УкрРус

Молчание государства: Украина наплевала на заложников Кремля

Читати українською
  • Узники Кремля - националисты Николай Карпюк и Станислав Клых
    Узники Кремля - националисты Николай Карпюк и Станислав Клых
    twitter.com

Пока Украина и весь мир пристально следит за судилищем, устроенным российской пародией на судебную систему над украинской летчицей Надеждой Савченко, пока дипломаты и политики как украинского, так и мирового масштаба высказывают возмущение по поводу абсурдного и жестокого приговора украинскому режиссеру Олегу Сенцову – в российских застенках заживо гниют десятки куда менее "раскрученных" украинцев-политзаключенных.

Их фамилии не на слуху, их судьбы – неизвестны, их освобождение – нереально. Потому что их родина Украина демонстрирует по отношению к их дальнейшей участи поразительное безразличие.

Среди таких заложников - украинские националисты Николай Карпюк и Станислав Клых, которые были задержаны российскими спецслужбами в марте и августе 2014-го.

12 октября украинцев, уже полтора года томящихся в российских тюрьмах, будут судить – за якобы убийство российских военнослужащих во время чеченской войны в 1994-95 годах в Грозном. И за "организацию террористической группировки" на территории Чечни.

Пока российские следователи под пытками выбивали из задержанных украинцев "признания" - Украина хранила молчание. Молчит государство и сейчас – в момент, когда его гражданам грозит пожизненное заключение за преступления, которых они не совершали.

Письма из российской тюрьмы

"Руки мои были связаны за спиной наручниками. Мне связали веревками ноги и руки, наручники сняли. Ко второму пальцу правой ноги и среднем пальцу правой руки присоединили клеммы. Затем начали пропускать через меня электрический ток с разной продолжительностью: то в течение десятков секунд, то мгновенными толчками, то продолжительное время… Я ни в чем не сознавался, поскольку не принимал участия в боевых действиях… Меня привезли в ИВС, сняли повязку с глаз и провели в следственную комнату, где закрыли в зарешеченном отсеке размером 1 м х 1 м. В этой клетке меня содержали 4 суток и не давали спать… Вывозили меня для этих "процедур" четыре ночи. Ток пропускали через разные части тела: через все тело, через сердце, через половые органы. Мне засовывали под ногти какие-то иглы, но я боли не чувствовал, наверное из-за того, что не ощущал пальцы рук…".

Это – фрагмент письма в Европейский суд по правам человека, написанного украинцем Николаем Карпюком, которого Россия с марта 2014 года держит в тюрьме, вынуждая сознаться в массовом убийстве российских солдат во время чеченской войны.

Несмотря на "убедительность" российских тюремщиков, Карпюк не признавал своей "вины". До тех пор, пока все, через что пришлось пройти ему, россияне не пообещали повторить с его сыном и женой, на глазах у самого Николая.

После этого обещания Карпюк признался во всем, что от него требовали – и дал "показания" против ряда других украинцев – включительно с лидером "Правого сектора" Дмитрием Ярошем и вроде даже с премьер-министром Украины Арсением Яценюком, над обвинениями в адрес которого так потешались украинцы. А после попытался лишить себя жизни ржавым заточенным о кирпичную стену гвоздем.

"Ко мне были применены незаконные методы дознания и следствия, выраженные в нанесении мне побоев и увечий в т. числе с помощью наручников и электрического тока, длительного стояния на коленях, в результате чего на запястьях рук, коленях, голеностопной части ног имеются многочисленные шрамы. Также мне давали алкоголь, психотропные препараты, которые вводили внутривенно…

Пытки в городе Владикавказ проводились с интервалом в 2–3 дня, чтобы я мог отдохнуть, меня откармливали за это время, затем следовали пытки с применением тока… Помимо этого во Владикавказе меня по несколько суток держали на тюремном дворе не давая ни воды, ни еды. В результате применения данных методов я был доведен до состояния дистрофии, не мог держать в руках ложку, ручку, поскольку кисти рук были вывернуты в результате приковывания к решетке…". Это – также выдержки из письма в Европейский суд по правам человека. Только вот автор письма – не Карпюк, а Станислав Клых, второй украинец, которого вместе с Карпюком 12 октября будут судить за придуманные Следкомом РФ убийства российских солдат в Чечне.

Клыха задержали в августе 2014-го в городе Орле, куда выманили под предлогом встречи с любимой. То, о чем он пишет, с ним проделывали долгих 10 месяцев. Вероятно, потому, что ни детей, ни жены у Клыха нет и у тюремщиков не было дополнительных способов давления. Впрочем, в конце концов не выдержал и он – и "признался" в том, что якобы перерезал горло двум российским солдатам на площади Минутка в Грозном.

Обстоятельства похищения

Карпюка российские спецслужбы задержали на украинско-российской границе еще 17 марта 2014 года. Сам националист в уже упомянутом выше письме в ЕСПЧ объясняет: выполнял поручение руководства "Правого сектора" и отправился в Москву, чтобы встретиться с высшим руководством РФ и попытаться убедить их в отказе от идеи "референдума" и последующей оккупации Крыма. Впрочем, лидеры "ПС" впоследствии заявляли, что эта поездка – личная инициатива Карпюка.

Некоторые знакомые Карпюка допускают, что это похищение не обошлось без помощи людей, находящихся в Украине. Существует даже версия, что таким образом некто из лидеров националистического движения устранил авторитетного конкурента, каким был Николай Карпюк. А Клых стал просто жертвой обстоятельств.

Однако жена Карпюка Елена убеждена: дела партийные к похищению ее мужа не имеют никакого отношения. Она считает, что в таком похищении были заинтересованы российские спецслужбы. И провернули они задуманное руками крестного сына Карпюков – Вячеслава Фурсы.

"Мои подозрения касатся больше Фурсы, с которым мой муж ехал и который спланировал эту поездку… Я думаю, его просто держали на крючке. Он сидел. Один раз уже был осужден за убийство. Возможно, еще с тех времен его, не побоюсь этого слова, завербовали", - рассказывает Елена, добавляя, что в своих подозрениях еще больше укрепилась после разговора с Фурсой – когда поняла, что тот соврал об обстоятельствах задержания Николая и о том, что его содержат в Москве – тогда как Карпюка из Брянска этапировали сразу в Ессентуки.

Как бы то ни было, 17 марта Николай исчез.

Долгое время о его судьбе ничего не было известно. В Днепровском райотделе милиции Киева даже открытое дело об исчезновении переквалифицировали в дело об убийстве. Погибшим Николая считала и его жена– вплоть до февраля 2015-го, когда получила письмо от супруга.

"Это было одна-единственная весточка от него. Хотя сейчас я знаю, что он писал не раз. Два письма на украинском из Челябинска отправлял. Три, на русском – с Владикавказа. Но получила я только одно. Написала ответ. Знаю, что он его получил. На этом наша переписка оборвалась", - рассказывает Елена.

О телефонном разговоре, а тем более свидании, супругам Карпюкам приходится только мечтать. Елена надеялась увидеть мужа хотя бы на видео – его адвокату Докке Ицлаеву руководство пообещало предоставить возможность снять Карпюка на камеру во время одной из встреч. Пока женщина вынуждена довольствоваться словами правозащитника, который уверяет, что Николай относительно здоров.

Почему молчит Украина?

О том, что содержат Карпюка и Клыха в одном из СИЗО в Чечне, в Украине узнали совсем недавно – благодаря болтливости главы Следкома РФ Александра Бастрыкина, которому не терпелось озвучить сенсацию об "участии в чеченской войне" Арсения Яценюка.

В украинском МИДе уверяют: к задержанным пытались пробиться украинские консулы – но безуспешно. Карпюку даже с собственным адвокатом позволили встретиться через полтора года после задержания - лишь в сентябре 2015-го, за пару дней до того, как Следком РФ завершил "следствие" и передал дело в суд.

На самом деле, все, кто знает Карпюка и Клыха, в один голос уверяют: ни один, ни второй в чеченских войнах не участвовали. За спиной у Карпюка – участие в событиях в Приднестровье, а также в грузинско-абхазском конфликте, чего он, впрочем, никогда и не скрывал.

Клых же в 1994-95 году, по свидетельству члена УНА-УНСО Олеся Вахния, которое было передано Следственному комитету, поддерживал тесные связи с представителями российских правых организаций, принимал их у себя в Киеве и ездил к ним в Москву и Санкт-Петербург. Участия в каких-либо военных конфликтах, в том числе, в чеченском, никогда не принимал. Но когда такие "мелочи" стояли на пути российского "правосудия"?

Отрывки из писем Карпюка и Клыха, которые им удалось передать через своих адвокатов, были опубликованы в одном из украинских изданий еще 2 октября. За 10 дней до начала судилища. Но ни один из украинских государственных деятелей так и не сделал ни единого заявления по этому поводу.

Чиновники и политики, столь рьяно отстаивающие идею освобождения Савченко и Сенцова во время прямых телеэфиров, делающие громогласные заявления с трибун в парламенте и международных организациях, фамилии Карпюк и Клых почему-то не произносят. Для самопиара ведь удобнее использовать уже раскрученные фамилии Сенцов и Савченко. О Карпюке, Клыхе и десятках других украинцев, ставших жертвами российского "правосудия", в лучшем случае говорят обобщенно: "и другие наши соотечественники".

Понятно, что и о том, что делает государство для освобождения "других наших соотечественников", информации не так и много. Возможно, потому, что практически ничего сделано и не было.

"Мы, Комитет освобождения политзаключенных, писали куда только можно. В том числе, в МИД. Ни ответа, ни привета. Они даже не потрудились нам ответить. Игорь Мосийчук даже депутатские запросы делал. Он лично знает обоих, ведь сам когда-то в УНСО был. Ничего… Я все думаю: ну, зачем россиянам Карпюк? Зачем им Клых? Они таким образом шантажируют Украину? Так нашему государству все равно – судя по тому, как оно занимается освобождением своих граждан", - рассказывает представитель Комитета освобождения политзаключенных Татьяна Близнюк.

Украинский МИД более-менее публично поднял тему удерживаемых Россией украинских националистов лишь 15 сентября 2015 года, сообщив на своем сайте, что "неоднократно обращал внимание на грубые нарушения прав Николая Карпюка и Станислава Клыха".

В МИДе заявляют: о том, что украинцев пытали – знают и расценивают это, как игнорирование РФ взятых на себя международных обязательств – в частности, Консульской конвенции между Украиной и Россией. Пишут, что пытались отправить к задержанным консулов – но тех не пустили.

Тогда в МИДе посчитали необходимым сообщить о нарушениях российской стороной прав граждан Украины Карпюка и Клыха и потребовать "объективного рассмотрения их дел" у "вызванного на ковер" российского консула в Украине. С врученной МИДом нотой консул отбыл восвояси. Но ни эта нота, ни высказанный в сообщении пресс-службы МИД призыв к мировому сообществу поспособствовать "освобождению всех граждан Украины" эффекта не возымели: украинцы, согласно меткому наблюдению украинских дипломатов, "продолжают незаконно удерживаться на территории РФ".

По мнению правозащитницы, о том, что наши граждане противозаконно содержатся в российских тюрьмах, что против них фабрикуют дела, обвиняя их в преступлениях, которых они не совершали, что их пытают, украинские власти должны кричать на всех возможных уровнях.

"Конечно, если Россия не захочет отпустить наших граждан – она их не отпустит. Тем не менее, есть рычаги. Есть Европа. Сколько уже раз руководитель нашего государства встречался с Путиным в той же Европе? Неужели он не мог либо во время этих встреч, либо при посредничестве, озвучивать, что у нас есть пленные. Мы же слышим только об одной Надежде Савченко. Выбрали, как при прошлом режиме, удобного для себя пленного – и все. Остальные не интересны. Государство вроде признает, но ничего не делает. Или делает, но мы об этом не знаем", - убеждена Близнюк.

Она добавляет, что в последнее время вроде бы определенные контакты были налажены на уровне омбудсменов Украины и России. Результатом сотрудничества уже стало освобождение 9 удерживавшихся на оккупированных территориях украинцев. Поможет ли такое сотрудничество освободить тех, кто оказался заложником в России – неизвестно. А их, по словам Близнюк, по некоторым оценкам, уже больше 70-ти.

"Украина ничего не сделала. Представители нашей власти как субъекты политического процесса выбрали Надежду Савченко для собственного пиара. Государство должно создать список наших граждан, которых удерживают и пытаются осудить в России. И на дипломатическом уровне, на уровне МИД, на уровне президента озвучить хотя бы 10 человек, выдачи которых Украина обязана требовать у России. Пока мы видим только суету вокруг медийно-попсовых фигур, из которых делают культ. Реальные люди существующей власти не нужны. И у Украины как у государства никакой позиции по защите собственных граждан нет", - убежден друг Николая Карпюка Андрей Семидидько.

Впрочем, обвинять в бездействии лишь президента и МИД, наверное, было бы несправедливо. Постараться вытащить Карпюка и Клыха из российской тюрмы могли бы украинские силовые структуры. Но, похоже, делать это они не хотят.

Как рассказала нам Елена Карпюк, вместе с адвокатом они обращались к Авакову за помощью в сборе доказательств для защиты – но за неделю до начала суда никакой реакции от МВД так и не было.

"У нас уже есть ряд свидетелей, которые готовы свидетельствовать, что Николай с декабря 1994 до мая 1995, как раз тот период, который занимает особое место в "обвинении" против Карпюка, находился в Украине. Мы хотим сейчас собрать эти доказательства. Они должны быть оформлены протоколом следователя, иначе российский суд не примет их во внимание. Милиция нам не идет навстречу. Заявление на имя Аакова мы подали еще 1 октября. Пока никакой реации нет. Процесс тормозится", - рассказывает Елена.

В МВД вообще демонстрируют полнейшее равнодушие к судьбе Карпюка. Игнорируют отечественные правоохранители не только близких Николая.

"Со стороны России еще в июне были направлены какие-то запросы, где они просят собрать тут характеризующие материалы по Николаю, всякие справки из наркодиспансера, допросить свидетелей. Мне следователи даже не сообщили, что такой запрос пришел. Они ничего не делали. Оно у них просто лежало. Следователи меняются очень часто – видимо, чтобы потом нельзя было бы предъявить обвинения какому-то конкретному человеку", - размышляет Елена Карпюк.

Впрочем, в СБУ помочь доказать невиновность Карпюка также не спешат. Несмотря на то, что нынешний глава службы Василий Грицак лично знает Николая.

"Мой муж давно входит в организацию УНА-УНСО, все его действия были на слуху и на виду у СБУ. И им известно, что Николай в Чечне не был. Мы просим предоставить эти доказательства защите. Даже если они засекречены – ради такого, я считаю, можно снять гриф секретно", - говорит жена Карпюка.

Держится Елена сейчас только благодаря сыну – и надежде на то, что Николаю удастся выйти на свободу после того, как его дело рассмотрят в ЕСПЧ – соответствующее решение сейчас готовят адвокаты Карпюка.

Вот только на Украину Елена возлагает все меньше надежд. И просит: "Вы обязательно напишите, что Николай очень благодарен тем, кто здесь, в Украине, переживает за его судьбу". Даже если тех, кому эта история не безразлична, совсем не много…

Наши блоги