УкрРус

Экс-глава ГСЧС Сергей Бочковский: дело против меня шито белыми нитками

Читати українською
  • Сергей Бочковской
    Сергей Бочковской
    glavpost.com

Полгода назад в Украине было положено начало новой "моде" - публичным задержаниям подозреваемых в коррупции чиновников, проходящим практически в прямом эфире. Однако последующие этапы расследования этих дел и доведения их до суда оказываются далеко не столь публичными. Мы не знаем, как проходит расследование и ведется ли оно вообще. Не имеем понятия о том, какие доказательства были собраны в отношении подозреваемых чиновников. Нас даже не информируют о том, передано ли то или иное резонансное дело в суд. А вот сообщения о том, что тот или иной чиновник наконец привлечен к ответственности - это в нынешних реалиях и вовсе нечто за гранью фантастики.

Практику арестов в прямом эфире первым испытал на себе экс-глава Госслужбы по чрезвычайным ситуациям Сергей Бочковский. Вся страна наблюдала за тем, как на руководителя этого ведомства и его заместителя прямо во время заседания Кабинета Министров одели наручники. Практически сразу министр внутренних дел Арсен Аваков рассказал, в чем подозревают Бочковского и Стоецкого и какими доказательствами располагает следствие. Некоторый информационный шум наблюдался еще несколько дней - до того момента, как задержанные руководители ГСЧС внесли залог и вышли из СИЗО. Далее же публичность в этом деле исчезла. Что навевает подозрения, что целью подобных "громких задержаний" является не борьба с коррупцией и коррупционерами, а отвлечение внимания людей от других проблем.

"Обозреватель" через полгода после резонансного задержания решил поинтересоваться, чем же закончилась эта история. И закончилась ли она. Мы направили информационный запрос в МВД с просьбой прокомментировать ход дела. Тот же вопрос решили задать и главному фигуранту этого "коррупционного скандала" - Сергею Бочковскому. На встречу он пришел не один, а со своим адвокатом и другим обвиняемым по этому делу - Василием Стоецким.

- Сергей Станиславович, ваше задержание во время заседания Кабмина происходило достаточно давно, поэтому, прежде всего, напомните нашим читателям, в чем конкретно вас обвиняют?

Бочковский: Мне инкриминировали разворовывание государственного имущества в особо крупных размерах (ч. 5 ст. 191 Уголовного кодекса). Вроде бы я украл 1,1 млн. грн. при закупке топлива для двух маленьких подразделений – авиационного в Нежине и отряда технической службы, который сейчас находится на оккупированной территории. Представьте себе огромную махину, которой является ГСЧС, и два маленьких подразделения.

Когда же не смогли доказать, что я являюсь якобы коррупционером, решили слепить из меня вымогателя. Двое моих бывших подчиненных, один – заместитель руководителя горуправления в Одесской области, другой – руководитель горуправления, дали показания против меня. Первый утверждал, что я требовал у него деньги за то, чтобы назначить его на должность. Правда, по его словам, делал это не лично, а через директора департамента, который вымогал деньги для меня. Второго незадолго до тех событий поймали пьяным за рулем и руководство области инициировало его увольнение. А я якобы пообещал решить этот вопрос, если он подарит мне участок земли на берегу моря в Ильичевске. Чтоб вы понимали, это самое грязное место, какое только можно представить. С одной стороны – порт, а с другой – фильтровальная станция ассенизаторская.

Мы докажем абсурдность этих обвинений в суде, поскольку в этом случае явно виден сговор двух лиц.

Еще двое руководителей областей оболгали моего зама – генерала Стоецкого.

Стоецкий: Примечательно, что оба этих кляузника подпадали под люстрацию. Один должен был быть уволен согласно решению Кабмина за срыв приведения системы гражданской защиты области в режим повышенной готовности. А во время Революции Достоинства он не раз имел стычки с её активистами за то, что поддерживал "Антимайдан". Другой в свое время баллотировался в облсовет от Партии Регионов. Но оба до сих пор работают. Возможно потому, что оговорили меня и получили от тех, кто был заинтересован в нашем устранении, своеобразную индульгенцию и возможность сохранить должности.

- Давайте все-таки вернемся к госзакупкам.

Бочковский: Давайте. Могу сказать, что за 11 месяцев работы в качестве главы ГСЧС, центральный аппарат практически не принимал участия в громких тендерах. Единственное, благодаря народным депутатам мы смогли выбить для службы 200 млн грн. И эти деньги служба получила не благодаря правительству, а, скорее, наоборот. Ведь изначально Аваков заложил нам аж 7 млн.грн. финансирования (это полтора пожарных автомобиля). При том, что практически 90% парка основной, специальной и спасательной техники изношено. А то, что было в Донецкой и Луганской областях, уничтожили боевики. Они умышленно обстреливали и уничтожали пожарную технику, если видели, что пожарный автомобиль гасит подлесок или поле с хлебом.

А ведь нам при всем этом ставили невыполнимые задания, которые мы, несмотря ни на что, выполняли. Очевидно, ждали, когда мы допустим ошибку. Во многих случаях мы даже не имели вооруженного сопровождения. Шли с "голыми руками", а поначалу и без бронежилетов. Давайте вспомним "Боинг"! Мы же работали фактически на оккупированной территории. При этом боевики били и издевались над сотрудниками, но ребятам приходилось собирать останки. Мы полностью организовали работу государственной комиссии. Тогда это все оценили первые лица европейских государств. А сегодня, к сожалению, все это уже забыто, как же – коррупционеры!

А теперь вспомните миллион вынужденных переселенцев, которых мы, без лишнего пиара, разместили на подконтрольных Украине территориях. Хотя Европа сейчас с 400 тысячами справиться не может. Или гуманитарное разминирование, которым наши сотрудники не имели де-юре права заниматься. Но мы занимались разминированием инфраструктуры, газопроводов, технологических каналов и многого другого - потому что понимали, что войскам надо проводить военные операции. У нас катастрофически не хватало металлоискателей. Слава богу, с этим нам помог ОБСЕ.

И за все это мы получили вот такую благодарность. Я считаю, что это происки врагов нашего государства.

- Кого вы имеете в виду?

Бочковский: Мы сейчас проводим очень серьезную работу, чтобы выяснить кто именно стал заказчиком и исполнителем этого. Слишком много вскрывается интересных вещей. Дело в отношении меня и моего зама Стоецкого полностью сфальсифицировано. Уголовное производство было открыто на основании депутатских запросов от двоих народных депутатов. Именно их журналистам демонстрировал Аваков.

При этом, на этих запросах отсутствуют необходимые при регистрации документооборота в государственной структуре пометки. То есть, эти запросы неизвестно откуда взялись. Более того, нардеп Павел Ризаненко, от имени которого составлен один из этих запросов, в прямом эфире телеканала 112 заявил, что не писал ничего подобного. Автор второго запроса, Сергей Мельничук, однозначного ответа на вопрос, является ли он автором этого "документа", не дал. Но у себя в ФБ он, позиционируя себя ярым борцом с коррупцией, обвиняет меня в каких-то нарушениях при реорганизации департамента надзора и контроля и утверждает, что меня бросили за решетку именно за это. И ни одного упоминания о закупке топлива. Складывается впечатление, что он не совсем в теме. Да и подпись на этом запросе отличается от подписи Мельничука, пример которой размещен на его странице в Фейсбуке.

Тут в разговор включается адвокат Бочковского Игорь Федоренко. Он демонстрирует оба депутатских запроса и предлагает найти в документах хотя бы одно отличие – за исключением подписей и "шапки".

Следующим документом, который Федоренко выкладывает на стол, было письменное заявление нардепа Ризаненко о том, что указанное обращение он не писал.

Федоренко перечисляет основные нарушения, которые, по мнению защиты Бочковского и Стоецкого, были допущены в отношении экс-руководителей ГСЧС. А также объясняет, почему защита настаивает на том, что доказательства, к которым апеллирует следствие, полностью сфальсифицированы.

Федоренко: В этом деле очень много нарушений, начиная с задержания Бочковского и Стоецкого, которое было незаконно. Согласно Конституции и Уголовного процессуального кодекса, человека могут задержать лишь по решению суда. Исключением является задержание на месте совершения преступления или в результате преследования. Но все видели видео задержания: в Кабмине никто преступлений не совершал и никуда не сбегал, а решения суда не было.

Много вопросов и к тому, за что задержали Бочковского и Стоецкого. Министр внутренних дел демонстрировал схему преступной деятельности, насчитывающую 8 звеньев. Мы выяснили, что все они сфальсифицированы. Для начала, топливо закупали пожарные части районного масштаба, а не руководство ГСЧС. В проведении этих закупок не было установлено ни единого нарушения. Да и вообще, за материально-техническое обеспечение с закупкой топлива и проведением тендеров в службе отвечает первый заместитель главы ГСЧС (и это не Стоецкий), который в деле практически не фигурирует. И это правильно, поскольку к тендерам никаких вопросов не возникло. Тогда почему в прямом эфире задержали Бочковского и Стоецкого – вопрос к правоохранительным органам.

Те доказательства, которые есть в деле… Знаете, для того, чтобы их состряпать, достаточно было взять открытую информацию с портала госзакупок, где указаны дата проведения тендера, участники, победители, суммы договоров. Затем взять иностранные компании (существующие или не существующие) и подделать договора между победителями тендера и этими компаниями о том, что часть денег от продажи топлива должна перечисляться на иностранную компанию.

Но посмотрите, как в этой схемке распределяются деньги: туда 20%, туда – 10%, туда – 15%... Чтобы заплатить все эти проценты, топливо должно было быть почти вдвое дороже, чем на рынке. Но у нас есть справка Торгово-промышленной палаты, есть результаты проверок всех возможных органов, свидетельствующие о том, что цена была рыночной, а надбавки поставщиков – минимальными.

Интересны и фирмы, указанные в схеме Авакова. Мы не смогли найти фирму в США с такими реквизитами. Ее не существует. Фирму, скорее всего, просто придумали, как и ее директора – Пола Андерсона. Все договора подписаны не сотрудниками существующих фирм, а вымышленными персонажами. Печати и подписи подделаны. И нигде, я подчеркиваю, нигде нет ни единой подписи Бочковского и Стоецкого, которые могли бы быть основанием для утверждения, что они причастны к этой схеме.

А знаете, почему нет подписей? Да потому что, имея 500 долларов на услуги адвокатов и две ксерокопии паспорта, любого человека можно сделать "акционером" офшорной компании. Подобным бизнесом занимаются специальные секретарские компании, которые по письму юриста могут внести в список акционеров офшорных компаний любого человека, даже никогда не видя его в глаза.

То же и с банковскими карточками. Они были выданы банком по обращению владельца компании, который никогда не видел ни Бочковского, ни Стоецкого. Карточки эти так и не были активированы. И наши клиенты о них узнали, наверное, позже всех, ведь когда Аваков демонстрировал эти карточки журналистам, Бочковского и Стоецкого уже везли в тюрьму.

Кстати, любопытный момент: согласно протокола обыска, карточки были найдены в кабинете Стоецкого во время этого следственного действия. В протоколе указано время начала обыска – 12:50. Эти же карточки демонстрировал Аваков в прямом эфире 112 канала в 12.39. Получается, министр показывал карточки, которые еще не были найдены, ведь обыск должен начаться через 11 минут.

- А что происходит со следствием сейчас?

Бочковский: А следствие продолжается. Постоянно возникают какие-то отсрочки. Видимо, следователи ищут хоть какие-то зацепки. Ходят к одной и той же одиозной судье Волковой. А та продлевает сроки расследования.

- За это время – начиная со дня задержания и до сегодня – каким образом вас задействовали в расследовании?

Бочковский: Они понимают, что доказательств у них нет, поэтому делают такие походы в суд, где решают вопросы о продлении сроков, а потом снова все замирает. На допросы вызывают в среднем раз в неделю. Иногда реже, иногда чаще. И постоянно задают одни и те же вопросы, на которые я отвечал месяц, два, шесть назад. Очевидно, больше им спросить меня не о чем. При этом, не смотря на наши многочисленные обращения, никто не ищет того, кто подделал депутатские обращения, кто замешан в фальсифицировании доказательств, для чего это все вообще было сделано. Моим адвокатам приходится добиваться возбуждения уголовных дел через суд, поскольку прокуратура бездействует.

- О каких именно делах идет речь?

Федоренко: Мы добились возбуждения уголовного дела по так называемому "разворовыванию", в связи с которым Сергея Станиславовича задержали в прямом эфире. Уголовное производство возбуждено по факту заведомо неправдивого сообщения о преступлении с фальсификацией доказательств обвинения. Конечно, особой активности в расследовании этого преступления не наблюдается. Но мы теперь всегда можем спросить: а каких же результатов добилось следствие? Нас, кстати, почему-то в этом производстве не признали пострадавшей стороной.

Есть еще дело по тем сотрудникам, которые обвинили Бочковского в вымогательстве. По ним также возбуждено производство по факту дачи неправдивых свидетельств. В нем Сергея Станиславовича признали потерпевшим. Проводятся какие-то допросы. К сожалению, подозрение до сих пор никому не объявлено. Но мы будем и дальше настаивать на проведении расследования.

- Но основным делом по-прежнему остается обвинение в разворовывании государственных средств, правильно?

Федоренко: Да.

- В таком случае у меня к вам, Сергей Станиславович, такой вопрос. Ни для кого не секрет, что во времена Януковича коррупционные схемы и системы откатов были непременной частью существования любой государственной структуры, которая в той или иной мере распоряжалась бюджетными деньгами. Знаем мы и о том, что подобная практика существует и сейчас. К вам с предложениями "помочь" той или иной компании "победить" в тендере обращались?

Бочковский: Не обращались. Денег не было. Нас спасало только то, что удалось наладить четкое и результативное взаимодействие с послами, с ООН, с ОБСЕ. И они нам в 99 случаях из 100 просто дарили то, что нам было необходимо. Потому что люди понимали, что у нас нет, к примеру, тех металлоискателей, которые нужны, а купить их можно только в России. Такая же история и со строительством 7 городков для вынужденных переселенцев. У нас не было такого опыта. Слава богу, мое второе строительное образование позволило нормально коммуницировать с германским Агентством международного сотрудничества GIZ, центральными и местными органами исполнительной власти.

А когда нам наконец выделили 200 млн.грн, я сказал, что эти деньги будут потрачены в рамках предусмотренной процедуры. Я был в Прилуках, смотрел технику, которую там выпускают. Видел технику, которую делают в Киеве. Обе компании знали, что могут участвовать, но были предупреждены о тщательном осмотре техники и ее соответствии заявленным требованиям.

А мы, между прочим, формировали заказ с учетом потребностей каждого конкретного гарнизона в каждом конкретном подразделении, которые имеют свою специфику. С этим учетом и определялся набор того или иного оборудования. Приоритет отдавали востоку, где практически все было уничтожено. Обращали особое внимание и на те регионы, где существуют опасные производства, где больше всего изношена техника. И ставили задачи руководителям на местах с помощью инженеров-конструкторов сформулировать свои пожелания.

- А с лоббированием интересов конкретных производителей сталкиваться приходилось?

Бочковский: Были предложения. Ко мне приходили некоторые народные депутаты, которые просили дать технику на производство одному из украинских производителей. Я им отвечал, что не против их участия, но выбор будет сделан согласно действующему законодательству и в рамках тендерных процедур. Были и представители исполнительной власти.

- Кто?

Бочковский: Я не имею привычки зацикливаться на "просителях". Я их никогда в серьез не воспринимал, кто бы меня не просил. Самое главное, я предупредил, что украсть не дам никому! И я знаю, сколько на те 200 млн. должно быть автомобилей. И с каким оборудованием.

Я не исключаю, что дальнейшее развитие событий могло быть результатом того, что кому-то не понравилась наша принципиальная позиция в этом вопросе.

- Все-таки хочется конкретики. Вы достаточно обтекаемо сказали, что дело против вас сфабриковано и в этом заинтересованы враги Украины. Пофамильно можете назвать этих врагов?

Стоецкий: Вы их всех видели! Скажу только, что след ведет в Москву. Я пока не готов называть фамилии, но, когда мы сможем свои подозрения подкрепить доказательствами, вы эти фамилии узнаете первыми.

Бочковский: Сейчас, не имея доказательств наших якобы преступлений, следствие не может передать дело в суд и не хочет его закрыть. Но я уверен, что рано или поздно мы добьемся через суд снятия обвинений. Другое развитие событий просто невозможно, потому что эти дела "шиты белыми нитками". И тогда мои адвокаты сформулируют претензии в денежном эквиваленте в отношении тех, кто это все организовал. Потому, как за все надо отвечать. В том числе, и за то, что надо мной – офицером, гражданином, украинцем – издеваются уже полгода, всячески нарушая мои права.

Наши блоги