УкрРус

Как Украине залечить невидимые раны войны

Текст переведен специально для сайта "Обозреватель". Оригинал читайте на AtlanticCouncil.org

Лечение "невидимых ран войны" - психологических травм - стало важной проблемой для международных организаций в зонах конфликта. Украина - не исключение. Но страна все еще изучает, как лучше всего решить эту неотложную проблему психического здоровья среди боевых ветеранов, внутренне перемещенных людей и других уязвимых групп населения.

У специалистов в области психического здоровья Украины был небольшой опыт с кризисной психологией, когда во время протестов Майдана вспыхнуло насилие, а затем на востоке началась война. Также были опасения, что система охраны психического здоровья унаследовала дурную славу со времен советской эры, когда обвинения в психическом заболевании использовались с целью опорочить политических противников. Боялись и того, что подобные воспоминания помешают людям обратиться за помощью, а это могло иметь драматические последствия, в том числе увеличение самоубийств, случаев насилия в семье и алкоголизма. По этим причинам получили распространение программы по обучению украинских психиатров и психологов касательно лечения послевоенных травм.

Хотя точное число таких программ неизвестно, непрекращающийся вопрос состоит в том, насколько они эффективны. Многие наблюдатели указали на недостатки в качестве различных программ и отсутствие координации в прилагаемых усилиях. Елена Черепанова, специалист по психологическим травмам, имеющая опыт работы с украинскими психологами, утверждает, что данная область в Украине иногда похожа на "Дикий Запад". Кац Де Йонг, психолог из неправительственной международной организации "Врачи без границ" также заметил: "хотя в бумагах значится, что для помощи людям существуют прекрасные программы, действительность оказывается не такой радужной. Все сильно приукрашено"

Поверхностность многих из этих программ идет вразрез с их благими намерениям. Леся Василенко из НГО "Юридична сотня", предоставляющей юридическую помощь вернувшимся домой солдатам, описывает ситуацию так: "Международные организации и психологи приедут, проведут тренинги для сотни людей или около того, и скажут: "’Вы прошли курс обучения, и теперь вы квалифицированы’’. Пять часов - и квалифицированы?"

Если распространение тренингов с недостаточным контролем качества и преследует в качестве цели расширение сферы охраны психического здоровья в кризисной ситуации, в действительности, психологи в Украине до сих пор неспособны удовлетворить высокий спрос на свои услуги. Убедить людей обращаться за помощью далеко не такая большая проблема, как низкая доступность психологической помощи, особенно в сельских районах и АТО, где профессионалы отправляться не желают. Оксана Хмельницкая, психолог и руководитель в НГО "Кризисная психологическая помощь", сожалеет о том, что "остальной части Украины" и областям за пределами больших городов уделяется недостаточное внимание. Это чрезвычайно проблематично для тех солдат, кто возвращается домой в эти части страны.

Учитывая эти сложности, как международное сообщество может улучшить свой подход к проблеме психологических военных травм в Украине? Работая с последствиями длительного насилия и внутренних перемещений, следует фокусироваться на организации служб для борьбы с травмами и их поддержании в течение длительного срока.

Разумеется, обучить украинских специалистов – важно, но международные деятели должны мыслить более широко о проблеме доступа и стремиться обеспечить широкую систему поддержки. Им стоит начать сотрудничать с важными общественными организациями, такими как церкви, которые могут оказать поддержку.

Международное сообщество должно также признать, что психологическая травмы усугубляют длительные физические лишения. Дарежан Явахишвили, грузинский психолог, отмечает, что в тех областях Украины, где инфраструктура была разрушена, а насилие стало частью обыденности, "недостаток психического здоровья расценивают как роскошь". Таким образом, важно инвестировать больше денег в борьбу с гуманитарным кризисом в Украине. Удовлетворение физических потребностей людей способствует развитию доверительных отношений и поможет улучшить обстановку, в которой будет проще работать с психологическими травмами.

Наконец, международное сообщество должно убедить украинские власти не только поддерживать те НГО, что эффективно работают над психологическими травмами, но также вкладывать средства в собственных военных психологов и командующих. Текущая зависимость от волонтерских усилий должна быть компенсирована построением официальной инфраструктуры. Следует выделить время и ресурсы на то, чтобы обучить тех, кто работает с солдатами на фронте и позаботиться о том, чтобы заранее смягчить будущие травмы, вовремя выявить их признаки и принять меры.

Подобные усилия с вершины политико-военной иерархии Украины послужили бы сигналом о том, что обращение за помощью – вовсе не признак слабости, как принято считать среди военных.

Как Де Йонг выразился, если с этими проблемами не бороться, то "Люди конечно выживут. Но качество такого выживания будет другим". Мы должны бороться за лучшую Украину.

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги