ни Тегеран, ни Дамаск не знали, что делать с этим сюрпризом. Попытки оправдать все постфактум мало кого убедили. В обоих случаях контролируемые государством СМИ вынуждены были ждать несколько часов, прежде чем сообщить о новом ходе Путина, да и то в сильно отредактированном варианте.

Внезапно все умные разговоры о том, что союз Москва-Тегеран, действуя сообща, уничтожит "террористов" в Сирии и вытеснит США и их союзников из стран Ближнего Востока, стали звучать как детский лепет.

Тем не менее, мне с самого начала было ясно, что Путин влез в Сирию не ради Асада, и даже не ради аятоллы, а исключительно ради себя. Я написал об этом в своей колонке в октябре 2015 года: "На данный момент никто не может знать, где закончиться российское вмешательство в Сирии. Если верить музыке, доносящейся из Москвы, цель операции состоит в том, чтобы не допустить падения осажденного президента Башара Асада. Но независимо от того, достижима ли она в реальности, Асаду не стоило бы ставить свою жизнь на кон таких спекуляций".

После этого я перечислил примеры российского вероломства в отношении союзников, которых Москва "спасала" или к которым даже навязалась, только чтобы затем выбросить их на мороз.

Для своей сирийской интервенции Путин высказал целый ряд целей. Его окружение утверждает, что когда ВВС России начали ковровые бомбардировки Алеппо Асад был уже на грани поражения. Таким образом, предотвращение окончательного поражения сирийского диктатора можно назвать одной из целей операции.

Тем не менее, нам известно, что на тот момент поражение Асаду отнюдь не грозило. Укрепившись в своем Дамасском анклаве, он не имел возможности вернуть потерянную территорию, но и его враги не могли захватить этот последний редут.

Вмешательство Путина не дало Асаду пожизненной гарантии, что нашло свое отражение в недавних заявлениях Кремля, открестившегося от какого-либо желания продлить правление сирийского диктатора. Путин и его окружение также часто упоминали "поражение и уничтожение терроризма" в Сирии в качестве цели. Но, и этого также не удалось достигнуть.

Россия вообще практически не предпринимала никаких действий против ИГИЛ, потерпевшего крупные поражения только в Ираке, но сохранившего большую часть своих активов в Сирии. 15 марта заместитель министра обороны России Николай Панов признал, что было "слишком рано говорить о победе над терроризмом".

Россия проводила исключительно жестокие авианалеты на других вооруженных противников Асада, в том числе и тех, кто, как предполагается, должны принять участие в переговорном процессе.

Но и тут Россия не добилась больших успехов, лишь слегка ослабив позиции Фронта ан-Нусра, Ахрара аш-Шама и других вооруженных группировок, которые превратили Сирию в лоскутное одеяло автономных "Эмиратов".

Когда стало ясно, что пустым хвастовством крупных целей не достичь, Россия, и, в некоторой степени, Иран умерили свои амбиции, заявляя, что теперь они хотят только захватить контроль над дорогами между Алеппо и турецкой границей.

Интересно отметить, что объединенные силы России, Ирана, Асада и ливанской Хезболлы в конечном итоге получили контроль над тремя деревнями на пути к границе. Четвертой целью России, о которой заявили вполголоса, должно было стать преобразование своего права на швартовку в Тартусе в постоянную военно-морскую базу.

Путину не удалось достичь и этой цели. Причина заключается в том, что база, постоянно открытая удару с материка не может иметь значительного стратегического значения. В контексте крупной войны, предположительно с участием сил НАТО, ВМФ России, выйдя из черноморских баз, пришлось бы пересечь несколько узких мест на пути в Тартус.

В контексте же асимметричной войны, предположительно с местными враждебными силами, Тартус с трудом сможет защитить себя, не говоря уже о том, чтобы сыграть существенную роль в конфликте.

Другими словами, Путину не удалось достичь ни одной из трех заявленных при начале операции целей, ради которых части Сирии превратили в груды щебня, напоминающие Грозный или Кабул после российских обстрелов. В процессе были убиты тысячи сирийских мирных жителей, а более ста тысяч лишились своих домов.

Сама Россия понесла значительные потери, в том числе и, по меньшей мере, 700 погибших, в том числе пассажиры сбитого террористами авиалайнера. А также сотни раненых, некоторые серьезно.

Вмешательство Путина не дало никаких ощутимых преимуществ для России или какой-либо другой группировки в регионе. Но как насчет нематериальных преимуществ, которые политика Путина может извлечь для России?

Вмешательство в Сирийский конфликт, безусловно, помогло вымыть крымский эпизод из общественного сознания, по крайней мере, на некоторое время. Благодаря искусству смены заголовков, мировое общественное мнение практически позабыло о деятельности России против независимости и территориальной целостности Украины. И мало кто сейчас вспомнит, что Россия по-прежнему оккупирует 25% территории Грузии.

Сирийский эпизод также помог Путину поставить себя как сильного лидера, готового, в отличие от Обамы, защищать союзников России. Другой необъявленной целью вмешательства могло быть желание Путина замедлить или даже совсем остановить нормализацию отношений Тегерана с США, начавшуюся на волне заключенной ядерной сделки.

Как бы то ни было, Путин потерпел неудачу в достижении своих заявленных целей в Сирии. Однако, возможно что эта авантюра позволила ему достичь некоторых целей, о которых он молчал.

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги