УкрРус

Особая конфискация или обычное бессилие

Относительно законопроекта №3025 об особом режиме конфискации имущества стоит отметить следующее.

Что касается соответствия проекта конституционным требованиям – тут добавить нечего, значительное количество высопрофессиональных коллег уже высказались по этому поводу. Тем более не хочется обращаться к анализу персоналий этого процесса, информационное поле исполнено фактами. Обратить внимание хочется на следующее.

В то время, как вся страна пытается подняться на очередной раунд борьбы за инвестиционную привлекательность, надеясь в очередной раз не уйти в нокдаун под сокрушительными ударами коррупции, любые попытки расширить возможности для внесудебного изъятия активов, конфискации имущества, имущественных прав, ограничения возможностей их реализации являются ничем иным, как усилением этого врага, усилением коррупционного потенциала.

На сегодня десятки государственных институций имеют возможность без суда ограничивать имущественные права граждан и юридических лиц: расторгать договоры, лишать лицензий, останавливать обращение ценных бумаг, арестовывать счета.

Все это ничто иное, как коррупционный инструментарий и набор приемов для т.н. рейдерских захватов. Мы же придерживаемся позиции, что количество таких инструментов у государственных органов должно быть сведено к минимуму, в идеале к единственному варианту – судебному порядку.

Обеспечить антикоррупционный контроль одного государственного органа, суда несравнимо проще, чем десятков прочих. Обеспечить достойную мотивацию сотрудников одного органа, суда, лишив их соблазна подзаработать на переделе собственности, несравнимо дешевле, чем для десятков тысяч чиновников.

Поэтому необходимо изымать полномочия по ограничению имущественных прав и концентрировать их в судебной системе. С этой позиции законопроект №3025 торпедирует любые начинания в этой области.

Другим важным аспектом является суть информационной составляющей этого законопроекта, суть его презентации общественности, но не та, которую пытаются представить инициаторы, а та, которая остается в восприятии. А суть простая – бессилие.

Представители власти публично и громогласно демонстрируют свое полное бессилие обеспечить соблюдение законности, неспособность обеспечить интересы государства в правовом поле, неумение или нежелание работать в пространстве международного правового регулирования. Все это может иметь следствием крайне негативный вывод: претензии государства Украина к определенной группе лиц не подкреплены правовыми аргументами, т.е. – не существуют.

Может именно для этого и затеяно это представление? Для того, чтобы убедить те международные институции, к компетенции которых относится розыск и возврат преступным путем полученных и вывезенных активов в изначальной бесперспективности сотрудничества с украинским государством?

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги