УкрРус

История одной трагедии

Мне Михаил Чечетов запомнится, как пламенный "дирижер" в основном безголосого парламентского "оркестра", которым он руководил с упоением во время голосований. И полагаю, что это дирижерство все же не было его личной инициативой и, так сказать, мечтой детства. Как и во многом другом, он был не ведущим, а ведомым, человеком вторичным, что хорошо понималось в региональной партийной среде. Не случайно на его первый, он же и последний, судебный процесс не пришел никто из недавних его соратников и мнимых почитателей, в отличие от процесса А. Ефремова, на котором они все же были. Кто же был ведущим, кажется, лучше всего спросить у Ефремова.

Запомнится он еще разве некоторыми казуистическими, изуверскими толкованиями происходящих в парламенте событий и отдельных голосований, которые подчеркивали разве что их нелогичность и несостоятельность, неправедность принимаемых парламентским большинством решений. Впрочем, это гораздо лучше удавалось В. Олийныку и А. Герман.

Читайте:Милиция ищет причину смерти Чечетова в его телефоне, графологи проанализировали предсмертную записку

Запомнится он мне и еще одной короткой встречей в парламентских кулуарах, когда на мое шуточное обращение "Мыхайло-махайло" ответил типа "пошел ты", но не обиженно, а даже с улыбкой.

Такой он и был. Вполне осознающий свое место в политической иерархии, не претендующий на особенные привилегии и богатства, получаемые избранными другими. Живущий одним днем и отнюдь дальше не углубляющийся мыслями. Этот подход недалекого, но чрезмерно исполнительного существа и привел его к случившейся трагедии.

Его карьерный рост и его падения воспринимались им, как чреда случайностей, при определенных условиях переходящих в закономерности. И из этих случайностей у него сформировались и свои принципы. Главный из них – всегда служить тем, кто наверху. И он служил. Стал одним из вернейших для Л. Кучмы, который поставил его главой Фонда госимущества страны. На должность особенно важную для тех, кто рвался поживиться за счет приватизации еще и этого неразворованного госимущества. И здесь был особенно нужен человек "чего изволите", который меньше бы оглядывался на закон, а больше заглядывал в рот своему высокостоящему начальнику, который, логично, должен был отмазывать его от этого закона.

Но произошел сбой. Кучму отстранили от престола. И Михаил Чечетов с первых же встреч с новой украинской фемидой начал давать показания, разоблачающие приватизационные преступления предыдущего режима. А они оказались огромны. Чего стоила приватизация одного только Криворожского металлургического завода "Криворожсталь" в пользу зятя Кучмы Пинчука и донецкого миллиардера Ахметова. Это воочию показала сменщица Чечетова на посту главного держателя имущества страны В. Семенюк-Самсоненко, которая продала индийскому предпринимателю Миттелю этот завод в разы дороже. На этой, особенно гласной реприватизации ющенковская фемида остановилась, ее главный вдохновитель на деле оказался гнилым пораженцем. И даже самого Чечетова ни как преступника, ни как доносчика не привлекли к ответу. А мирно отпустили в недальний путь в большую политику и в уже мелкие в основном политические нарушения.

Может быть потому, что уважала за принципы. Ведь даже сдав своих криминальных начальников, он, как ни парадоксально, от этих принципов не отступил. Наоборот, снова ярко продемонстрировал их даже этим поступком, то есть проявил готовность служить тем, кто при власти и силе. Другое дело, что "помаранчевая" власть не приняла его, чем, наверное, на некоторое время и спасла. Ведь страшно подумать, что случилось бы с ним, если бы уже с "помаранчевым" грузом явился Чечетов к В. Януковичу, при котором даже невиновные, но видные оппозиционеры сажались в тюрьму.

Уверен, если бы и нынешняя власть приветливо махнула ему рукой или чуть-чуть поманила пальчиком, то тоже получила бы верного или чиновника, или будущего депутата. Ей, судя по развитию событий в парламенте, такие нужны.

Но, как говорится, не суждено. Мог ли он остаться живым даже при такой ситуации? Уверенности нет. Почему-то вспоминаются загадочные самоубийства кучмовских министров Ю. Кравченко и Г. Кирпы, первый из которых мог свидетельствовать на суде по убийству Георгия Гонгадзе, второй много чего знал о злоупотреблениях в строительстве и вообще подноготную властной верхушки. Припоминается рассказ одного из бывших ИТР Южмаша, который говорил о Кучме, что тот был как бы чемпионом СССР по карточной игре: то ли по покеру, то ли по преферансу. То есть обыгрывал всех, с кем встречался. А это были члены промышленной элиты. Такое умение, по словам того же инженера, помогло ему и в жизни благополучно протянуть два президентских срока, дальше удержаться на плаву. Не исключено, что кто-то и сейчас оказывается жертвой удачно выполненных политико-карточных манипуляций. Снова на слуху давнишнее самоубийство высокого советского коммунистического аппаратчика, который имел прямое отношение к партийной кассе, и тоже выпрыгнул из окна в пору развала коммунистической системы. Для такого шага, согласитесь, было нужно, не только нежелание жить, но и определенное мужество. Ни первым, ни другим Чечетов за свою жизнь не овладел. По-своему он любил этот мир, любил сытность и привилегии, которые давала ему тогдашняя власть, любил и боялся потерять. Ради сохранения их готов был этой и любой власти служить усердно и вечно, безоглядно, даже вопреки всяким понятиям справедливости, порядочности и закона.

Учитывая это, нынешним высоким властям желательно особенно объективно и обстоятельно разобраться в причинах лишения этой жизни.

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги