УкрРус

Осталось уговорить Рокфеллера

Ни для кого не секрет, что развод практически всегда сопровождается разделом всего нажитого непосильным трудом. И дело даже не в том, ЧТО вы делите – медные ложки или особняки. Вопрос в принципе – никто никому не хочет уступать. Каждый из супругов для себя всегда найдет оправдание, почему именно ему должно достаться больше или лучший кусок. И каждый считает, что правда на его стороне. Знакомая ситуация? Причем, даже те, кто уходит с одним чемоданом, оставляя все бывшим, где-то в глубине души затаит обиду и все равно будет считать себя обделенным или несправедливо наказанным, хотя внешне все выглядит благопристойно. Как это нередко случается, бывший муж оставляет все бывшей жене, а сам начинает все сначала. Общественная мораль, безусловно, это одобряет. Но почему? Я действительно не понимаю, почему бывшие жены, особенно те, кто ни одного дня в своей жизни не работал, считают себя в своем праве претендовать на бОльшую часть, если не на все, что было заработано не ими. Да, они готовили борщи, воспитывали детей или не готовили и не воспитывали, а "строили" домработниц и нянь. Но это же не повод паразитировать на плечах своих бывших мужей. Они, между прочим, для того, чтобы заработать свои миллионы, инвестировали в себя – деньги, знания, опыт, и самый бесценный ресурс - время, в отличии от некоторых праздных красавиц, единственная цель которых в этой жизни - быть красивой. Я абсолютно не против, чтобы жена была красивой 24 часа в сутки, я – за красоту всегда и везде. Но, простите, какое это отношение имеет к имуществу, заработанное не ими? Если уж и говорить о справедливости, которая устанавливается законом, то максимум на что может претендовать такая красавица – это на половину от того, что было нажито в период брака.

Сразу отмечу, что в данной публикации не идет речь о мужьях, которые оставляют своих жен и детей ни с чем, предпочтя свежую кровь, а также пока не рассматривается "схемное" приобретение имущества с целью избежать отнесение такого имущества к общей совместной собственности.

Как-то в одной семье, в силу имеющихся обстоятельств, все имущество оформлялось на супругу и дочь, хотя "добытчиком" был все же супруг. Так, весьма немаленький дом, метров на 500, на побережье одного из курортных городов был оформлен на дочь, равно как и совсем недешевый легковой автомобиль. Предприятие, на которое впоследствии было приобретено нежилое помещение на набережной все в том же курортном городе, по бумагам было оформлено на супругу. Таким образом, супруг, заработавший и вложивший средства в имущество, де-юре не имел к этому отношения, он был лишь прописан в доме, оформленном на дочь. Именно в этом и состояла вся трагичность ситуации – "собственница" разрешила своему отцу прописаться в доме, к приобретению которого она не имела никакого отношения, а его супруга иногда "позволяла" вникать в бизнес-вопросы.

Безусловно, в отношении предприятия он мог бы заявлять о том, что это общая совместная собственность. Но ведь это предприятие само по себе не особо представляло интерес. Интерес представляло только имущество, собственником которого оно являлось. А предприятие как бизнес, в силу нашего законодательства, не делится. Разделу подлежит только прибыль, пропорциональная доле в уставном капитале, и то, при соблюдении двух условий: 1) доля в уставном капитале формировалась за счет средств семьи, а не за личные деньги; 2) на момент раздела активы превышают пассивы. Другими словами, если предприятие прибыльное, можно претендовать на соответствующую часть прибыли, если есть убыток - претендовать не на что. Совершенно очевидно, что при правильной постановке вопроса, предприятие в "нужный момент" может оказаться убыточным. И наш герой это отлично понимал.

А тем временем, супруга нашла себе приключение, и для нее было не важно, что молодые годы остались в далеком прошлом. Она решила, что жизнь предоставляет ей шанс начать все сначала. И глупо не воспользоваться таким материальным фундаментом, которым обеспечил ее уже нелюбимый супруг. Что ж, по прежнему красивая и весьма состоятельная, она была привлекательной добычей для многих, особенно для тех, кто мечтал поживиться за чужой счет.

Отношения с ее новым избранником привели к прогнозируемому финалу долгой супружеской жизни – развод. Но вот незадача, супруг потребовал раздела имущества, а она, в свою очередь предъявила требования о его выселении из дома, при чем "без выходного пособия", мотивируя тем, что он к имуществу не имеет никакого отношения. И рассказала ему свою версию приобретения жилого дома – дом был приобретен дочерью (!) за деньги, которые мать, она же супруга, одолжила у своей состоятельной подруги. Нежилое помещение на набережной также не может быть поделено – собственником является юридическое лицо.

Казалось бы патовая ситуация. Де-юре действительно, имущество, которое приобреталось за деньги главы семейства, нельзя отнести к общей совместной собственности семьи, поскольку документы утверждали обратное. Но в данной истории был один нюанс, о котором красавица-супруга забыла. Для приобретения нежилого помещения был оформлен кредит на сумму 300 000 долларов. Стороной кредитного договор выступал супруг, супруга же письменно подтвердила, что не против.

Думаю, понятно, что вот этим нюансом и воспользовался наш герой, предъявив требование о погашении половины кредита, ведь долги, нажитые в браке делятся также, как и имущество.

После обсуждения всех вопросов с адвокатами, а также принимая во внимание, что супруг по документам не имел отношения к имуществу, нажитого в браке, было найдено следующее решение.

Стороны должны заключить брачный договор, согласно которому супруга, при расторжении брака, выплачивает супругу N-ую сумму денег, равную половине стоимости имущества, нажитого в браке. Данную сумму предполагалось определить долей супруга в общей совместной собственности, выраженную в твердой сумме. В свою очередь, супруг должен был принять на себя личные обязательства по погашению долга по кредитному договору. Что касается предприятия, то право личной частной собственности на него по брачному договору должно было быть закреплено за супругой. Кроме этого, стороны, вне брачного договора, должны были установить порядок освобождения супругом дома: в течение какого периода и на каких условиях. Поскольку правоустанавливающие документы на дом были оформлены на дочь, формально, дом и все, что с ним связано, не могли быть предметом брачного договора.

Теперь, как говорится, осталось уговорить Рокфеллера, то есть его бывшую супругу, подписать брачный договор на таких условиях.

Но экономический кризис внес свои коррективы. После проведенных многочисленных встреч с адвокатами супруги, сторонами было достигнуто соглашение. Было решено определить супругу денежную компенсацию в размере стоимости квартиры площадью не менее 200 кв.м. и стоимости легкового автомобиля. Такая компенсация должна была быть выплачена супругой в установленный брачным договором срок. При этом договором была определена ответственность супруги за нарушение сроков выплаты компенсации в виде пени и штрафа.

В отношении бизнеса было принято решение оформить договор дарения на часть доли в уставном капитале предприятия, вследствие чего наш герой получил реальное право на управление бизнесом. Кроме этого, сторонами было достигнуто соглашение, но не в рамках брачного договора, о директоре предприятия. Право выбирать и назначать директора получил супруг. Обязанность по погашению задолженности по кредиту осталась за супругом, брачным договором было определено, что данные обязательства являются его личными.

Таким образом, в данном конкретном случае можно утверждать, что справедливость в какой-то мере восторжествовала. Но такое торжество стало возможно исключительно благодаря долгам супруга, как бы странно это не звучало.

P.S. После того, как красавица "похудела" имуществом в два раза, молодой жених отправился искать удачи без нее.

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги