УкрРус

Три ножа в спину России

Читати українською

В последние дни случилось сразу несколько событий, которые во многом ставят под сомнение обоснованность ряда политических комбинаций российского руководства.

Разумеется, самым обсуждаемым событием стал провал встречи министров нефти и энергетики 18 государств (11 из 13 стран – членов ОПЕК, а также России, Мексики, Казахстана, Бахрейна, Азербайджана, Колумбии и Омана) в Дохе.

Предыстория его известна: столкнувшись с резким падением цен на нефть в январе, Россия стала активно делать вид, что крупнейшие ближневосточные производители озабочены этим, а она готова присоединиться к обсуждению темы о заморозке добычи, - пишет Владислав Иноземцев для Gazeta.ru.

Глава "Транснефти" Токарев в те днизаявил, что Саудовская Аравия сама "проявила инициативу обсудить перспективу снижения объемов [добычи]" и что встреча состоится уже в феврале. Позже глава Минэнерго Новак уточнил, что "с такой инициативой вышла [не Саудовская Аравия], а отдельные страны и идет проработка ряда вопросов среди стран". В Москву зачастили делегации из нефтедобывающих стран, что явно льстило Кремлю.

Однако потом стало возникать понимание, что не все так гладко. Встреча в Дохе несколько раз переносилась, а главный российский союзник в регионе, Иран, не собирался подстраиваться под требования партнеров, о чем на Западе говорили весьма активно, но чего в Москве предпочитали не замечать.

Накануне начала встречи все без исключения отечественные информационные ресурсы считали подписание меморандума техническим делом, которое займет пару часов. Напротив, западные эксперты, опрошенные в то же время агентством Bloomberg, разделились ровно поровну в ожидании успеха и провала саммита. Конец известен.

Можно лишь порадоваться тому, что цены пока не скорректировались — но это, скорее всего, дело времени: рынкам нужно осмыслить новые реалии.

На мой взгляд, происшедшее отражает характерную для наших властей переоценку собственной значимости, податливости партнеров и своей способности влиять на тех, кого они считают облагодетельствованными (в данном случае — Иран).

Но, судя по всему, Россия пока не обладает достаточными возможностями убеждения тех, ради кого она недавно ставила на карту свою международную репутацию, отстаивая снятие с Исламской республики санкций и поддерживая ее перед лицом Запада.

Однако неприятные новости из Дохи были не единственными, пришедшими с юга в последнюю неделю. В Сирии немного оправившийся от ужасных мыслей о скором конце если не жизни, то власти Асад организовал на подконтрольных ему территориях "выборы в парламент", в котором его партия "Баас" получила 80% мест, а также сообщил orbi et urbi, что правительственная армия при поддержке российских ВКС скоро начнет штурм Алеппо.

Здесь следует напомнить, что, стремясь найти долгосрочное решение сирийского кризиса, Россия и Соединенные Штаты, принимая во внимание мнение всех сторон конфликта и международных посредников, согласовали совершенно иной порядок действий: согласно резолюции Совета Безопасности ООН №2254 выборы должны были быть проведены после разработки новой конституции страны и формирования "переходного органа власти", т.е. не ранее 2017 года.

При этом в данном голосовании, как предполагалось, могли принять участие в том числе и те граждане Сирии, которые вынуждены были ранее бежать из страны, спасаясь от войны, что положило бы начало установлению гражданского мира и постепенному воссозданию единства страны, пусть, вероятно, и ценой ухода г-на Асада.

Скорее всего, если война в Сирии возобновится с новой силой, то Россия вряд ли поспешит восстанавливать там военное присутствие, однако с трудом заработанные ею "очки" наверняка будут потеряны.

По сути, на протяжении нескольких месяцев российские лидеры работали над выправлением ситуации в Сирии не столько для того, чтобы навсегда оставить Асада у власти, сколько ради доказательства своей значимости Западу. И сейчас, когда все "инвестиции" сделаны, оказывается, что и тут Кремль не может заставить спасенного им политика учитывать свои интересы.

Совершенно уместно прозвучали в таком контекстеслова Путинаво время его "прямой линии" о том, что "сирийской армии не нужно улучшать это положение, потому что она перед объявлением о перемирии сделала то, что хотела… им не нужно ничего улучшать…". Но это были слова, а что случится на самом деле, если сирийские власти действительно перейдут в наступление на позиции умеренных исламистов и потерпят от них поражение?

Ситуация в Сирии даже более рельефно, чем результаты переговоров в Дохе, показывает, что международный авторитет Москвы крайне низок — причем, повторю еще раз, влияние не распространяется даже на тех, кто обязан Кремлю практически всем, в самом прямом смысле слова.

Третьей новостью стали только что пришедшие сообщения о возобновлении боев в Нагорном Карабахе, где, казалось бы, незадолго до того при участии России было достигнуто непрочное перемирие. Эта проблема, на мой взгляд, выглядит самой драматичной из всех.

Однако в последнее время Кремль стал хотеть невозможного: с одной стороны — расширять рынок сбыта для своего оружия и военного снаряжения за счет Азербайджана, сегодня одной из самых милитаризованных стран (его военные расходы в 2015 году составили 4,8% ВВП, а стоимость российских военных поставок с 2012-го превысила $4 млрд); и с другой стороны — удерживать Армению в зоне своего влияния. Следует в связи с этим вспомнить операцию по "выкручиванию рук" Еревану в 2013 году, когда Армения отказалась подписать уже парафированное Соглашение об ассоциации с ЕС и "скоропостижно" вступила в Евразийский экономический союз).

С этого момента Россия оказалась в крайне сложном положении: ей сейчас нужно, с одной стороны, поддерживать своего стратегического партнера, и, с другой, не вступать в клинч с Баку — хотя бы потому, что Азербайджан также участвует в глобальных переговорах по нефти.

И не только своими поставками оружия в Азербайджан, но и резкой конфронтацией с Турцией, которая активно поддерживает Баку в "разморозившемся" конфликте. Рычагов влияния на враждующие стороны у России немного — она по сути вынуждена поддерживать Армению, которая формально выступает страной-агрессором (территориальная целостность Азербайджана признана всеми возможными соглашениями, а Нагорный Карабах не имеет международной правосубъектности).

Если конфликт не будет подавлен на самой ранней его стадии, престижу России на постсоветском пространстве будет нанесен серьезный удар. А если в виде успешных миротворцев выступят западные страны, то "моральный ущерб" для Москвы окажется еще большим. Проблема, однако, усугубляется тем, что сейчас для активного вовлечения в закавказскую проблематику у России нет ни ресурсов, ни, похоже, кадров и переговорщиков: Кремль по-прежнему занят Украиной, Сирией, отношениями с Европой и Соединенными Штатами.

Что связывает все эти сюжеты? На мой взгляд, общая ошибочность российской политической линии — политики "одинокой сверхдержавы", которая считает, что может решить любую проблему сама, без посторонней помощи.

Если вернуться к переговорам в Катаре, возникает вопрос: почему бы России было не попробовать привлечь к процессу не только "традиционных" нефтедобытчиков? Если в саммите приняла участие Мексика, то где была Канада? Или Китай с Бразилией — наши возлюбленные партнеры по БРИКС? А Индия? Ведь не секрет, что все собравшиеся в Дохе страны даже не обеспечивали большую часть мировой нефтедобычи (на их долю приходится 48,6%).

Что касается Сирии, то не проще было бы активизировать контакты с США и сирийской оппозицией, четче сформулировать и яснее довести до Асада свою позицию, действительно превратив Сирию в пример того, что "без России — как говорит глава германского МИДа Штайнмайер — не может быть разрешен (а не только порожден — добавлю от себя) ни один из крупных международных конфликтов"?

Разве мы не понимали, что последовательное вооружение Азербайджана, несомненно, аукнется войной, как только Россия утратит влияние на соседние страны, и это обернется против нашего союзника, Армении? Может быть, давно уже следовало перестать рассказывать самим себе сказки о том, что данный конфликт потушен, и попробовать поискать его решения в более инклюзивном формате?

Я думаю, что понять все это было несложно. Гораздо сложнее было смириться с тем, что современные глобальные расклады — и экономические, и политические — требуют коллективных действий и предполагают прежде всего искусство компромисса.

Чем меньше групп интересов принимается во внимание, тем выше вероятность, что вместо разрешения конфликта мы получим его обострение. Все это нужно учитывать, выстраивая свою политику — особенно в регионах, где не всегда бывают в чести европейские принципы. Иначе нам не раз и не два придется констатировать, что наши "уважаемые партнеры", с которыми, казалось бы, все давно было решено и договорено, снова готовы "воткнуть России нож в спину", а с юга приходят все менее и менее обнадеживающие известия.

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги