УкрРус

Прокурор сил АТО Константин Кулик: Мы установим, кто тормозил "дело Курченко"

  • Прокурор сил АТО Константин Кулик: Мы установим, кто тормозил "дело Курченко"

Недавно Генпрокуратура провела ряд громких задержаний по делу беглого олигарха Сергея Курченко. Журналист "Обозревателя" Алина Купцова пообщалась с прокурором группы прокуроров Главной военной прокуратуры ГПУ Константином Куликом. Группы, которая непосредственно расследует преступления "младоолигарха". Сколько денег вывел Курченко из Украины? Кто сопротивляется расследованию? Кроме того, Кулик рассказал о "звонарях", убийцах волонтера Эндрю и шокирующем беззаконии в зоне АТО, в том числе и о преступлениях украинских военных.

- Курченко будет сидеть? Какой прогресс в этом деле?

- Начну с предыстории: после Майдана и назначения Махницкого с марта 2014 года вся Генеральная прокуратура, вся милиция начали заниматься расследованием преступлений старой власти. Я на тот момент возглавлял следственный отдел на транспорте Генеральной прокуратуры Украины. У меня в подчинении были 3 следователя. Нам поручили вскрыть, расследовать и направить в суд отдельный блок дел по Курченко.

По сути, чуть больше 4 месяцев мы, отложив все дела, занимались именно преступной группировкой Курченко. С самого начала мы получили часть доказательств и объявили в розыск Курченко, члена наблюдательного совета "Брокбизнесбанка" Бориса Тимонькина и других людей. У главы набсовета этого же банка Дениса Бугая, у начальника юрдепартамента корпорации "СЭПЕК" Евгения Файницкого мы вместе со Службой безопасности Украины нашли документацию, которая свидетельствовала о преступных схемах. За короткое время мы смогли изъять большой объем документации и зафиксировать показания свидетелей. Это дало возможность резко продвинуться вперед и получить прямые доказательства. Часть группировки бежала в Россию, Крым, часть осталась и сотрудничала со следствием. Курченко и его окружение не успевали защищаться. Но довести дело до конца нам не дали…

- Когда это произошло: при Яреме, при Луценко?

- Нет, это было, когда уволили Махницкого и Голомшу. Мне предложили уйти куда угодно, только не на дела, связанные с Курченко. Я думал вообще уйти из прокуратуры, но случайно встретившись с Владимиром Жербицким (он работал тогда в Главной военной прокуратуре, а я раньше работал у него следователем по особо важным делам) рассказал ему о своем намерении уволиться. Он сказал: "У нас есть вакансия следователя. Нужно расследовать преступления военного руководства при Януковиче". Я согласился, подписал военный контракт и уже в августе 2014 года уехал в зону АТО. В то время ГПУ прикладывала все усилия для создания Военной прокуратуры сил АТО. Хорошо помню, как в условиях военных действий никто из нас не знал, за что браться, с кем и как координировать действия, что вообще происходит в секторах на фоне событий в Иловайске и на других направлениях.

Война заставила работать и учиться на ходу. Год жили и работали в полевых условиях вместе с солдатами.

Но жизнь - удивительная вещь. Уже в АТО мы снова столкнулись с группировкой Курченко, которая пыталась в так называемых ДНР и ЛНР организовать торговлю бензином и газом. В "ДНР" тогда вывезли многих членов группировки.

Тут важно уточнить: было два направления юридического сопровождения бизнесов Курченко. "Белых" юристов возглавлял Бугай, который свои действия координировал с банкиром Тимонькиным. Они прорабатывали более-менее легальные схемы по присвоению денег, создавая видимость законности. "Черное" юридическое сопровождение возглавлял Файницкий - бывший начальник следотдела СБУ Харьковской области. Потом он работал у Курченко адвокатом, отвечая за работу фиктивных фирм, уклонение от налогов. А впоследствии "выплыл" как так называемый министр топлива и энергетики "ДНР". Мы все это фиксировали.

И мы сталкиваемся с Курченко на новом поле работы, видим его роль и его преступные схемы в контрабанде. По нашей оперативной информации, Курченко взялся обеспечить боевиков наличными деньгами. За это боевики дали ему возможность работать в топливной сфере "ДНР" и "ЛНР", провозить контрабанду. Это прямое финансирование терроризма.

Тут генпрокурором становится Юрий Луценко. Он задекларировал, что дела по Януковичу будут направляться в суд. Вызвали всех, кто ими занимался: всего дел было 68. Дела по Курченко оказались одними из наиболее проработанных. Фактически они еще раньше были выведены на финишную прямую. Оставалось 3-4 месяца до направления дел в суд. Меня спросили: "Закончишь?" Я сказал: "Закончу". В итоге сейчас работаю и в АТО, и в Киеве, занимаюсь резонансными делами в зоне Антитеррористической операции, например, являюсь старшим группы по расследованию убийства Эндрю, а также старшим прокурором в группе прокуроров по эпизодам Курченко.

Сейчас подняли и изучили более 1,5 тысячи томов по делу, пошли резко вперед, готовим подозрения всем участникам преступной организации. Не буду врать - "дыхание" политических и денежных интересов, а также давление в сторону следствия и суда становится все горячее и динамичнее. Детализировать не буду. Мы просто противодействуем. Имеем полную поддержку генпрокурора. Не жалуюсь, но работаем без выходных, по 16-18 часов в сутки. Старшим группы всех прокуроров по экономическому блоку преступной организации Януковича назначен замгенпрокурора Матиос. Для военной прокуратуры - дело воинской чести довести дела до приговоров в суде.

- О ком уже можно говорить?

- Александр Сухомлин - в первую очередь. 2 года это все "варилось-возилось". 2 года он рассказывал следователям, что, будучи главой аукционного комитета, не понимал, почему этот комитет не работал, как предприятия Курченко могли присваивать сжиженный газ государственных компаний....

- А как с доказательной базой по Сухомлину? Потому что его адвокаты говорят, что ее ноль.

- Позиция адвокатов понятна. А предварительную оценку доказательной базе дал суд при назначении меры пресечения и определения суммы залога в 100 миллионов гривен.

При назначении меры пресечения суд определяет обоснованность подозрения, не вдаваясь в детали. А когда уже дело передается в суд, доказательства в нем изучаются детально. На момент назначения меры пресечения мы не обязаны и не должны раскрывать все карты.

По моему и общему мнению следственной группы, с доказательной базой по Сухомлину все в порядке.

- Уже известно, сколько средств Курченко вывел из Украины?

- Установленная следствием сумма - до 8 миллиардов гривен. Это то, что официально подтверждено судебно-экономическими экспертизами. Но это точно далеко не все. По оперативной информации, только через "Черноморнефтегаз" и НАК "Нафтогаз Украины" вывели порядка 2 миллиардов долларов. Каков механизм и роль Курченко и других лиц в этих махинациях - расследуем.

- Есть ли у Курченко какие-то активы в Европе?

- Активы есть и значительные. По этому поводу будут еще очень серьезные разбирательства.

- ...Но они не арестованы?

- Нет. И ни копейки еще не возвращено. Надо инициировать разбирательство по этому поводу. Почему государство или, точнее, уполномоченные лица ГПУ в сфере международных отношений своевременно не приняли никаких мер по возвращению этих средств - для меня большая загадка.

- Вы упоминали "черных" и "белых" юристов. Как я понимаю, подозрение будет предъявляться всем, кто находится на украинской территории?

- Подозрение будет предъявляться абсолютно всем. Дела по лицам, которые находятся в нашей юрисдикции, будут направлены в суд. Есть те, кто скрываются в России, "ДНР", Крыму. В их отношении будет применяться процедура заочного осуждения. Все это мы уже делаем.

- "Белые" юристы принимают участие в схемах "ДНР-ЛНР"?

- Такой информации у нас нет. Пока нет.

- Вы говорили, что расследование кто-то тормозил. На каком уровне?

- Не тормозил. Просто в одночасье было принято решение с формулировкой об "изменении формата расследования". Я был старшим группы с момента регистрации уголовного производства. Вся концепция расследования, планы следственных и оперативных мероприятий, методики поведения при допросах "варились" у меня в голове. На мне все концентрировалось. Уберите одного ключевого руководителя - и группа откатится на полгода-год назад. По сути, каждый вновь пришедший следователь - это откат дела назад. Ну, тогда им было достаточно убрать одного человека - и расследование фактически тормозилось.

Фамилии я назвать не готов, считаю, что еще не время. Нужны прямые доказательства, чтобы их называть.

- А уровень?

- Зная уровень и компетенцию по принятию решений, фамилии вычислить не трудно. Пока я не готов. Назовем это "тайной следствия".

- На днях вы заявили, что ряд сообщников Курченко согласились на сотрудничество со следствием и предоставили соответствующие финансовые документы группировки. О ком идет речь и что интересного удалось обнаружить в этих документах?

- В принципе, сейчас это уже не тайна следствия, хотя еще несколько дней назад об этом нельзя было говорить. Это оригиналы тендерной документации "Черноморнефтегаза", которые были спрятаны у одного из директоров фиктивной фирмы в гараже. Он их "добросовестно" хранил по просьбе одного из своих вербовщиков, который выехал в Крым. Выдал мне эту информацию в ходе допроса. Этих документов - две брезентовые сумки килограммов по 60-70. Касаются 2011-2012 годов. Из этих документов выплывает, что 4 курченковские фирмы были постоянными победителями тендеров "Черноморнефтегаза", которыми руководил Александр Кацуба, а курировал от НАК "Нафтогаз Украины" Сергей Кацуба. Следствие предполагает, что на этих схемах Курченко и Кацубы заработали не менее 2 миллиардов долларов, часть из которых шла напрямую Януковичу.

- ГПУ задержала Александра Кацубу, который подписывал документы по "вышкам Бойко", будучи главой "Черноморнефтегаза". В направлении самого Бойко Генпрокуратура тоже "копает"?

- В нашем расследовании Бойко будет допрашиваться 30 июня. Больше я ничего не могу пока сказать.

- Какова его роль в этой истории?

- Тут мы уже затрагиваем "тонкую материю". Документов, фактически подписанных Бойко, у следствия нет. Есть документы, подписанные нижестоящими чиновниками и Николаем Азаровым. Роль Бойко еще предстоит выяснить. Как я уже сказал, будем с ним общаться, с Бакулиным тоже. Арбузову и Азарову готовим подозрения в совершении преступлений.

- Но знаменитые вышки этого дела не касаются?

- У меня этого эпизода нет, хотя и там все документы подписывали Кацубы по согласованию с Арбузовым и Азаровым. Насколько мне известно, этот эпизод расследуют следователи Сергея Горбатюка.

- А что с делом Андрея Кошеля? Поговаривают, что ему уже готовы помогать адвокаты Курченко, ведь он действительно много знает о том, кто кому и за что платил деньги.

- Конечно. Это же одна группировка. Они должны координировать действия по защите.

- А по делу Кошеля есть какой-то прогресс?

- На следующую неделю назначена апелляция по мере пресечения. Мы ознакомились с их апелляционным иском. Не вижу там серьезных или опасных оснований для пересмотра принятого в отношении него судом решения.

- Какова роль Бугая в схемах Курченко?

- Я считаю его одним из самых опасных модераторов в этих схемах. Он грамотный юрист. Как глава Ассоциации юристов Украины он пользуется большой поддержкой в этих кругах.

- И адвокаты, несмотря ни на что, готовы его поддерживать?

- Да. Когда в 2014 году я задержал Бугая, и встал вопрос об аресте - поднялась вся адвокатская общественность. В Голосеевском суде Киева 1,5 этажа было забито адвокатами. Он использовал все лазейки, все адвокатские схемы затягивания процесса. Но надо отдать должное профессионализму судьи Калиниченко, ее мужеству и выдержке, которая, несмотря ни на что, приняла законное решение. Мне очень жаль, что впоследствии Бугаю удалось добиться ее увольнения. Также из-за его мести была уволена и сотрудник пограничной службы аэропорта Борисполь, которая не допустила его побег из Украины.

По моему мнению, Бугай очень опасен и информирован о всех преступных схемах Курченко. Он умеет балансировать с законом и при этом защищен адвокатским удостоверением.

- И все же успехи есть?

- Он не открутится от уголовной ответственности. И его дело пойдет в суд. Это я гарантирую. Просто следствие в отношении него было затянуто.

- Могут ли всплыть его старые рейдерские дела, о которых много пишут в интернете?

- Бугая охарактеризовать можно довольно просто. Чтобы было понятнее, он принимал участие в "отжиме" дома учительницы Нины Москаленко. На примере этого эпизода очень хорошо видно, какими методами Бугай руководствуется. Он всех координирует, всеми манипулирует, но при малейшем разбирательстве преподносит себя как адвоката, который просто предоставляет присутствующим преступникам юридическую защиту. Такой себе "хамелеон".

Поэтому дело Бугая нельзя отправить в суд отдельно - только в связке с делами Тимонькина, Пекаря и других членов организации.

- Я вот помню конференцию с господином Сакварелидзе, когда находящийся под следствием Бугай подписывал с заместителем генерального прокурора какие-то документы. Как такое возможно?

- Было такое. Меня это тоже "резануло". Сакварелидзе потом говорил, что он об этом не знал. Но знаете, Бугай и во главе Ассоциации юристов Украины остался. Нельзя говорить об одном моменте, но игнорировать остальные. Щепетильнее нужно быть...

- А что там за история с компанией "Арцингер"?

- По данным следствия, "Арцингер" является компанией, которая организовывала и обеспечивала офшорные схемы для Курченко. Эта информация выплыла буквально на днях. Мы получили данные от зарубежных коллег. Они допросили свидетеля, который утверждал, что всеми активами занималась эта компания, которая находится в Киеве.

Может, тут и кроется ответ на вопрос, почему ничего не возвращено... Не знаю, я рапорт напишу, будем разбираться. Уверен, что тут же подключатся "их деньги". И не малые. За эти деньги опять сочинят компромат на нас. Но пока нет политической составляющей, деньги мы переборем. Мы это уже проходили.

Кстати, вот сейчас я наблюдаю, как тоже самое пытаются применить к нашим коллегам из НАБУ. Я искренне им сочувствую: у них что ни дело, так "политическая составляющая"... Я пережил просто компромат, у них впереди двойное давление, давление "политическое", подпертое "партийными суммами". И как НАБУ собирается завершать дела без спецсудов - не представляю. У них в производстве также есть дело по махинациям Кацуб - будем сотрудничать. Это позиция генпрокурора.

- Переходя к теме АТО, кто убил Эндрю? Свои?

- Скажем так, отдельные наши военнослужащие однозначно принимали участие в организации и содействии убийству. У меня и у членов следственной группы в этом нет ни малейших сомнений. Вопрос стоит о непосредственных исполнителях, которые подорвали эти мины. Понимание по этому вопросу тоже есть. Говорить я об этом пока не готов, но не потому что мне нечего сказать. Просто следствие еще идет.

Есть трудности со сбором доказательств. Многие свидетели и улики находятся по другую сторону линии разграничения. И добраться до них мы физически пока не можем. Мы пробовали несколько комбинаций. Они (оппоненты по ту и эту сторону линии разграничения) в свою очередь тоже. Сочинение и тиражирование компромата на нас - уже привычное дело. Денежные ресурсы у них еще какие. Угрозы ни на меня, ни на моих коллег не повлияли... Нам и бронированные машины выделяли. Дошло до полного бреда, когда ни угрозы, ни посулы, ни компромат не сработали... Они хотели навесить на нас "пьяное сафари"- расстрелять гражданских, подкинуть их поближе к нам в соответствующий сектор и потом обвинить в "сафари на людей" по пьянке. Это документально подтверждено. Что им помешало осуществить эту гнусность, я не знаю. Возможно, страх, что все выплывет. Это дело очень сложное, завязанное на столичных холмах. Просто не хочется говорить без доказательств. Найдем их, и тогда обещаю все рассказать...

- А как обстоит дело с контрабандой сейчас?

Понимаете, тут надо знать, что контрабанда, наркотрафик, военные преступления - это все сопутствующие факторы почти всех войн в мире. Увы.

Вспомните "золотой треугольник" наркотрафиков в период Вьетнамской войны в 60-70-е годы, громкий скандал "иран-контрас", казненных кубинских генералов за нарко- и алмазные трафики из Анголы, ужасные корыстные преступления в период балканской войны в Югославии… Это все ужасы войны. И этот уже наш ужас приходится совместно разгребать военной прокуратуре и СБУ. Поверьте, это очень сложно.

Все уверения, что в секторе, где убили Эндрю, якобы нет контрабанды, - бред. За время расследования этого эпизода мы установили несколько фактов контрабанды, обнаружили лодочников, они были осуждены. Возят продукты питания, наркотические средства. Есть приговоры судов.

- Наркотики оттуда сюда?

- Да. Но это не те объемы наркотрафика, которые, подозреваю, там были.

Линия разграничения составляет более 700 километров. Контролировать ее можно только силами военнослужащих. Ни СБУ, ни тем более военная прокуратура (нас там, в Луганской и Донецкой областях, всего 100 человек) сделать этого не могут. В моем понимании, это не могут сделать и мобильные группы, которых всего 7. Это мизер. С другой стороны, военнослужащие могут играться так называемыми правовыми основаниями, что позволяет им задерживать одних и пропускать других. Вот так это и происходит.

Вся проблема в том, что искушение большое: разница в цене по некоторым группам товаров - в 5-6 раз. Люди лишены на оккупированных территориях возможности нормально зарабатывать, поэтому они с легкостью соглашаются помогать таким перевозкам. Они приезжают к военным, договариваются. Мы это выявляем: есть уголовные дела и приговоры.

Борьба с этим явлением лежит на СБУ, пограничниках, фискалах. Мы выдергиваем только дела по контрабанде, имеющие общественный резонанс. Например, дело сотрудника СБУ, которому предложили за взятку пропустить 21 фуру. Дело в суде. Есть еще ряд дел, по которым проходят пограничники и фискалы, берущие взятки.

- Постоянно появляется информация о некоторых украинских батальонах, которые якобы системно занимаются и рэкетом, и контрабандой. Насколько велики масштабы?

- Масштабы очень большие. Да и отношение к человеческой жизни и общественным ценностям там совсем другое. Там можно получить выстрел из пистолета на фоне обычного бытового конфликта. Командир может выстрелить в подчиненных только из-за того, что они выпили и поругались. На мирной территории, в какой-то воинской части это невозможно.

Там же все гораздо проще и страшнее. Психика почти у всех людей разбалансирована из-за страха и стресса. Так что рэкетирство, контрабанда, убийства - это довольно частое и гнусное явление.

- С этим борются?

- За последний год многое сделано. Раньше территориальная милиция говорила: "Зачем нам ехать, задерживать банду? Кто нас защитит, если они гранатами начнут забрасывать райотдел?". Сейчас такого нет. Бандитов уверенно выявляют. Но организованные группировки еще остались.

- Это тоже проблема Печерских холмов?

- Не обязательно. Это может быть банда на уровне отдельного нечистоплотного комбрига или комбата (по 28 бригаде осужден комбат и еще 5 лиц к 5 годам лишения свободы за такую контрабанду). Фраза "приедет СБУ или военная прокуратура - расстреляйте и выдайте за нападение боевиков" постоянно бросается и звучит в эфире. На СБУ периодически нападают.

Следователи военной прокуратуры не выезжают без спецназа СБУ или ВСУ. Я стараюсь, чтобы мои подчиненные ехали на передовую обеспеченными бронетехникой. Мы знаем об угрозах. Это происходит постоянно.

- Эти мародеры не думают о будущем? Им же надо будет возвращаться в мирную жизнь...

- Они существуют одним днем. Там другая жизнь. У меня самого, когда приезжаю в Киев, непривычное ощущение. Здесь совсем другие люди - расслабленные, сидящие в ресторанах и фейсбуке, спокойные, интервью вот берут…

Многие в Киеве воспринимают зону АТО как жизнь на Луне, хотя в АТО жизнь короче, проще и страшнее. Такие вот два мира.

- А были случаи, когда какие-то комбаты возвращались из АТО миллионерами?

- Мы это не отслеживаем. Не наша компетенция. Военная прокуратура сил АТО контролирует то, что происходит в Донецке, Луганске и Харькове.

Чтобы вы понимали, ни у меня, ни у подчиненных за 1,5 года не было выходного. И все обвинения в том, что я или мои коллеги обогатились в зоне АТО, это заказ как раз тех, кто обогатился и обогащается там, на войне. Мы находимся под постоянным прицелом всех спецслужб. Если бы наше мздоимство было бы - поверьте, никто не смог бы этого утаить. Никто. Я и полиграф готов пройти, если надо. Я не особо и переживал из-за тех обвинений... Больно было, когда задевали родных, мать. Все "чистилища" проверок я уже прошел и готов еще раз пройти по всему кругу, жду решения НАБУ по расследованию заявлений "патриотов".

Я все пройду. Каждый человек имеет жизнь до и после начала войны. Безгрешных я не знаю. На войну я пошел добровольцем.

- На военную прокуратуру сил АТО возложена еще и задача по сбору сведений о военных преступлениях российских агрессоров и их прислужников - для передачи этих материалов в международный суд. Что уже сделано в этом направлении? И каковы перспективы международного судебного разбирательства?

- Тут нужно немного уточнить. Этим в основном занимается так называемое "управление войны" Главной военной прокуратуры. Моими коллегами собирается весь комплекс доказательств ведения агрессивной войны против Украины со стороны Российской Федерации. С формулировкой "участие и ведение агрессивной войны" украинскими судами уже осуждены больше 20 человек (майор ВС РФ Старков, ГРУшники Александров и Ерофеев, другие граждане и военнослужащие Российской Федерации. В розыск с арестом объявлены начальник Генерального штаба ВС РФ Герасимов и ряд других российских генералов).

Мои коллеги делают титаническую работу. Мы тоже им помогаем. Вся значимая информация передается в Киев. На своем уровне мы занимаемся более тривиальными вещами, например, ввели практику осуждения так называемых "звонарей". Это когда местный житель звонит в "ЛНР-ДНР" и сообщает о передвижении украинской бронетехники, к примеру. Мы предъявляем таким людям "пособничество терроризму". Перебороли судебную систему, которая изначально выступала за то, чтобы осуждать их за участие в незаконных военных формированиях.

- А у сил АТО есть свои "звонари" на неподконтрольной территории?

- Конечно, есть. Мы получаем оттуда информацию.

- Насколько разветвленная эта сеть?

- Сначала сотрудничали патриотически настроенные граждане, которые по разным причинам там остались. Сейчас с нами сотрудничают очень много людей - и не только из патриотических убеждений. Просто очень велика разница между жизнью в "ДНР-ЛНР" и жизнью на контролируемых территориях. Многие люди хотят повлиять на ситуацию, чтобы у них там нормализировалась жизнь. Это приобрело массовый характер. Как я понимаю, "министерства государственной безопасности" псевдореспублик на это уже почти не реагируют.

Мы часто в зоне АТО занимаемся делами не своей подследственности. Например, взяточниками. Это было решение Главного военного прокурора, ведь вначале местные органы власти и территориальные прокуратуры были сильно деморализованы и не до конца дееспособны. Начали с задержания прокурора Краматорска. Он поставил на "счетчик" местных коммерсантов. Через месяц уже будет приговор суда.

Вы припоминаете, чтобы когда-то в нашей стране вот так вот публично на коллегии прокуратуры задержали за взяточничество прокурора города? Мы это сделали. Не ради показателей и пиара, а ради справедливости в отношении людей, которые пострадали от оккупации. Это показатель: ситуация меняется. Поэтому я очень надеюсь, что и дело Курченко мы вскоре передадим в суд: это будет лучшим свидетельством оздоровления системы. Поддержка от Генерального прокурора у нас полная, круглосуточная.

Присоединяйтесь к группам "Обозреватель Блоги" на Facebook и VKontakte, следите за обновлениями!

Наши блоги