УкрРус

Экономику РФ вновь будет трясти

Американские инвестиционные банки могут быть вынуждены избавляться от своих "нефтяных" портфелей. Экономику РФ вновь будет трясти. Почему я говорю "удар"?

Предсказывать цену на нефть очень трудно. Просто потому, что она зависит от большого количества факторов, пишет Слава Рабинович для "Новое время".

От спроса и предложения физического товара, от спроса и предложения финансовых инструментов, включая производные инструменты, от инфраструктуры доставки ее на рынок или к потребителю, от геополитики и др.

Рынок финансовых инструментов, связанных с нефтью, чрезвычайно велик. Вот велик, очень велик – специалисты вам подтвердят.

И иногда на нем могут происходить манипуляции, которые могут быть незаконными. Я имею ввиду – незаконными по законам цивилизованных стран. Но это еще надо доказать. И, соответственно, следственные органы цивилизованных стран, вместе с руководством товарных бирж, регуляторами и самими игроками финансового рынка, могут быть вовлечены в многомесячные расследования того, кто, чего, когда и как мог сделать "не так". Например, может так быть, что американские (и не только) инвестиционные банки могут участвовать в манипулировании этого рынка. И тогда будет расследование. И никто сейчас не знает, чем оно закончится.

А закончиться может, чем угодно. Например, запретом или серьезными ограничениями на участие этих инвестиционных банков в таких товарно-финансовых рынках, как нефтяной. Но большая часть финансового нефтяного рынка подразумевает физическую поставку товара. Поэтому инвестиционные банки участвуют в бизнесе нефтяных перевозок и хранения нефти в танкерах (в частности), по всему мировому океану.

Один только американский инвестиционный банк JP Morgan контролирует 55 миллионов баррелей нефти в своем инвентаре

Например, часть такого бизнеса американского инвестиционного банка Morgan Stanley собиралась покупать российская нефтяная компания Роснефть.

Да вот какая загогулина может приключиться, независимо от санкций, под которые попала Роснефть...

Если какие-либо инвестиционные банки продолжат подозреваться в манипуляциях, и последует расследование, а на его основании - изменения регуляторного поля, то эти банки, возможно, будут вынуждены распрощаться со своими товарно-торговыми департаментами, занимающимися торговлей "финансово-физической" нефтью.

Был в банке Morgan Stanley один уважаемый мною нефтяной аналитик. Работал он в Нью-Йорке, еврей из СССР. Он отслеживал, по всему миру, что делается с нефтяными танкерами, которые контролировал его банк Morgan Stanley. Где они стояли или куда шли, сколько нефти они хранили или везли по морю, какова динамика изменений объемов, направлений и загруженности, и т.д. А также он старался отслеживать, по мере возможностей, то же самое, но только у других инвестиционных банков (конкурентов), которые занимаются этим же. И перед ним рисовалась картина. На основании этой картины, плюс еще пара десятков факторов, он старался прогнозировать направление цены на нефть в среднесрочной перспективе. И делал он это прекрасно.

Когда он мне рассказал свою логику в июле 2008 года, когда цена уже съехала со 147 долларов за баррель в мае 2008 года до 120 долларов за баррель в июле, я понял, что сейчас явно запахнет жареным – как в этом рынке, так и в самой России. Напоминаю, что действие происходит за два месяца до падения банка Lehman Brothers в середине сентября 2008 года, что привело к быстрому обрушению всех финансовых и товарных рынков, включая рынок нефти. Также напоминаю, что цена на нефть, если я правильно помню, тогда упала до 39 долларов за баррель на конец декабря 2008 года. Вот такое падение с пика до дна всего лишь за шесть-семь месяцев (с мая по декабрь), со 147 до 39 – то есть, чтобы ни у кого не было сомнений, на 73%, если считать в процентах.

Официальные стратегические запасы КНР содержат 93 миллиона баррелей нефти

Когда я в июле 2008 поговорил с этим уважаемым мною нефтяным аналитиком из Morgan Stanley, я "зашортил", т.е. сыграл на понижение цены, начиная со 120 долларов за баррель. Я закрыл эту позицию (т.е. "откупил" ее) по 45 долларов, поздней осенью этого же года. Итого – прибыль по этой позиции портфеля составила 63% – ровно столько, на сколько упала цена нефти. Тогда, в 2008 году, при ужасном падении абсолютно всех цен на все активы, падающая нефть в моем портфеле была прибыльна, на +63%, потому что это был "шорт". Эта позиция помогла смягчить падение по другим позициям портфеля, и весь портфель упал не так сильно – на самом деле гораздо меньше, чем сам рынок и все мои конкуренты, на тот момент. Спасибо этому "хеджу".

К сожалению, этот уважаемый мною аналитик из Morgan Stanley сменил место работы несколько лет назад.

Но вот что может произойти сейчас. С этой мыслью я вас и оставлю. И это только ведь мысль. Я не говорю, что так будет.

Если "поползновения" в Сенате США окажутся не блефом, то будет расследование, о котором я писал. Если выявятся нарушения, то инвестиционные банки будут под давлением продавать или сокращать этот бизнес. Это может нанести мощный удар по экономике России. Еще один. И здесь уже не будет ничего политического, или даже политического и связанного с Украиной. Ноль связи. Почему я говорю "удар"?

Потому что один только американский инвестиционный банк JP Morgan (внимание!) контролирует 55 миллионов баррелей нефти в своем инвентаре. И он может быть вынужден выставить все это барахлишко на продажу. И знаете, чем это может обернуться? Если нет, я вам подскажу.

Дело в том, что есть такая страна, называется Китайская Народная Республика, или КНР, сокращенно. Так вот, официальные стратегические запасы КНР содержат 93 миллиона баррелей нефти. А американский инвестиционный банк JP Morgan имеет свой инвентарь этой нефти, который, по своей величине, составляет 60% от всего стратегического запаса КНР. Представляете? И это только лишь один JP Morgan! А там есть еще и Morgan Stanley, и... Ох, там их много.

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги