УкрРус

Три версии теракта 17 июля 2014 года

Что теперь бесспорно

Публикация доклада Объединенной следовательской группы (ОСГ) окончательно отсеяла большую часть дезинформационного мусора, столь старательно создававшегося и распространявшегося пропагандистскими войсками Кремля. Для более или менее неангажированных и сколько-нибудь уважающих себя лиц – независимо от их политической принадлежности, идеологической ориентации, характера воспитания, наличия патриотизма, степени знакомства с уголовным правом и любых других факторов – вопрос о фактической стороне террористического акта, приведшего к гибели 298 человек, включая более 80 детей, теперь закрыт.

Самолет "Малайзийских авиалиний" Боинг777, выполнявший 17 июля 2014 г. рейс МН17 из Амстердама в Куала-Лумпур, был сбит ракетой российского производства, выпущенной из зенитного ракетного комплекса (ЗРК) БУК из состава ВС России, размещенного на поле южнее г.Снежного Донецкой области Украины, находившегося под контролем пророссийских сепаратистов. Сам ЗРК БУК управлялся российскими военнослужащими из 53-й бригады ПВО, дислоцирующейся в Курске. Он был переправлен через российско-украинскую границу утром 17 июля, примерно в 16.20 того же дня совершил запуск ракеты, уничтожившей Боинг с 298 пассажирами и членами экипажа на борту, после чего в ночь на 18 июля 2014 г. был переправлен на территорию России и затем возвращен на место своей постоянной дислокации.

Что еще осталось неясным

Теперь внимание заинтересованных граждан естественным образом оказалось привлеченным к выявлению целей, причин и мотивов совершения этого террористического акта. За прошедшее время общественности были предложены три его основные версии:

1. Это "не был террористический акт", это была "ошибка", "цепь роковых случайностей, ошибок, несогласованности"; вариант: это была "обезьяна с гранатой". В более развернутых текстах сторонников этого подхода указывается, что целью ракетного удара БУКа на самом деле был украинский военно-транспортный самолет АН-26, но "по ошибке" в зоне поражения БУКа оказался малайзийский Боинг, поэтому "по трагической случайности" экипаж ЗРК перепутал цели, в результате чего был сбит именно пассажирский лайнер. Среди сторонников этой версии – ИТАР-ТАСС, В.Лукашевич, Ю.Латынина, С.Марков, Алмаз-Антей, А.Колесников, Г.Гудков,А.Навальный, А.Бабченко, И.Муртазин, Г.Явлинский.

2. Это был террористический акт, но на самом деле его целью был не Боинг777 Малайзийских авиалиний рейса МН-17 Амстердам – Куала-Лумпур, а другой, российский, пассажирский самолет. В изложении бывшего руководителя СБУ В.Наливайченко это был рейс Аэрофлота SU2074 Москва – Ларнака, в изложении А.Венедиктова – пролетевший над Украиной незадолго до катастрофы рейс Аэрофлота Милан – Москва (очевидно, SU286). По этой версии вину за гибель российского самолета и его пассажиров можно было бы возложить на украинские власти и тем самым получить casus belli – повод для массированного вторжения российских войск на территорию Украины (и, очевидно, ее захвата и оккупации). В изложении А.Венедиктова эта версия выглядит так: "А вот представьте себе, если бы сепаратисты сбили по ошибке этот "Боинг". Что бы тогда оставалось делать Путину? Российский самолет сбит над украинской территорией. Я бы на месте Путина направил танки на Киев". Однако "по ошибке" ЗРК БУК отправился не в село Первомайское Ясиноватского района – примерно в 20 км к западу от Донецка, а в поселок городского типа Первомайский Снежнянского горсовета – примерно в 80 км к юго-востоку от Донецка. И потому вместо российского самолета был сбит малайзийский лайнер, пролетавший над Восточной Украиной приблизительно в то же время, что и рейс Аэрофлота. Эту версию первым обнародовал В.Наливайченко, затем в том или ином ее варианте она была поддержана, в частности, А.Венедиктовым, С.Рабиновичем, А.Пионтковским, А.Кохом, М.Солониным.

3. Это был спланированный террористичеcкий акт. Его целью был именно малайзийский Боинг, выполнявший рейс МН17 из Амстердама в Куала-Лумпур. Принципиальных ошибок при осуществлении спецоперации, задуманной Кремлем, не было. Военное руководство донбасских сепаратистов, возглавляемое российскими гражданами и российскими военнослужащими, не было посвящено в стратегический замысел кремлевских властей, оно лишь приняло ЗРК на своей стороне украинско-российской границы, обеспечило его сопровождение до места стрельбы и его охранение. Экипаж ЗРК БУКа выполнил все полученные им от своего непосредственного командования приказы, включая приказ на уничтожение в воздухе пассажирского лайнера МН17, после чего по приказу вместе с установкой вернулся на территорию России. Сторонником этой версии является автор этих строк (Зачем был сбит амстердамский "Боинг"? Разговор на ЭМ, Ошибки не было, Спецоперация "Принуждение к миру террором и дипломатией"), А.Денвер, А.Бондарев, ряд участников обсуждения в этом блоге.

Какая из этих версий является наиболее точной?

Три версии: общее и различное

С юридической точки зрения во всех трех версиях речь идет о целом букете тяжелейших уголовных преступлений – как с точки зрения Уголовного Кодекса РФ, так и с точки зрения принципов и практики международного права.

Важнейшее отличие первой версии от двух последних заключается в том, что в соответствии с ней виновные в гибели МН17 подпадают под действие статей о нарушении международно признанной государственной границы, о нелегальных поставках через нее войск и вооружений, об организации и осуществлении международной агрессии, но могут избежать квалификации своих деяний по статье "международный терроризм". В случае второй и третьей версий ко всем упомянутым статьям УК гарантированно добавляется еще и статья "международный терроризм". Кроме того, в случае согласия с первой версией сохраняется некоторая вероятность переноса ответственности на более низкий уровень командования и списания ее на т.н. "эксцесс исполнителя".

Возможно, именно этими отличиями между первой версией и двумя последними можно объяснить предпринятую 28 сентября скоротечную попытку попробовать "обойтись малой кровью" и проверить общественную реакцию относительно возможного согласия Кремля именно с первой версией теракта. При всем ужасе, охватывающем настоящих виновников массового убийства при мысли о возможности оказаться обвиненными в совершении международной агрессии, такая перспектива выглядит для них, очевидно, все-таки более предпочтительной, чем вариант быть обвиненными – наряду с совершением международной агрессии – еще и в совершении акта международного терроризма. Неслучайно, что главный тезис такого рода текстов формулируется предельно четко – это не теракт: "...это не теракт, ни у кого умысла убивать невинных пассажиров не было, сбивать пассажирский "Боинг" и вправду не собирались, и, безусловно, Владимир Путин понятия не имел о передвижении каждого конкретного "Бука" и о каждом конкретном пуске каждой конкретной ракеты... [Очень жаль, что. – А.И.] этот "Боинг" ассоциируется теперь с непосредственным убийством. С умыслом.С терактом. И с Путиным, руководящим всем этим".

Стоит также заметить, что после временного шока, вызванного качеством обнародованных материалов из доклада ОСГ и спровоцировавшего публикацию ряда текстов, прорекламировавших сравнительные преимущества признания режимом первой версии, власть через некоторое время, похоже, взяла себя в руки. И, судя по ее действиям в последующем, заняла позицию тотального отрицания своей причастности – независимо от неопровержимости предъявляемых ею улик и стратегической нелепости такого поведения. Естественным результатом такого выбора стала смена чувства паники, о которой шла речь в этом тексте, на жесткий отпор и тотальное отрицание.

Что касается второй и третьей версий теракта, то принципиальных различий в их трактовке с юридической точки зрения нет. Обе они воспринимают совершенные действия российского руководства одинаково – не только как международную агрессию и массовое убийство, но и как террористический акт. Потому различия в позициях между сторонниками второй и третьей версий отражают их индивидуальные подходы в интерпретации признаваемых фактов.

Наиболее существенная разница между ними заключается лишь в различном понимании главного замысла росийского руководства и, следовательно, в интерпретации планировавшихся и совершенных действий экипажа ЗРК. Сторонники второй версии полагают, что террористический акт был необходим Кремлю для получения повода для массированного вторжения российских войск в Украину и, следовательно, для расширения военного контроля за украинской территорией. Автор третьей версии полагает, что теракт был необходим не для легитимации нового российского наступления, а для прекращения происходившего тогда украинского наступления.

Необоснованность первой версии ("Ошибка"/"Случайность"/"Бардак"/"Обезья на с гранатой").

Развернутое объяснение того, почему была невозможна ошибка с выбором в качестве цели украинского военного самолета, содержится в тексте Зачем был сбит амстердамский "Боинг"?

В кратком виде оно сводится к следующему:

1. Для противовоздушной обороны района, находившегося под контролем сепаратистов, достаточно было других зенитных комплексов("Оса", "Тор", "Тунгуска", "Панцирь"), способных уничтожать вертолеты и самолеты на дальностях 8-12 км, с досягаемостью по высоте в 5-6 км, с боевыми частями в 10-15 раз более мощными, нежели у переносных ЗРК. Для решения тех задач, какие стояли перед вооруженными отрядами донбасских сепаратистов, ничего большего и не требовалось. Для этих целей БУК был не нужен. БУК был нужен для чего-то другого.

2. В случае, если потребность в противовоздушной обороне сепаратистского района от угроз на высотах 6 км и более действительно существовала бы, то тогда на территорию Украины были бы переброшены несколько ЗР комплексов, а не один-единственный БУК.

3. Если БУК предназначался для поражения украинских военных самолетов, то он был бы доставлен на Донбасс скрытно, скорее всего ночью, с соблюдением правил маскировки – точно так же, как из России были доставлены другие средства противоздушной борьбы. Как известно, БУК, наоборот, перевозился демонстративно открыто, днем, без какой-либо заметной маскировки, что позволило огромному числу местных жителей не только увидеть его, но и многократно запечатлеть его фото- и видео-средствами.

4. Более того, пропагандистская кампания, нацеленная на "широкое информирование" общественности о наличии БУКов у донбасских сепаратистов, была начата за несколько недель до крушения малайзийского "Боинга", причем особую роль в ней сыграл специально направленный для этого из Москвы С.Кургинян, запись выступления которого от 13 июля 2014 г. была оперативно выложена в сеть:

5. Случайный запуск ЗУР, который мог бы привести к гибели рейса МН17, невозможен в силу технических особенностей работы ЗРК (включая т.н. "подсветку" цели после запуска ЗУР).

6. Запуск ЗУР, нацеленный на поражение украинского военно-транспортного самолета Ан-26 (Ан-24), в силу заметно различающихся тактико-технических характеристик (размеры и силуэт планера, максимальная высота, максимальная скорость) самолетов Ан-26 и Боинг-777, а также маршрутов полетов украинской военной авиации и пассажирских смолетов в небе Восточной Украины невозможен.

7. Для обнаружения и идентификации цели для БУКа (малайзийского Боинга), очевидно, использовалась стационарная РЛС: Небо над заданным районом – проходной двор... Это в среднем каждые 7-8 минут – самолет. Днем летают чаще, значит каждые 5-6 минут. Кроме того самолет пересекает район не мгновенно, он виден на радаре в течение нескольких минут. ИНЫМИ СЛОВАМИ, В ЗОНЕ ВИДИМОСТИ ПОСТОЯННО НАХОДЯТСЯ ОДИН ИЛИ НЕСКОЛЬКО САМОЛЕТОВ. БЕЗ РЕШЕНИЯ ЗАДАЧИ ИДЕНТИФИКАЦИИ ЦЕЛИ НЕ ОБОЙТИСЬ НИКАК. ЗАДАЧА ИДЕНТИФИКАЦИИ ЦЕЛИ МОЖЕТ БЫТЬ НАДЕЖНО РЕШЕНА ТОЛЬКО ПРИ ИСПОЛЬЗОВАНИИ ВСЕГО КОМПЛЕКСА – ВКЛЮЧАЯ РЛС и ПУ. Полагаться на "автономный" режим пусковой установки – безумие. Идея о том, что БУК использовался сам по себе, без поддержки РЛС и ПУ – не более чем фантазия... От точки запуска ракеты до российской границы – не более 20-25 км. Нет никакой необходимости выдвигать в район пуска РЛС и ПУ, они могут спокойно работать на своей территории, отследить цель, подготовить данные по цели и передать их стреляющим... Возможности РЛС (для БУК-М1 обзор 360 градусов, дальность до 120 км) и Пункта Управления (до 24 целей одновременно, со всеми необходимыми параметрами цели) таковы, что вероятность ошибки исчезающе мала. А если ошибки не было, значит куда целились – туда и попали. И наоборот, куда попали – туда и целились. Проще говоря, хотели сбить именно этот самолет – и сбили.

8. Боевик "Наемник", за две минуты до катастрофы сообщивший Безлеру о подлете "птички", не называл ее украинским военным самолетом, а на уточняющий вопрос, что это за самолет, ушел от ответа:

За 2 минуты до катастрофы:

Из того, что мы знаем, донбасские сепаратисты в принципе не могли перепутать Ан-26 и Боинг-777, поскольку информации об Ан-26 у них не было. Безлер получил сообщение лишь о самом факте появления воздушной цели, какую по полученной рекомендации необходимо было сбить. Что из себя она представляла, информатор не сообщил.

Необоснованность второй версии ("Террористический акт с целью получения Кремлем повода для массирования вторжения в Украину"; автор – В.Наливайченко, сторонники – А.Пионтковский, А.Кох, М.Солонин).

Развернутое объяснение того, почему эта версия не подтверждается фактами, содержится в тексте Почему версия В.Наливайченко не обоснована.

В кратком виде оно сводится к следующему:

1. Учитывая используемые в настоящее время технические средства ориентирования на местности и степень внимания руководства сепаратистов к сопровождению полученного ЗРК движение БУКа в неверном направлении – вместо села Первомайского в 20 км к западу от Донецка к пгт Первомайский в 80 км к юго-востоку от Донецка – исключено.

2. Если по какой-либо причине такая ошибка все-таки произошла бы, то по обнаружении она была бы немедленно исправлена, и БУК был бы перенаправлен в предназначенное для него место. В любом случае он не мог бы занять боевую позицию и совершить запуск ракеты из места, на сто километров отстоящего от места назначения, установленного приказом.

3. По данным перехвата СБУ, приказ о направлении БУКа на боевую позицию был отдан не донецким "шахтером" или луганским "трактористом", а высокопоставленным российским офицером, полковником (затем генерал-майором) ГРУ ГШ ВС РФ С.Петровским ("Хмурым"), который (уже из Мариновки, южнее Снежного) подтвердил прибытие БУКа на запланированное место назначения.

4. 17 июля 2014 г. селение Первомайское в 20 км к западу от Донецка находилось в прифронтовой полосе, что с учетом отсутствия сплошной линии фронта недопустимо повышало риск захвата (или уничтожения) "Бука" вместе с его российским экипажем.

5. Кратчайшая дистанция от села Первомайского (у Ясиноватой) до маршрута движения самолета Аэрофлота рейса SU2074 Москва – Ларнака составляет 45-50 км, что находится на пределе технических возможностей ЗРК БУК по поражению данной цели.

6. В случае катастрофы обломки аэрофлотовского лайнера упали бы на территории, контролируемой вооруженными силами Украины. В этом случае организаторы теракта по сути передали бы (!) обломки самолета со всеми уликами (!) украинцам (!), предоставляя им – вместе с их западными союзниками (!) – гарантированную возможность детально расследовать теракт и существенно облегчить им идентификацию и преследование его авторов.

7. В нескольких переговорах сепаратистов, обнародованных СБУ, речь шла о цели движении БУКа именно в сторону г.Снежного в 80 км к юго-востоку от Донецка. В отличие от семи населенных пунктов с названием Первомайское (или близким по звучанию), в Донецкой области есть только один город Снежное. Перепутать его с чем-либо другим невозможно.

Снежное (2’17"-2’24"):

8. Командир батальона "Восток" А.Ходаковский дважды называл Снежное в качестве целевого места расположения БУКа: "Я знал, что "Бук" шел из Луганска. В тот момент мне сказали, что "Бук" со стороны Луганска идет под флагом ЛНР в сторону Снежного... Об этом "Буке" я знаю, я слышал... Знали о том, что есть "Бук", знали, что "Бук" направляется в Снежное, знали, что его там будут применять".

9. Самое главное: сейчас можно с полной уверенностью утверждать, что открытое полномасштабное вторжение российских войск в Украину Путиным не планировалось – ни на 18 июля, ни вообще в июле. Наиболее масштабные действия российских регулярных войск на территории Украины в августе 2014 г. и феврале 2015 г. были вынужденными– в качестве последнего аргумента для остановки победоносного украинского наступления и достижения линии разграничения согласно соглашению Минск-2. К тому же они тщательно маскировались российской стороной. Целью маскировки было ни в коем случае не дать Украине, ее союзникам, международным наблюдателям достаточных оснований для обвинения России в проведении прямой агрессии против соседнего государства. Хотя наличие российских регулярных войск на территории Украины и их участие в военных действиях скрыть полностью не удалось, сами попытки российской стороны скрыть эти действия, продолжающиеся до сих пор, свидетельствуют об отсутствии в Кремле реальных планов открытого вторжения в Восточную Украину. Информация о планах, мотивации, стиле действий Путина, доступная в настоящее время, позволяет утверждать, что открытое полномасштабное вторжение российских регулярных войск в Украину в июле 2014 г. не планировалось – в отличие от "гибридных" военных действий против Украины в 2014-2016 гг. (за исключением Иловайской и Дебальцевской операций)и в отличие от открытой агрессии против Грузии в 2008 г.

10. Если Путин на самом деле планировал бы полномасштабное вторжение в Украину, то он совершил бы его независимо от наличия или отсутствия для этого каких-либо поводов. Точно так же, как без каких-либо формальных поводов он начал полномасштабное вторжение в Грузию 6 августа 2008 г., военную операцию по захвату Крыма 20 февраля 2014 г., вторжение в Восточную Украину 24 августа 2014 г., Дебальцевскую операцию в феврале 2015 г., бомбардировки Сирии 30 сентября 2015 г.

11. Все лето 2014 г. В.Путин решал проблему не нового полномасштабного наступления российских войк в Украине, а проблему удержания уже захваченного плацдарма на Донбассе и потому прекращения наступления украинских войск, продолжение которого в обозримое время привело бы к полной ликвидации сепаратистского анклава. В этих целях он, в частности, поддержал план перемирия, выдвинутый П.Порошенко 20 июня, 24 июня отозвал из Совета Федерации формальное разрешение на использование российских вооруженных сил на территории Украины, провел несколько десятков переговоров с Порошенко и западными лидерами, уговаривая последних оказать необходимое давление на украинскую сторону с целью прекращения наступления украинских войск.

Все приведенные выше соображения – как каждое само по себе, так и все вместе взятые – полностью опровергают версию о совершении теракта для получения казуса белли для полномасштабного росийского наступления.

Аргументы в пользу версии "это был спланированный террористичеcкий акт" по уничтожению МН-17 с целью остановки наступления украинских войск на сепаратистские анклавы.

Развернутое изложение этой версии содержится в тексте Спецоперация "Принуждение к миру террором и дипломатией".

В кратком виде оно сводится к следующему:

1. Провал спецоперации "Большая Новороссия" (из 8 украинских областей) стал очевиден в 20-х числах апреля 2014 г. После разговора С.Шойгу с Ч.Хейгелом 28 апреля Кремлем было принято решение о переходе к обороне уже захваченного плацдарма в Восточной Украине.

2. Для спасения Лугандонии В.Путин пытался договориться с только что избранным президентом Украины П.Порошенко, что ему частично удалось, когда 20 июня Порошенко отдал приказ о прекращении огня и остановке наступления украинских войск вначале на 7 дней, а затем – еще на 3 дня.

3. Исходя из собственного представления о зависимости "киевской хунты" от ее "западных покровителей" В.Путин начал спецоперацию "Принуждение к миру дипломатией", пытаясь уговорить западных лидеров оказать давление на украинские власти с целью прекращения ими военных действий против российских войск и пророссийских боевиков и обеспечить "мирное урегулирование конфликта на Юго-Востоке Украины". За два месяца с 30 апреля по 30 июня 2014 г. Путин предпринял не менее 50 попыток (примерно 0,8 попытки в среднем в сутки) убедить Б.Обаму, А.Меркель, Ф.Олланда, Д.Камерона, а также П.Порошенко остановить военные действия на востоке Украины. 24 июня Путин пошел даже на отзыв полученного им 1 марта разрешения Совета Федерации на использование российских войск в Украине.

4. Военно-политическая ситуация радикально изменилась 30 июня, когда после десятидневной паузы возобновилось наступление ВСУ и добровольческих батальонов, в этот раз намного серьезнее подготовленное, чем их атаки в апреле и мае. В короткие сроки были освобождены Славянск, Краматорск, Константиновка, Амвросиевка, другие населенные пункты, во время одного из рейдов танки ВСУ достигли железнодорожного вокзала Донецка, украинские войска начали глубокий охват сепаратистского анклава, постепенно продвигаясь вдоль государственной границы с севера на юг и с запада на восток. К середине июля 2014 г. было освобождено около половины территории, захваченной российскими войсками и пророссийскими сепаратистами. При сохранении такого темпа наступления сепаратистский анклав перестал бы существовать в течение нескольких недель.

5. В этих условиях у кремлевских руководителей осталось, похоже, лишь два инструмента, способных, с их точки зрения, остановить движение ВСУ, – террор в сочетании с дипломатией или же прямое вторжение регулярных войск. Использование второго инструмента представлялось в тот момент не слишком желательным, поскольку из-за невозможности скрыть массовое вторжение регулярных войск неприемлемо возрастал бы риск объявления таких действий агрессией со всеми вытекающими отсюда последствиями. Оставался метод скрытного террора – как средство управления западными лидерами.

6. Согласно кремлевским представлениям о подчиненности киевских властей их западным союзникам следовало так шокировать последних терактом, чтобы те смогли заставить Украину прекратить вести военные действия. Такого можно было добиться, очевидно, только в том случае, если в результате теракта погибло бы заметное число граждан европейских стран. Ни территория самой Западной Европы, ни морские просторы, ни большая часть воздушного пространства для осуществления такого теракта (при условии сохранения тайны авторства) непригодны. Оставалось лишь воздушное пространство над районом ведения боевых действий.

7. Необходимо было выбрать рейс, гибель которого могла бы привести к желаемому эффекту и в то же время минимизировать возможные нежелательные последствия. На роль жертвы не годились самолеты авиакомпаний, принадлежащие крупнейшим и наиболее влиятельным государствам – постоянным членам Совбеза ООН и/или Группы 7 (США, Британии, Франции, Германии, Японии, Италии, Канады, Китая), Индии, а также рейсы, вылетавшие из аэропортов, находившихся в этих странах, или же летевшие туда. Также не годились самолеты авиакомпаний из небольших и/или периферийных европейских стран. Идеальным кандидатом представлялся самолет, вылетавший из Амстердама – как одного из "наиболее европейских" городов, расположенного между двумя главными спонсорами "нормандского процесса" (Германии и Франции), столицы т.н. "Гейропы", мэр которого к тому же незадолго до этого успел оскорбить высокого российского гостя, отказав в проведении торжественного приема по случаю его официального визита в Королевство. Кроме того, самолет принадлежал авиакомпании из Малайзии, политический потенциал, ресурсы следствия и дипломатии которой относительно ограничены.

8. Время теракта необходимо было выбрать таким образом, чтобы главный подозреваемый не находился бы на территории России. В июле 2014 г. идеальное прикрытие для этого представляла шестидневная поездка Путина по странам Латинской Америки, завершавшаяся 17 июля. Время осуществления спецоперации не должно было быть смещено к началу этой поездки, поскольку в случае какого-либо непредвиденного развития событий можно было оказаться слишком далеко от безопасной базы принятия решений (России) и/или же пришлось бы срывать программу официального визита (как в августе 2008 г., срочно возвращаясь из Пекина во Владикавказ). Поэтому идеальный срок для осуществления теракта – это время обратного полета в Москву, желательно незадолго до приземления. (Как известно, БУК был переправлен через границу утром 17 июля и совершил запуск ракеты за час до приземления самолета Путина в Москве).

9. По завершении пресс-конференции в Бразилиа ночью 17 июля 2014 г. В.Путин попытался публично обосновать свое "алиби" в предстоящем теракте. Журналист LifeNews А.Юнашев, позже "прославившийся" рычанием на украинских коллег, задал не слишком содержательный вопрос об ответственности за катастрофу в московском метро. Даже не дожидаясь завершения вопроса, слегка улыбаясь и изображая руками стрельбу из двух стволов, Путин немедленно изложил, судя по всему, заранее подготовленный, но не имевший отношения к заданному ему вопросу "классический, хороший пример из уголовного права" – "Трагедия на охоте", позволяющий убийце, с его точки зрения, избежать ответственности за убийство (на этот поразительный факт первым обратил внимание А.Бондарев):

Путин: "Ответственность всегда персонифицированная. Вот есть классический, хороший пример из уголовного права. Это называется "Трагедия на охоте", когда два стрелка стреляют [пальцами двух рук изображает двух стреляющих] в кусты, полагая, что там дичь, и случайно убивают человека. [нервно потирает лоб] Поскольку экспертиза не могла установить, кто именно, оба освобождаются от ответственности"

10. По прилете в Москву вечером 17 июля Путин совершил три беспрецедентных действия – и в его собственной истории, и в истории России, и в истории других государств:

- о катастрофе самолета иностранной авиакомпании, случившейся на территории иностранного государства, на борту которого не было российских граждан, В.Путин почему-то сообщил Б.Обаме: Российский лидер проинформировал Президента США о поступившем непосредственно перед телефонным разговором сообщении авиадиспетчерских служб о крушении малайзийского самолета над территорией Украины;

- Путин попросил собравшееся ночью руководство экономического блока правительства почтить минутой молчания память людей, погибших в катастрофе над территорией иностранного государства самолета иностранной компании, на борту которого не было российских граждан:Мы от имени российского руководства и Правительства Российской Федерации выражаем соболезнования всем семьям погибших, правительствам тех стран, граждане которых оказались в этом самолёте. Я прошу вас почтить их память. (Минута молчания.) Для сравнения: Путин не стал просить руководство правительства почтить минутой молчания память погибших накануне 23 российских граждан в московском метро, на российской территории;

- Путин дал поручения военным (не гражданским!) ведомствам по оказанию помощи (кому? очевидно, что не украинцам): Я уже дал соответствующие поручения военным ведомствам, чтобы они оказали всю необходимую помощь в расследовании этого преступления.

11. Важнейшим условием успеха спецоперации является доведение ее точного месседжа до адресата – что именно надо делать тем, кому она адресована? С вечера 17 июля в течение последующих 10 дней Путин провел не менее 24 разговоров с лидерами западных стран (2,4 беседы в день), в которых (а также в публичном пространстве) отстаивал по сути лишь один ключевой тезис: "...этой трагедии не произошло бы, если бы на этой земле был мир, во всяком случае, не были бы возобновлены боевые действия на юго-востоке Украины". Следовательно, надо немедленно остановить наступление украинских войск.

12. Степень личного участия В.Путина в обсуждениях с зарубежными лидерами катастрофы МН-17 не имеет аналогов. Переговоры на высшем уровне шли ежедневно, практически в режиме нон-стоп. Было проведено шесть разговоров с премьером Нидерландов М.Рютте, по три – с А.Меркель и премьером Австралии Т.Эбботом. 22 июля случилась совершенно небывалая ситуация, когда российский президент разговаривал с М.Рютте дважды в течение одного дня. Такая невероятная активность беспрецедентна для руководителя государства, внешне никоим образом непричастного к катастрофе (авиакомпания не являлась российской; погибших российских граждан не было; самолет не вылетал из российского аэропорта и не направлялся в российский аэропорт; катастрофа произошла не над территорией России).

13. На этом фоне совершенно фрейдистским оказался официальный комментарий пресс-службы Кремля о телефонном разговоре В.Путина с тем же М.Рютте 23 июля 2014 г.: "В этой связи была акцентирована важность учёта мнений всех заинтересованных сторон". Иными словами, благодаря активности Путина Россия была названа заинтересованной стороной, хотя по официальным утверждениям никакого отношения ни к катастрофе "Боинга", ни к вооруженному конфликту на Востоке Украины она не имела. Показательно, что ни к одной другой авиакатастрофе, произошедшей в 2014 г., Путин не проявил какого-либо интереса. По отношению к ним Кремль осталсянезаинтересованной стороной.

14. Несмотря на все предпринятые усилия – на тщательную подготовку, плотное информационное сопровождение, активное личное участие – спецоперация "Принуждение к миру террором и дипломатией" не привела к желанному результату. Западные лидеры не смогли (или не захотели) оказать необходимого давления на украинские власти, и украинские войска продолжили действия по освобождению востока страны. Убедившись в том, что спецоперация "Принуждение к миру террором и дипломатией" не привела к остановке военных действий в Донбассе, Кремль 26 июля 2014 г. начал подготовку спецоперации "Принуждение к миру военной силой" – прямого (хотя и скрытного) вторжения регулярных российских войск в Восточную Украину, осуществленного месяц спустя, 24 августа. Мотивация решения о проведении этой спецоперации принципиально не отличалась от мотивации решения о проведении предшествовавшей.

У нас есть серьезные основания полагать, что через некоторое время мы узнаем окончательные результаты расследования ОСГ и решения будущего международного трибунала. Причем, возможно, что и ждать их придется не слишком долго. А пока мы можем обсудить, какая из предложенных версий теракта 17 июля 2014 г. является наименее противоречивой.

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Редакция сайта не несет ответственности за содержание блогов. Мнение редакции может отличаться от авторского.

Наши блоги