УкрРус

Между небом и землей. Как борется за жизнь отравленный таллием одессит

  • Александр Зелинский
    Александр Зелинский
    Из личного архива семьи

Семь лет назад Украину потрясла история молодого одессита Александра Зелинского: студента-программиста отравили таллием, он стал недееспособным инвалидом 1-й группы и оказался закованным в свое почти обездвиженное тело.

По прошествии лет украинские СМИ и общественность забыли об этой истории. Тем временем, виновные в отравлении парня, равно как и виновные в затягивании расследования на долгих шесть лет (производство стало продвигаться спустя год после трагедии. – Ред.), до сих пор не наказаны.

Всего пару месяцев назад главному фигуранту дела, жителю Одессы Илье Кузурманову впервые предъявили обвинения. При этом, как уверяют родственники отравленного таллием парня, статья, по которой обвиняется Кузурманов, вполне может дать подозреваемому уйти от ответственности.

Чтобы дать сыну шанс жить полноценной жизнью, родители Саши Зелинского продали свою просторную квартиру в центре Одессы и переехали в жилье попроще – главное, чтобы у Саши была надежда снова стать как все.

"Обозреватель" решил рассказать вам о Саше от имени его отца – Валерия Николаевича Зелинского. И это его исповедь.

Папино плечо

"Каждое утро я стараюсь просыпаться как можно раньше. Встаю с восходом солнца и сразу же начинаю заниматься домашними делами – кормлю кота и готовлюсь к новому дню.

Семь лет назад моего единственного и долгожданного сына Сашу отравили таллием. Это тяжелый металл, который вызывает в организме человека бесповоротные последствия – отек головного мозга, отмирание нервных клеток, инвалидность и даже смерть.

Саша рос умным и общительным парнем. Он мечтал стать программистом – уделял время будущей профессии, учился в университете. У Саши было много друзей, замечательная девушка и неплохое хобби – автоквесты. Сначала сын участвовал как рядовой игрок, а потом вышел на новый уровень и сдружился с организатором автоквестов в Одессе. Эта дружба, в итоге, оказалась для него фатальной – по данным следствия и согласно признательным показаниям, именно глава одесской игры "Квест" Илья Кузурманов отравил Сашу.

Иногда задаю себе вопрос: "Почему я не почувствовал подвох?" И знаете, что? – А я и не мог его почувствовать. Все было слишком хорошо и, как говорят, в фильмах, ничто не предвещало беды. Когда Саше было 19 лет, он поехал вместе с друзьями отдыхать под Одессу. Уезжал в бодром настроении и много шутил. А потом бац и как гром среди ясного неба – Саше резко стало плохо, он попал в больницу и впал в кому.

Выяснилось, что руководитель автоквеста, с которым дружил мой сын и с которым они вместе отдыхали на море, дал Саше выпить воды, в которой был разведен таллий. Было ли это нарочно? Хотел ли он убить моего сына? – Я не знаю. Даже сам Саша долгое время не знал, кто и что с ним сделал. Просто сейчас ты идешь по улице и все хорошо, а уже через секунду…открываешь глаза и понимаешь, что ты пролежал в больнице несколько месяцев и с тобой случилось что-то ужасное.

Чтобы выяснить, что именно сразило Сашу, мы с его мамой, медики по образованию и профессии, несколько недель блуждали из одной лаборатории в другую, советовались со специалистами, слушали неутешительные прогнозы. Выявить таллий или любой другой тяжелый металл в организме человека не так-то просто – в Украине количество лабораторий, которые проводят подобные тесты, можно сосчитать на пальцах одной руки.

Саша долгое время находился при смерти, потом несколько месяцев был в реанимации, потом в отделении невралгии, а потом я забрал его домой. В 2009-м началась наша большая борьба за право на жизнь. Я соорудил целый реабилитационный комплекс, который позволил сыну спустя целых четыре года после трагедии двигаться с моей помощью.

Я подставляю ему свое плечо, перебрасываю его руку на себя, держу Сашу за талию и в таком положении он может пройтись от кровати до уборной и назад. Таллий убил слишком много нервных клеток, но оставил Саше светлый ум и желание двигаться дальше.

Отец помогает Саше ходить (фото личного архива семьи Зелинских)

Несмотря на наши с супругой старания, говорить о полном выздоровлении сына, к сожалению, еще рано. Да, и вообще неизвестно, сможет ли он жить без посторонней помощи.

Знаете, я очень боюсь, что мы с женой отойдем в мир иной, а Саша останется никому не нужным ребенком. Боюсь, что его отправят в какой-то специальный приют и целая человеческая жизнь будет отдана одному глотку воды с таллием.

Когда-то у сына было много знакомых – он "гудел" в шумных компаниях, всегда имел планы на лето и выходные. А теперь у Саши осталось всего несколько близких друзей – его бывшая девушка и друг детства Люба заходят к сыну, чтобы посмотреть с ним фильм или просто вместе посидеть. Я не злюсь на ребят, которые забыли о Саше. Думаю, сын тоже на них не злится, ведь каждый имеет право самостоятельно распоряжаться своей жизнью.

Без результатов

Вместе с этим, меня очень огорчает гнилость нашей правоохранительной и судебной систем. За эти семь лет я, кажется, стал лучше разбираться в законах и Уголовном кодексе, чем некоторые юристы и силовики.

Поскольку сын не мог долгое время разговаривать, его допросили только в 2010-м году. Спустя почти два года после трагедии, и самому главе одесской игры "Квест" Илье Кузурманову предъявили обвинения. Тогда он сам дал признательные показания – сказал, что занимался перепродажей химреактивов и развел таллий в бутылке с питьевой водой, якобы, для того, чтобы потом выпарить тяжелый металл и перепродать. Несмотря на это, Кузурманов стал проходить по делу как свидетель. Буквально пару месяцев назад ему предъявили основательные обвинения.

Вы даже не представляете, сколько раз правоохранительная система била по делу Саши: менялись статьи от ст. 121 УК Украины – "умышленное нанесение тяжких телесных повреждений" до ст. 128 – "неосторожное нанесение тяжелых телесных повреждений" и до ст. 321 – "незаконное хранение химреактивов", а потом еще в несколько статей, дело из Одессы переносили в Овидиопольский район за 40 км от нашего дома, нам меняли следователей, а потом по делу ударила реформа МВД и было расформировано городское управление, которое уже почти закончило расследование и готовилось объявить Кузурманову о подозрении (уголовное производство №1201217002000021. – Прим. Ред.). А еще потом от расследования отстранили капитана милиции Гаяне Акопян – единственного следователя, который, на мой взгляд, действительно хотел разобраться в деле.

Я неоднократно жаловался на бездействие суда в Овидиопольском районе. Но на мои просьбы судебная система никак не реагировала – десятки моих жалоб, обоснованных и аргументированных, были отклонены. Чтобы было ясно, насколько суд плевать хотел на людей, приведу пример одного из последних своих обращений: 30 мая этого года моя жалоба на бездеятельность прокурора и следователя была принята к рассмотрению, и только 17 июня, а не через 72 часа, как положено по закону, ее рассмотрели. И знаете, как? – Без присутствия потерпевших, зато в присутствии стороны обвиняемого. Кроме того, нам отказали в проведении видеоконференции.

Прошло семь лет. Дело особо никуда не продвинулось. Человек, отравивший Сашу, гуляет на свободе, ни разу не попытался посмотреть в глаза сыну и, тем более, не вложил и копейки, чтобы поставить Сашу на ноги.

Я писал письма главам ГПУ, писал в Верховую Раду, в Администрацию президента, во все возможные областные правоохранительные структуры. Я записывал ролики на Youtube, писал о нашем горе в соцсетях, обращался за помощью к журналистам, но в деле Саши одни сплошные многоточия и откровенное желание просто закрыть производство.

26 июля этого года мы ждем очередной суд, где, кажется, и планируют похоронить дело об отравлении Саши. После стольких попыток кажется, что руки навсегда опустились. Но я все еще верю, что смогу достучаться до наших властей, верю, что человека, отравившего Сашу, накажут, верю, что сын получит хоть какую-то компенсацию от своего обидчика и верю, что это приблизит его выздоровление".

Для желающих помочь семье Александра Зелинского:

Карта ПриватБанка:

5168757209870890 Зелинский Валерий Николаевич (папа Саши)

Наши блоги