УкрРус

Дело Щербаня. Что знают свидетели?

Читати українською
  • Дело Щербаня. Что знают свидетели?

В этом году исполняется 10 лет самому громкому судебному процессу в истории Украины — суду над убийцами Ахатя Брагина, Вадима Гетьмана и Евгения Щербаня, известными как "банда Кушнира". Особое значение этот мрачный юбилей приобрел в контексте нового уголовного дела Юлии Тимошенко. Генпрокуратура уже не скрывает, что ключевыми свидетелями, которые указывают на причастность Тимошенко к физическому устранению Евгения Щербаня, являются члены той самой банды, которая и выполнила заказ. Что это за люди? И кто поверит словам убийц? С этими вопросами я шла на встречу с бывшими "важняками", распутавшими кровавый клубок и докопавшимися до роли в нем Павла Лазаренко и Юлии Тимошенко...

Звездный час Павла Ивановича

Для начала — небольшое отступление. Фон, на котором происходило становление и развитие банды Кушнира, это бандитские 90-е. Старт деятельности как киллерской группировки - 1995 год.

Второй год президентствует Леонид Кучма. В Украине разруха и рэкет. Еще ходят купоны. Инфляция опережает все мыслимые пределы. Зарплаты и пенсии задерживают по нескольку месяцев. Живых денег в обороте экономике нет. Предприятия рассчитываются друг с другом бартером.

Живые деньги зарабатываются на продаже чего-либо на экспорт и реализации внутри страны газа и нефтепродуктов. В 1995 году страна переходит на новую схему закупок газа через частные компании - газотрейдеров. Они получали право импортировать газ и затем поставлять его на промышленные предприятия страны.

В это же время на промышленно-политический олимп вырывается бывший председатель Днепропетровского облсовета Павел Лазаренко. В 1995 году он становится первым вице-премьером, через год — премьером, еще через год — попадает в опалу. Затем - бегство за границу, арест, американская тюрьма. Но в 1995-1996 гг. Лазаренко еще думает, что его звездный час впереди. Он имеет колоссальное влияние на своего земляка — президента Кучму, и на все, что происходит в стране.

Лазаренко шаг за шагом берет под свой контроль все, что еще приносит прибыль: бюджетную отрасль, спиртовую, сельское хозяйство и, конечно же, газ. Газ это не просто стратегический товар, на который можно выгодно (за полцены) выменять любую продукцию. Это еще и рычаг контроля за экспортными отраслями - металлургией и химией.

Сначала газотрейдеров несколько - "Интергаз", "Итера", ЕЭСУ, ИСД. Но потом их число сокращается до двух - "Итера" и ЕЭСУ. Но абсолютно доминирует ЕЭСУ: согласно постановлению Кабмина от 22 декабря 1995 года №1033 "О порядке обеспечения природным газом народного хозяйства и населения в 1996 году" компания становится единым оптовым поставщиком газа почти во всех областях. В том числе и в Донецкой.

Народный депутат и газотрейдер Евгений Щербань в свою очередь добивается издания распоряжения № 71 от 12.02.1996 года, где единственным импортером и поставщиком газа в области названа его компания "Индустриальный союз Донбасса" (ИСД). Между ИСД и ЕЭСУ возникает коммерческий конфликт. А ЕЭСУ — это Юлия Тимошенко.

В это время в Донецке

Донецк 90-х — это куда покруче, чем любой гангстерский сериал из "американских будней" 30-х. В Киеве и Днепропетровске, Львове и Одессе регулярно стреляли и убивали конкурентов. Крым и вовсе превратился в поле боя между двумя противоборствующими группировками - "башмаками" и "Сейлемом". Но только в Донецке киллерское ремесло было поставлено не просто на широкую ногу, а с поистине театральным размахом. Почти киношные расстрелы и покушения следуют одно за другим. Владимир Гольдин и Янош Кранц — первый донецкий миллионер, из цеховиков. Кранцу стреляют в спину. Рядом стоит его друг художник. Он остается жив. И напишет об увиденном картину.

Убийства братьев Богдановых. Момота и Шведченко. Убийство Эдуарда Брагинского (Чирика) и Евгения Минайлука (авторитет Седой). Перестрелки и вылазки "банды Немсадзе". Большей частью убийства происходят при свидетелях, на улицах, в кафе, средь бела дня.

Среди всего этого вала кровавых разборок трудно выделить какое-то одно преступление. Но в марте 1994 года происходит нечто резонансное - неудавшееся покушение на одного из самых влиятельных людей в регионе — президента футбольного клуба "Шахтер" Ахатя Брагина.

В Песках, за поселком "Октябрьский" у Брагина была... голубятня. Тут его и выследили убийцы и открыли огонь. Но голуби защитили своего хозяина от пуль. И Брагин погиб позже — в 15 октября 1995 года. Тогда взрыв на стадионе "Шахтер" в Донецке унес жизни шести человек. Версий было много, но мало, кто догадывался, что и за этим покушением, как и за покушением в голубятне стояли конкуренты из группировки некого Рябина-Кушнира.

Кушнир и его команда

Евгений Борисович Кушнир в советские годы находился в тени своего успешного брата — подполковника милиции, в 1991 году эмигрировавшего в Израиль. В молодости освоил сразу две профессии — наперсточника и ювелира. Скромно сидел и починял... нет, не примусы, а колечки и сережки в мастерской по улице 25-летия РККА, напротив гастронома "Москва".

Но в конце 80-х, на заре кооперативного движения, приятель Кушнира по имени Анатолий Рябин, он же в миру Рябой, познакомил ювелира с Яношем Кранцем и его криминальным окружением (упомянутый Чирик-Брагинский, известный вор в законе Фрол и другие). В общем, старое, еще советское поколение представителей преступного мира Донбасса.

К 1994 году всех их перестреляли. Но борьба за наследство Кранца на этом не окончилась. Кушнир и Рябин сколотили собственную банду и активно включились в передел бизнеса и в решение конфликтных ситуаций привычными тогда методами: с помощью пуль и взрывчатки.

Есть мнение, что первое неудачное покушение на Ахатя Брагина в голубятне было продолжением конфликта вокруг наследства Кранца. А третье — на стадионе "Шахтер" было следствием многих противоречий, накопившихся всего за год.

К моменту, когда в 1996 году на Кушнира вышел днепропетровский уголовный авторитет Матрос (Александр Мильченко) и предложил за деньги убить сначала Евгения Щербаня, а потом Вадима Гетьмана (был еще заказ на Александра Волкова и Игоря Бакая, но он остался невыполненным), на счету банды Кушнира было достаточно мокрух.

Следствие ведут "важняки"

В это время в Киеве, в Генеральной прокуратуре, работали отчаянные люди. Они не брали взяток. Не вступали в преступный сговор с криминальным миром. Они делали то, о чем милицейские и СБУшные генералы даже боялись подумать — вели дело на Павла Лазаренко.

Это были "важняки" - следователи по особо важным делам ГПУ: элита следственной касты, группа, сформированная и лично отобранная заместителем Генпрокурора, начальником Главного управления по расследованию особо важных дел, Николаем Обиходом.

Начало 1996 года — самое трудное время для Обихода и его людей. Лазаренко с каждым днем набирает все большую силу. "Не политик, но хозяин" ставит на Генпрокуратуру своего человека - Григория Ворсинова. Тот понижает статус Главного управления по особо важным делам до простого управления. Обиход лишается "приставки" - зам. Генерального. Ему настоятельно рекомендуют "уходить на область".

И тут, в январе 1996-го, следственная группа получает информацию, что за взрывом на стадионе "Шахтер" стоит некая банда Кушнира. "Кушнир попал в поле зрения наших следователей, можно сказать, случайно, - вспоминает Николай Обиход. - Из Днепропетровска к нам был командирован опытный УБОПовец, майор Менчуковский. По оперативным каналам он получил информацию, что имели место две встречи. Причем, одна - в Израиле, с участием Кушнира, Рябина и третьего лидера ОПГ Алиева (он же Мага), на которой у бывшего донетчанина вымогали, 300 тыс. долл. на войну с Брагиным. И была еще встреча в Европе. На которой также просили денег...".

Надо сказать, что человек, у которого, по агентурным сведениям, бандиты просили денег, позднее был опрошен и полностью подтвердил вышесказанное. Зовут его Борис Фарфиль. Встреча проходила в кафе "Рецитал" в городе Хайфа. Кушнир хотел получить деньги, которые якобы ему завещал некто Череватченко. Но Фарфиль денег Кушниру не дал. А взять их силой на территории другого государства донецкий рэкетир не решился. И больше они никогда не виделись.

Убийство Щербаня. Первый след

Почему после первой оперативной информации о причастности Кушнира к убийству Брагина его не попытались взять? Ну, во-первых, как я понимаю, не было достаточного количества улик. А, во-вторых, как раз в этот период Генпрокурор Ворсинов вынудил Николая Обихода уйти на полгода в отпуск. Вернулся он только летом 1996-го.

А еще через несколько месяцев, 3 ноября 1996 года, в аэропорту Донецка был расстрелян народный депутат Евгений Щербань. Расследовать это дело также было поручено "важнякам Обихода".

Линия Кушнира появилась в деле Щербаня не сразу. Через несколько месяцев после преступления поступила информация, что преступление совершили люди, которые воевали и с Брагиным. Затем, в начале 1997 года, во время оперативных мероприятий в Донецке была обнаружена, как сказал бы Булгаков, "нехорошая квартира" - одна из бандитских явок, с оружием. Помимо прочего, там нашли паспорт на славянскую фамилию, но с фотографией лица явно кавказской внешности. Показали охранникам в донецком аэропорту, и они опознали по фото одного из двух стрелков – убийц Щербаня (второй – это Вадим Болотский, который отбывает пожизненное заключение в Славяносербской исправительной колонии № 60 в Луганской области). Была установлена личность человека на фотографии – Геннадий Зангелиди. Уроженец Владикавказа.

Именно из Владикавказа пришло и ценное подтверждение: нашелся свидетель, который слышал о роли Зангелиди в убийстве Щербаня и подрыве Брагина. Два оперативника съездили на Кавказ, привезли важные сведения. Еще одна весточка пришла из российских лагерей, где отбывал срок еще один осведомленный источник.

Так мало-помалу и вырисовалась картина преступления. Но Кушнир, видимо, чувствовал, что по его следу идут, и обрубал "хвосты". Осенью 1997 года он узнал, что Зангелиди объявлен в розыск, пригласил его в Киев и застрелил. Труп с двумя пулями обнаружили в сентябре 1998-го. Говорят, в районе Пуща-Водицы. Если это правда, то выходит интересное совпадение: недалеко находится дача Павла Лазаренко, где обсуждалось и заказывалось убийство Евгения Щербаня...

Смерть Кушнира и тень Лазаренко

Тень Павла Ивановича Лазаренко появилась в деле убийства Щербаня весной 1998 года. Был месяц май. Прошло восемь месяцев с момента убийства Рябина. Другой лидер банды Алиев исчез в августе 1997-го, и велика вероятности, что его уже не было среди живых. И почти месяц как скончался от тяжелого ранения Евгений Кушнир.

Именно с обстоятельствами его смерти связано первое, легкое как дуновение ветерка, появление "не политика, а хозяина". Главарь банды, на тот момент уже гражданин Израиля, рискнул прибыть в Украину из Венгрии в сопровождении двух своих проверенных боевиков — Андрея Акулова и Игоря Филипенко, а также юного Михаила Брюхина, выполнявшего в банде роль водителя и наблюдателя. 25 марта 1998 года этот "квартет" расстрелял автоматчик близ Карловского водохранилища в 40 км от Донецка. Кушнир был тяжело ранен в грудь и в плечо, потерял много крови.

Врачам ближайшей Селидовской райбольницы он представился как Семен Семенович Потапенко. Но прошло две недели, и личность гостя была установлена. Его спешно переводят в медсанчасть СИЗО № 1 Донецка как подозреваемого в двух фактах крупного вымогательства, по которым прокуратурой Донецка возбуждено уголовное дело.

И тут же вокруг раненого начинается нездоровая "движуха". Прибывают какие-то влиятельные люди. Привозят деньги для "выкупа". Некто Леонид Фищук по кличке Хряк обращается к Наталье Снитко - супруге покойного днепропетровского авторитета Матроса, он же Александр Мильченко, и в результате для освобождения Кушнира собирают гигантскую по тем временам сумму — 110 тыс. долл. Еще 40 тыс. долл. дает лично Наталья.

Суета вокруг арестованного вызывает удивление у донецких следаков, которые даже не подозревают, к каким масштабным преступлениям, по мнению их коллег из Генеральной прокуратуры, может быть причастен раненый бандит. Конечно, если бы Кушнира вывезли в Киев и допросили — это было бы совсем другое дело. Но 2 мая 1998 года он умирает.

А спустя 29 дней, 31 мая 1998 года, на посту ГАИ в Полтавской области милиционеры задерживают два автомобиля, которые перевозят оружие из Киева в Луганск. Оружие принадлежит некому Юрию Сердюку. А в перевозке участвует еще один — бизнесмен из Луганска Игорь Марьинков.

Оружия много, в том числе — гранатометы. Сердюк и Марьинков попадают в "лапы" следователей Обихода. А дальше происходит то, чего никто не ждал. Во время допроса Игорь Марьинков внезапно поведал следователю Юрию Тараненко о... роли самого Лазаренко. Причем, он был уверен, что следствие об этом уже знает, и никакой сенсации в его словах нет.

"Помню, сижу я в кабинете, что-то пишу, - рассказывает один из ключевых участников следственной группы по делу Кушнира — и, вдруг, шум в коридоре, все забегали, у кабинета, где допрашивался Марьинков, выставили охрану. В тот день впервые прозвучало имя Лазаренко. Для нас это было как гром среди ясного неба...".

Доказательства против Тимошенко

В 2000 году следователи Обихода, скрупулезно перелопачивая финансовую документацию Лазаренко и Тимошенко, находят загадочный платеж на 2,35 млн долл. со счета кипрской компании Somolli Enterprises, учредителями которой были супруги Александр и Юлия Тимошенко, а также их давний друг Александр Гравец (он дал показания, что ни о чем не знал), на счета лазаренковской оффшорки ORPHIN S.A. В дальнейшем эта же сумма была перечислена Петром Кириченко на личные счета упомянутого выше Мильченко и его жены.

При этом Кириченко подтвердил, что между Somolli Enterprises и ORPHIN S.A. не было никаких договорных или экономических отношений. А сумма была переведена вскоре после знакового разговора, состоявшегося между ним и Лазаренко.

"Примерно в 1995 году Лазаренко мне сказал, что он хочет встретиться с уголовным авторитетом Мильченко, потому что существует смертельная угроза для Юлии Тимошенко. Я встретился с Мильченко – он сказал мне, что угроза для Тимошенко существует... После этого Лазаренко сказал мне, чтобы я заплатил Мильченко $3 млн, $2,2 млн. были заплачены как часть на счета Мильченко и его жены в Еврофедбанке из средств Лазаренко и Тимошенко. Лазаренко сказал мне, что Юля заплатит" (из показаний Петра Кириченко, материалы дела хранятся в архиве Окружного суда Северного округа Калифорнии в Сан-Франциско).

Впрочем, банковские документы, подтверждающие слова Кириченко о перечислении денежные средств в размере, совпадающем с той суммой, которую Лазаренко поручил перевести Мильченко, чтобы обезопасить Юлю от смертельной угрозы, не дает окончательной уверенности личного участия Тимошенко в убийстве. Так что же убедило следствие в ее непосредственной причастности?

Большая часть доказательной базы по Юлии Тимошенко базируется на документах, собранных еще во время следствия по делам Лазаренко и по банде Кушнира. Новых, ключевых эпизодов два.

Один из них — это дополненные свидетельские показания Петра Кириченко о том, что 3 ноября 1996 года, через несколько часов после убийства Евгения Щербаня и его спутников в аэропорту Донецка, Павел Лазаренко, находясь у себя дома на территории дома отдыха "Пуща-Водица", передал своему советнику Петру Кириченко 500 тыс. долл. НАЛИЧНЫМИ, как часть оплаты за совершенное убийство Щербаня, и приказал отдать их Александру Мильченко. Кириченко, осознав в тот момент, что указанные средства являются оплатой Мильченко за убийство Щербаня, и 4 ноября 1996 года в вечернее время возле подъезда дома № 84а, что по проспекту Гагарина в г. Днепропетровске, передал их Мильченко, от которого он узнал, что это лишь часть оплаты за совершенное убийство Щербаня ".

Второй момент — это личная встреча Юлии Тимошенко с членами банды Кушнира в гостинице "Националь". Такой эпизод, действительно, отсутствует в приговоре Луганского апелляционного суда. Впервые на него намекнул "куратор" дела Тимошенко в Генпрокуратуре Ренат Кузьмин в интервью "Коммерсантъ Украина", №92 (1582), 18.06.2012

"— Правильно ли говорить, что Юлия Тимошенко никогда не встречалась с бойцами из банды Кушнира?

  • Неправильно. По нашей информации, она встречалась, общалась, была знакома с ними. И у нее были дружеские отношения с руководителями этой группировки...".

Затем он появился в сообщении о подозрении, подготовленном Генпрокуратурой. Там утверждается, что Кириченко не знал и не догадывался о планах Лазаренко и его партнерши. По словам Кириченко, в первой половине 1996 года он привез Мильченко на дачу к Лазаренко в доме отдыха "Пуща-Водица".

В дальнейшем стороны встречаются еще несколько раз, после чего в документе появляется первая за последние десять лет сенсация в деле убийства Щербаня. Следователи утверждают, что с организаторами убийства был знаком не только Лазаренко, но и Тимошенко. Более того, согласно документу, Тимошенко с Матросом знакомит лично Павел Лазаренко. Скорее всего, эти показания дал Петр Кириченко.

Одновременно в сообщении о подозрении упоминается личное общение Юлии Тимошенко с исполнителями убийства. "Для обсуждения условий выплаты вознаграждения за совершение убийства Щербаня, в первой половине 1996 года, Юлия Тимошенко лично встречалась с Александром Мильченко и одним из руководителей банды - Евгением Кушниром в отеле "Национальный ", расположенном в доме № 5 по улице Липской в Киеве, где постоянно проживала. При указанной встрече Кушнир договорился с Тимошенко о том, что он и его с Рябиным преступная группировка будет выполнять ее с Лазаренко заказ на совершение преступлений, за что последние должны отдавать им часть доходов от своей предпринимательской деятельности ".

Кто мог дать такие показания, ведь Кушнир и Матрос уже в могиле? Да, но живы их водители и охранники, живы помощники, которые привозили в Киев и обеспечивали встречи. К тому же, если вчитаться внимательно в материалы дела еще Луганского апелляционного суда, отель "Националь" фигурирует и там.

Свидетели показывают, что Павел Лазаренко примерно в 1996 году встречался в отеле "Националь" с одним из лидеров банды Кушнира и говорил с ним об убийстве Щербаня. Но мог ли премьер-министр страны, которого узнавала на улице каждая собака, вести такие разговоры с бандитом в лобби или в ресторане, где мимо проходят высокие зарубежные гости и отечественные предприниматели?

Почти очевидно, что встреча проходила в номере, при плотно закрытых дверях. Это мог быть номер на четвертом этаже, который держал Игорь Марьинков. Или два люкса на 8-м, где поживала Юлия Тимошенко и ее охрана.

Всезнающий Марьинков: можно ли ему верить?

У следователей нет категории "верю" - "не верю". Но слова Марьинкова они сочли убедительными. Донецкий предприниматель, хозяин торгового дома в начале 90-х. Он не был членом банды, но дружил с Рябиным и Кушниром, оказывал им ценные услуги. В общем, такой себе "фигаро", востребованный и осведомленный.

Все, что говорил Марьинков, подтверждалось фактическими данными: показаниями других свидетелей, документами, оперативными данными и проч. За все время следствия, его не поймали ни на одной лжи. Более того, именно показания Марьинкова выявили вещдоки: оружие, заготовленное для убийства Волкова и Бакая. Это автомат АКМ, подствольный гранатомет ГП-25, гранатомет РПГ-7В, два гранатомета РПГ-22.

Если он говорил, что летал в Крым, то это подтверждается. Если утверждал, что вывозил семью Рябина в Братиславу после убийства Брагинского (Чирика), который был охранителем имущества Кранца, значит вывозил. Марьинков, действительно, многословнее других участников процесса. Он детализирует свои показания. Припоминает много деталей. В СМИ пишут, что Марьинков — милицейский осведомитель. Допускаю. Но он не сказочник. Это точно.

Марьинков действительно мог видеть встречу Тимошенко с Кушниром в гостинице "Националь" в первой половине 1996 года. Дело в том, что его офис был на четвертом этаже отеля, а Тимошенко жила там же — на восьмом.

Мне уже приходилось слышать, что "тема с офисом Марьинкова" придумана спустя 17 лет. Это неправда. В репортажах из судебного зала Луганского апелляционного суда в 2002 году есть упоминание и об офисе 408, и подробные рассказы Марьинкова о Лазаренко.

Два суда, одни показания

Сравним, то, что говорил Марьинков на суде по делу банды Кушнира в 2002 году (источник - газета "Киевские ведомости, 10 августа 2002 года), и сейчас - на суде по делу Тимошенко (стенограммы судебных заседаний -2013 находятся в открытом доступе в СМИ).

2013 год:

3 сентября 1994 убили (в Донецке) уголовного авторитета, вора в законе Брагинского. Его убили в "Червоном Куте" (ресторане), одним из владельцев которого был Рябин (один из организаторов банды Кушнира). Ко мне обратились с просьбой перевезти семью Рябина в Братиславу, где жила моя семья. Они переехали туда 20 сентября. В один из приездов Рябин меня познакомил с таким худым человеком, с таким характерным носом. Это был Евгений Кушнир.

2002 год:

В 1994 году мой приятель познакомил меня с Анатолием Рябиным. 2 сентября 1994 года в ресторане убили Брагинского, после чего ко мне обратились с просьбой, чтобы я вывез в Братиславу семью Рябина — его жену и маленького ребенка. У меня там были знакомые бизнесмены. В декабре 1994 года в Братиславе появился и Кушнир, до этого он находился в Праге. Тогда я с ним впервые и познакомился.

2013 год:

В конце 1995 года Рябин поинтересовался, есть ли у меня вопросы по правительству Украины. Потому что есть там один серьезный человек, Мильченко Александр Федорович, он недавно вышел из тюрьмы, и готов оказывать всяческую коммерческую помощь, договариваться с правительством. И было сказано, что он был в очень хороших отношениях с Лазаренко, который был тогда первым вице-премьером. Я сказал, что есть вопросы, связанные с гидроэнергетикой.

В марте 1996 Рябин попросил приехать в Днепропетровск на встречу с Матросом. Я приехал, меня охранял Титан. Ну, познакомились, "Саша - Игорь", поехали, пообедали. При нем был еще черненький товарищ - это Мага. Он не представлялся, это кличка. Я обсудил эту тему (гидроэнергетику) с Матросом и уехал по своим делам.

2002 год:

Весной 1996 года Рябин как-то меня пригласил на встречу с Матросом, Степаном Ильченко и Магой (Алиевым). Он имел открытый доступ к премьер-министру Лазаренко и мог решать многие вопросы. Из разговора я понял, что присутствующих с Лазаренко связывает общий бизнес с углем и электроэнергией.

2013 год:

В декабре 1997 Сердюк (член банды Кушнира, амнистированный президентом Кучмой. - Авт.) спросил, где находится "Нафтогаз Украины" (Бакая. - Авт). Я сказал: "Толя, если вы собираетесь стать киллерской бригадой, то это не по моей части. Я так понимаю, Паша с Юлей затянут вас куда угодно".

В некоторых вопросах поднимался вопрос Лазаренко, в некоторых - Лазаренко-Тимошенко в некоторых - Тимошенко. На тот момент это было единое целое. До снятия Лазаренко у них было все совместное.

Я, зная об этой ситуации... Я был в хороших отношениях с генерал-лейтенантом Фере, руководителем аппарата министра внутренних Кравченко. Где-то числа 10-15 я предупредил Фере. Буквально через пару дней раздался звонок в отель "Национальный". Я был с Сердюком. Сердюк вышел, поговорил, а потом спрашивает: "Ты что, Фере предупредил, что Волкова и Бакая будут убивать?" Я отнекивался. И Кушнир решил меня срочно увидеть в Братиславе, зная, что я летаю к семье. Зная о неприятностях, 10 января 1998 года я прилетел в Братиславу, увиделся с семьей и улетел через Будапешт. Как потом выяснилось, Кушнир меня там планировал пристрелить.

2002 год:

В начале декабря в том же 408-м номере отеля "Националь" раздался звонок. Звонил Кушнир. После разговора с ним Сердюк спросил, где находится офис Бакая. Я поинтересовался: а что, есть какие-то планы в отношении Бакая? Он ответил "да". После ухода Сердюка я позвонил генералу и сказал, что на Бакая тоже поступил заказ. Позднее Сердюк делился со мной, что произошла утечка информации по Волкову и Бакаю. Он жаловался, что его обвинили в утечке информации и что Лазаренко начал собственное расследование. А перед Новым годом якобы кто-то из седьмого управления МВД сообщил Паше (Лазаренко), что к утечке информации причастен какой-то коммерсант, который живет в отеле "Националь". Мне стало очень тревожно, и в январе 1998 года я выехал сначала в Братиславу, а потом в Будапешт.

2013 год:

Что касается убийства Щербаня. Еще одна деталь. Была поздняя весна 1996 года. Люди, я имею в виду Рябина и Кушнира, иногда останавливались в отеле "Национальный", Мильченко там даже жил. И Тимошенко там жила в 810 номере, я жил в 408 номере.

Где-то днем захожу в отель "Национальный". Я знал, что Кушнир приехал. Там, где ресепшн первого корпуса отеля "Национальная", я на этой площадочке встретил Мильченко, Кушнира и Тимошенко. Они мило беседовали. Я был удивлен, что они перешли на личные знакомства. Два-три дня они были в Киеве. Я у Кушнира спросил: "Что это за компания такая, какие у вас отношения с Тимошенко?" На что Кушнир сказал, что Лазаренко и Тимошенко для них - одно целое. И благодеяния могут поступать и от Тимошенко, им надо что-то и кушать, и семьи питать, ведь семьи жили за рубежом. Он сказал: "Нормально, нам Юля решит все проблемы, которые у нас есть материального плана, мы будем и бизнес иметь, и всякие дела".

От автора: данный эпизод — единственный, не прозвучавший на судебном процессе в 2002 году. Напомним, что в тот момент "Наша Украина" Виктора Ющенко и "Батькивщина" Юлии Тимошенко получили хорошие результаты на парламентских выборах. Их политические перспективы не вызывали никаких сомнений. Не удивительно, что свидетеля Марьинкова попросили (или он сам решил перестраховаться) опустить отдельные детали своих воспоминаний.

Не Марьинковым единым

Не только Марьинков говорит о роли Лазаренко и Тимошенко в убийстве Щербаня. Еще один участник ОПГ, осужденный приговором Апелляционного суда Донецкой области к 10 годам лишения свободы, Сергей Денисов, известный в банде Кушнира под кличкой "Лошадь", говорил на следствии и суде: "...В 1997 году во время распития спиртных напитков Акулов (тоже член банды. - Авт.) рассказал мне, что убийство Щербаня заказал Лазаренко...". Эти слова зафиксированы в приговоре от 16.04.03 г. Проявляли осведомленность в контактах своего руководства и другие члены банды.

Подробно рассказал о том, как сводил Павла Лазаренко и днепропетровского вора в законе Мильченко (Матроса) главный свидетель обвинения по делу Лазаренко Петр Кириченко. Подтвердила факт телефонного звонка всемогущего Паши своему супругу вдова уголовного авторитета Наталья Снитко.

Сейчас Генпрокуратура выставила нового интересного свидетеля, который не фигурировал в судебных материалах 2002 года: это некий Сергей Зайцев – днепропетровский предприниматель и по совместительству родственник Петра Кириченко (они были женаты на сестрах).

С 1991 по 1995 года Сергей Зайцев работал генеральным директором компании "Агроснабсбыт", учредителями которой в равной доле были сам Зайцев, его жена, Петр Кириченко и Изабелла Кириченко. Потом он вступил в "Либеральную партию" Щербаня и рассорился с Лазаренко.

Изюминка откровений Сергея Зайцева, зафиксированных в протоколе, - это пересказ его беседы с Петром Кириченко в американском городе Тибуроне (здесь жил Кириченко) 30 ноября 1998 года. Тогда праздновали день рождения жены Зайцева. И подвыпивший Кириченко рассказал родственнику забавную историю.

По его словам, план убийства Евгения Щербаня начался с неудачного розыгрыша Тимошенко. Якобы Кириченко, который не долюбливал подружку Лазаренко, вместе с Матросом (Мильченко) как-то подложили ей под стул.... тортик с надписью "Привет от донецких. В следующий раз будет не тортик".

Любопытно, что по времени розыгрыш совпал с предупреждением Матроса, что над Юлей нависла угроза, о чем Кириченко рассказывал во время допросов по делу Лазаренко много лет назад.

Тарута: соратник или свидетель обвинения?

Однако, ключевым свидетелем, который дал следствию мотив для убийства Щербаня, является... нынешний миллионер, меценат и соратник Ющенко с Тимошенко в оранжевый период Сергей Тарута. Он сказал, что после смерти Щербаня его газотрейдерская структура ИСД (где Тарута работал директором) должна была быть присоединена к ЕЭСУ. И только отставка Лазаренко помешала осуществлению этого плана.

Цитирую его показания следствию по делу об убийстве Щербаня бандой Кушнира: "Осенью 1996 года, до гибели Щербаня Е.А., при обсуждении поставок газа на 1997 год была выдвинута идея о самостоятельной поставке газа корпорацией ЕЭСУ без участия ИСД. Представителями ИСД это было воспринято негативно. Щербань, который являлся народным депутатом Украины, выступил против этой схемы. По инициативе ИСД и самого Щербаня была выдвинута альтернативная программа по поиску другого поставщика газа. Щербанем было заявлено, что при выходе ЕЭСУ на прямую работу с потребителями газа Донецкой области корпорация ИСД не будет предоставлять помощь в расчетах за газ и со своей стороны примет меры для поиска альтернативных источников поставки газа.

Так как корпорация ИСД работала по обширной отработанной программе поставок газа, выход ИСД из схемы поставок газа мог негативно повлиять на работу ЕЭСУ. Щербань подводил политическую основу под экономическую программу по поставке газа в Донецкую область корпорацией ИСД.

Вследствие ликвидации Щербаня Е.А. корпорация ИСД попадала бы под прямое влияние ЕЭСУ и становилась бы одной из структурных единиц. Было очевидным, что корпорация ЕЭСУ как представитель Днепропетровского региона находилась под покровительством Лазаренко. Поэтому Лазаренко был заинтересован в распространении влияния на Донецкий регион по поставкам газа. После убийства Щербаня влияние ЕЭСУ на Донецкий регион не распространилось только потому, что Лазаренко был освобожден от должности премьер-министра.

Лазаренко лично вмешивался в деятельность предприятий по поставкам ими продукции в счет потребляемого газа от ЕЭСУ. В частности ему, Таруте, известно, что Лазаренко звонил директору Харцизского трубного завода и контролировал отгрузку труб за потребляемый газ, что указывало на заинтересованность Лазаренко в укреплении корпорации ЕЭСУ как поставщика газа потребителям в Донецком регионе.

Слова Таруты косвенно подтверждает и бывший губернатор Донецкой области Владимир Щербань, который был вместе с Тарутой и своим убитым однофамильцем соучредителем ИСД. Его мы также, по всей видимости, увидим в суде среди свидетелей обвинения.

Наши блоги