УкрРус

Что же в России пошло не так?

С переходом системного кризиса к завершающей стадии, то есть переходу от загнивания к распаду в дело вступает ФАКТОР УСЛОВИЙ. Любая социальная система (государство - это социальная система) Может деградировать и разлагаться бесконечно долгое время, если она находится, например, в изоляции. Если сравнить в этом плане Северную Корею и РФ, то первая, благодаря своей изолированности от мира, представляет собой более жизнеспособную систему (речь идет именно о способности существовать в условиях жесткого дефицита ресурсов). Россия же глубоко вовлечена в систему мирового разделения труда, не обладает суверенной финансовой системой, да и суверенной элиты давно не имеет. У страны нет ресурсов для строительства "железного занавеса" и нет возможности существовать за ним, что делает ее крайне уязвимой перед угрозами, прежде всего экономическими, исходящими извне.

Кто ж тебе даст разлагаться в свое удовольствие? Когда Речь Посполита деградировала к середине 18 столетия, ее тут же попилили между собой Пруссия, Австрия и Россия. В 19 веке Китай, застрявший в сонном средневековье, стал жертвой экспансионистских устремлений быстро модернизировавшейся Японии. Не остались в стороне и европейские державы, находящиеся от него на другой части планеты.

Множество слабых государств третьего мира, формально обладая атрибутами независимости, тем не менее, порой полностью утрачивают суверенитет, становясь придатком более развитых социальных систем, будь то государства или наднациональные структуры (ТНК).

Примем за истину, что стабильность пришедшей в упадок социальной системы может быть нарушена путем внешнего воздействия еще до момента исчерпания внутренних резервов. Совершенно очевидный случай, когда нежизнеспособные социальные системы гибнут в результате воздействия внешнего фактора – война. Любая, даже победоносная война подрывает ресурсную базу системы, требует от общества мобилизации, моральных усилий и физических лишений. Но если у общества нет достаточных стимулов для того, чтобы спасать государство и элиту, интересы которых расходятся с интересами подавляющей массы народа, то возникает тот самый конфликт интересов, при котором "верхи не могут, а низы не хотят".

Российская империя, не вляпайся она в 1914 году в общеевропейскую войну, могла загнивать еще довольно длительное время – может 10, а то и все 20 лет. Но она влезла в ненужный и непосильный для себя конфликт, подорвала свои силы. Социальные противоречия обострились, и в результате разразилась революция.

Франция в те же годы перенесла напряжение, гораздо большее чем Россия, но там революции не произошло, даже революционная ситуация не сложилась. В здоровом обществе в адекватных условиям социальных системах, революции не происходят, даже если условия к этому располагают. Если отсутствует системный кризис, положение фактора условий, то и системного фактора не происходит. Без этого возникновение революционной ситуации невозможно.

Итак, один из важнейших факторов, создающих условия для революционного кризиса – внешний. Сегодня широко распространена точка зрения, что Февральская революция 1917 года в России – результат заговора, центром которого являлись английское и французское посольства. Я когда-то тоже был склонен преувеличивать значение козней наших "партнеров" по Антанте. Однако, рассуждая логически, революция в России именно зимой 1917 года была совершенно не нужна ни Лондону, ни Парижу. Ведь на весну на Восточном фронте было намечено генеральное наступление. С ударами русских увязывались и активные действия на Западном фронте. Так зачем мешать русскому мужику проливать кровь за интересы европейского капитала?

Окончиться наступление провалом - тогда и царя свергать будет сподручнее. Даже в случае успехов на фронте, в тылу жизнь будет только ухудшаться. Это показал 1916 год, когда на фронте военных побед (бруссиловское наступление) в стране наблюдался резкий рост забастовочного движения. Ведь низы, неся бремя войны, ровным счетом ничего не получали от победы.

Давайте посмотрим на ситуацию глазами русских генералов, которые выступили главной движущей силой переворота. Уж какими бы недалекими солдафонами они ни были, их целью была победа в войне, а вовсе не революция. А что нужно было для того, чтобы победить в войне? Концентрация усилий фронта и тыла! В 20 веке воевали уже не просто армии, а прежде всего экономики.

В 1916 году Генеральный штаб представил государю свои соображения на тему, "как нам победить в войне". В числе совершенно необходимых мер значились национализация военной промышленности и введение военного положения на транспорте. Это настолько очевидные вещи, что сегодня нам кажется совершенно необъяснимым почему данные шаги не были предприняты ранее?

Ну, ладно, в 1914 году все стороны рассчитывали завершить войну к Рождеству. Но почему милитаризация экономики не была предпринята в 1915 году, ознаменовавшемся тяжелейшими поражениями на фронте?

Одной из причин военных неудач и потерь русской армии стал знаменитый снарядный голод. Объяснение его просто чудовищное – владельцы военных заводов вступили в сговор и решили "попридержать товар" для того, чтобы взвинтить цены на снаряды. Есть основание полагать, что имел место саботаж и со снабжением фронта, потому, что засов снарядов, наколенных в мирное время вполне должно было хватить на год войны, даже если не вводить режим жесткой экономии.

Почему подобное стало возможным? Это и есть системный фактор в действии. Российская империя представляла собой умирающего, впадающего в маразм феодального динозавра, окруженного мускулистыми и агрессивными капиталистическими хищниками. Государство разлагалось изнутри, система управления деградировала и не могла справляться с вызовами военного времени. Такая форма власти, как самодержавие, стала совершенно неадекватной в век радио и аэропланов, когда тысячи решений нужно принимать ежеминутно, а для их принятия следует обладать соответствующей компетенцией.

Ситуация, когда решение важнейших вопросов замыкалось на монарха, монарха безмозглого и слабохарактерного, озабоченного более семейными делами, нежели нуждами империи, делало положение просто катастрофическим. Умирающая государственная система была не в состоянии принимать решения, необходимые для самосохранения, не могла реализовать те решения, которые все-таки принимались. Не удивительно, что частный капитал решил увеличить норму прибыли за счет казны. В результате армия не получала в нужном объеме вооружений и боеприпасов. Капитал был в этом не заинтересован. Капиталу чужды патриотизм и чувство долга. Капиталу не нужна победа в войне "страны прописки", если на поражениях и неудачах можно получить больший гешефт. Россия оказалась не способной обеспечить свою армию даже винтовками, производство которых пришлось размещать в США, закупались винтовки и в Японии. На это тратилось дефицитное золото, но пойти на национализацию военной промышленности царь боялся.

Не меньшую угрозу представляла и дезорганизация на транспорте. Зимой 1916-1917 годов из-за срыва поставок сырья и угля останавливались многие заводы. В Москве разразился дровяной кризис, в Петрограде – хлебный. Транспорт, функционирующий в режиме мирного времени, не мог справляться с более сложными задачами военного периода. Продолжать ведение войны в таких условиях было крайне затруднительно.

Поэтому попытка генералов сместить царя – маразматика, отказывающегося воевать по взрослому, было совершенно логичным и даже неизбежным, учитывая, что на весну планировалось решительное наступление. Если система управления не соответствует требованиям времени, ее нужно менять. Ключевым звеном системы управления был царь. Соответственно, его и требовалось устранить. Но ни у генералов, ни у вступивших с ними в сговор думцев, ни у тем более членов правящего дома Романовых (третий центр заговора), разумеется, и в мыслях не было свергать в России саму монархию. В их намерения входило отодвинуть от кормила власти обанкротившегося Николашу, заменив его номинальным государем Мишей, который станет сидеть тихо и не отсвечивать, послушно подписывая проекты указов и приказов, разработанными в Генеральном штабе. Таким образом, генералы рассчитывали за два месяца осуществить необходимые мобилизационные мероприятия в тылу, на транспорте, и пойти в решительное наступление, которое по их чаяниям, приведет к победе в войне. Логично?

В интересах ли стран Антанты было ввергать Россию в хаос именно сейчас? Почему бы не подождать, пока русский мужик не обеспечит своей кровью победу в войне западным союзникам? Так что если английское и французское посольства и были в какой-то форме вовлечены в заговор, вряд ли их намерения сильно расходились с планами генералитета.

Почему же все пошло наперекосяк? Вот тут и сыграл свою роль непредсказуемый ФАКТОР УСЛОВИЙ. В конце февраля в Петрограде вспыхнули беспорядки, спровоцированные дефицитом хлеба. И если бы дело заключалось в одном только хлебе, локальное недовольство не переросло бы в масштабный бунт. Но перебои с хлебом вызванные провалами в работе транспорта, послужили лишь поводом для выражения недовольства, причины же протестов имели куда более серьезные основания.

Тут сыграла свою роль общая усталость от войны, цели которой были не ясны или не разделялись широкими массами. Вызванная войной дороговизна всего привела к снижению жизненного уровня низов. Буржуазия и "средний класс" традиционно проявляли недовольство политическим режимом, пережитком феодализма.

Почему волнения не были подавлены силой? Вот это очень интересный вопрос. Высший слой бюрократии империи в значительной массе состоял из членов правящего дома, а "заговор великих князей" являлся звеном тройного заговора военных, думцев (буржуазии) и родственников царя. Значит, высшие сановники имели возможность блокировать работу полиции. Действительно, полиция, которая могла в те дни подавить бунт в зародыше, бездействовала.

Военные, так же имели возможность повлиять на ситуацию, но, видимо, решили использовать беспорядки в столице для оказания давления на государя. Возможно они не верно представляли масштаб проблемы. И, уж точно, войска перешли на сторону протестующих без ведома генералов.

Беспорядки в Петрограде приняли неконтролируемый характер. Дума, которую царь распустил перед своим отречением, находилась в ступоре, боясь высунуть нос из Таврического дворца. Николай Второй отрекся от престола, но великий князь Михаил, видя, как хаос охватывает все вокруг, испугался и отказался принять верховную власть без воли на то народа.

Вот так ФАКТОР УСЛОВИЙ спутал заговорщикам все карты: хотели сменить монарха, а обрушили монархию. Далее ход событий уже никто не мог контролировать, в столице сложилось двоевластие (Временное правительство и Петроградский совет); в армии сложилось двоевластие (командная вертикаль и солдатские комитеты); на производстве и транспорте тоже возникло двоевластие (владельцы с управляющими и фабрично-заводские комитеты, отраслевые советы). Страна быстро погрузилась в смуту.

В считанные дни сложилась революционная ситуация: низы не пожелали жить по- старому, а верхи расписались в полнейшей неспособности по-старому управлять. Произошло это в результате наложения двух факторов – системного и фактора условий. Если бы система оставалась дееспособной, ни какие бы волнения не смогли привести к краху. Если бы в момент дворцового переворота не произошло волнений в столице, если бы войска Петроградского гарнизона сохранили верность режиму, монархия в России еще продержалась бы некоторое время. Вышло так, что случайное стечение обстоятельств и событий, которое никто не мог ни предвидеть, ни предотвратить вызвало революцию в России.

Значит ли это, что революцию можно было предотвратить? Нет, системный фактор неумолим: если система сгнила, если система не отвечает требованиям времени, она рухнет. Но вот КОГДА она рухнет, зависит от условий. Вступление России в войну, цепь неудач, усталость населения от войны, дезорганизация на транспорте и в промышленности, множество других условий создали предреволюционную ситуацию, когда социальная система и экономическая конструкция находятся в очень неустойчивом состоянии и могут разрушиться в любой момент при наложении двух и более неблагоприятных условий. Нарушение равновесия системы приводит к созданию революционной ситуации.

Можно ли целенаправленно создать революционную ситуацию? Нет, можно попытаться спровоцировать условия, в которых возникает революционный всплеск. Но если отсутствует базовое условие – системный кризис, или это кризис еще не вступил в завершающую стадию, любые попытки вызвать революцию путем кесарева сечения останутся бесплодными.

Даже когда, вроде бы, все условия созрели трудно рассчитать когда, где и какие события способны дать толчок революции. Возвращаясь к ситуации февраля 1917 года, можно предположить, что именно наложение двух событий – верхушечный антиниколаевский заговор и низовое волнение в столице спровоцировали крах империи, в достаточной мере прогнившей и ослабевшей к тому времени. Но если бы эти события оказались разнесены во времени, кто знает, сколько бы еще продержался царизм в стране?

Сейчас в РФ уже вполне оформилась предреволюционная ситуация: система деградировала, почти исчерпала запас прочности ресурсная база, необходимая для поддержания стабильности, неуклонно сокращается. Но условий для того, чтобы правящий режим рухнул, словно карточный домик, пока нет. Однако аналогии с ситуацией столетней давности прослеживаются невооруженным взглядом:

- Как и тогда, страна вляпалась в совершенно ненужные войны, цели которых непонятны, наверное даже для тех, кто их затеял.

- Как и тогда, РФ потеряла значительную часть экспортных доходов, что надорвало экономический базис системы. Напомню, что в начале ХХ столетия основными статьями экспорта были зерно и нефть, а основным торговым партнером России была Германская империя.

- Россия снова упустила момент, когда крах системы можно было предотвратить, или, по крайней мере, значительно отсрочить, с помощью мобилизационного рывка. Романовская империя могла удержаться от падения в пропасть, прими царь-тряпка всерьез рекомендации генералитета о необходимости национализации оборонной промышленности и мобилизации тыла. Нынешний режим, гипотетически, мог отодвинуть свой крах, если бы нефтяные сверхдоходы 15-летия путинской стабильности не оказались бы бездарно промотаны, а целенаправленно использовались для создания несырьевого контура экономики. Однако, все годы путинизма продолжалась ускоренная утилизация остатков советского технологического потенциала.

Кстати я веду речь не только о "железе", которое в любом случае устаревает и нуждается в обновлении. Гораздо более опасна, хотя и менее заметна утрата научных, инженерных и рабочих кадров, способных это "железо" спроектировать построить и эксплуатировать.

Ладно, еще лет пять назад можно было успокаивать себя тем, что мы продадим нефть и все, что надо купим за границей, включая самое современное "железо". Но сегодня нефтяная палочка-выручалочка вдруг перестала быть волшебной.

- Как и сто лет назад у нас медленно, но верно нарастает управленческий хаос, связанность системы управления разрушается, субъект управления рвет нити, связывающие его с управляемым объектом. То есть, если переложить последнюю фразу доступным языком, бюрократия впадает в маразм. В 1916 году туркестанский генерал-губернатор боролся с инфляцией тем, что приказывал пороть тех торговцев на базаре, которые, как ему казалось, необоснованно завышают цены. Сегодня карательные органы, оберегая покой главкрысы и духовные скрепы, сажают за решетку блогеров и пользователей соцсетей, позволяющих себе высказывать крамольные мысли, например о том, что бога нет. Но как это может спасти кремлевский режим от краха?

- Тогда, как и сейчас, власть стремительно теряла авторитет (не путать авторитет с рейтингом). Тогда в народе судачили, что царица сидит с Распутиным и шпионит на кайзера. Ныне народ обсуждает таланты близкого к телу виолончелиста и стремительный рост благосостояния царского зятька.

- Сегодня, как и век назад, Запад имеет мощные финансовые рычаги воздействия на нашу элиту, только характер этого влияния имеет разную природу. Тогда царское правительство влезло по уши в долги к лондонским и парижским банкирам. Стабильность финансовой системы Российской империи находилась в полнейшей зависимости от благорасположения зарубежных кредиторов.

Нынешние хозяева РФ вывезли на запад капиталы, которые они "заработали рабским трудом на галерах" здесь, и таким образом, они попали в зависимость от тех, кому отдали "свои" деньги.

- Сейчас, как и перед крахом романовской империи, элита расколота на два лагеря – либералов-транснационалов и имперцев-консерваторов. Тогда граница была очерчена четче: верхушка бюрократии и духовенство принадлежали к консервативному лагерю, а нарождающаяся экономическая элита – буржуазия – все решительнее требовала либерализации системы.

Нынче буржуазии, как таковой, нет. Власть и собственность слиты воедино, поэтому по внешним признакам трудно различить "ипмерцев" и "либералов". Но факт раскола налицо, и с каждым днем противоречия между этими группировками элитариев будут лишь нарастать.

Когда баррель зашкаливал за $100, ресурсов на раздербан хватало всем, а что не могли "освоить", сразу отдавали в долг Америке. А сейчас "кормовая база" клептократии резко сократилась, и скоро в повестке дня встанет вопрос о сокращении количества "едоков". Ни имперцы ни либералы не желают стать этими самыми лишними едоками. Внешняя монолитность путинского режима обманчива. По мере обострения экономических проблем, будет рушиться и "дружба" элитариев, что самым фатальным образом скажется на устойчивости системы и создаст дополнительные условия для возникновения революционной ситуации.

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги