Цензурионы

Михаил Подоляк

Государство, причем любое, неизменно хочет контролировать внутренние информационные потоки. Очевидное, хоть и весьма абсурдное явление всем времен и народов. Государство (как группа чиновников) обязательно хочет немножко «развести» общество и лишить его контрольных функций. Так сподручнее «премировать» себя чем-нибудь коррупционным. В общем, история хоть и не первая древнейшая, но очень даже понятная.

А вот «общественные» инициативы с попытками внедрить (читай – реанимировать) «моральные  запретительные законы» - куда хуже. По трем причинам.

Во-первых, их, как правило, инициируют люди интеллектуальное ограниченные, «уплощенные». Следовательно, воинственно-агрессивные (пусть и не публично) и не умеющие переигрывать оппонентов тонко. 

Во-вторых, «моральный закон», который поначалу выглядит как уточненный скальпель, точечно иссекающий  весьма распространенные человеческие пороки, быстро превращается в гигантский каток, жестоко давящий любую свободу выбора. Следовательно, откусить только развратный пальчик не получится – инициаторы всегда хотят съедать все и сразу.

В-третьих, умелая маскировка. Государственная цензура – как запрет на критику конкретной системы управления - понятна даже субъектам с низким IQ. Особенно если у этих субъектов в кармане пусто. А вот «моральная цензура» прячется за словами и терминами, против которых спорить не будешь. Примитивно? Разумеется. Но ведь работает.  

Некий депутат Унгурян П.А. выступил инициатором очередного запретительного законопроекта. №7132. «Про внесення змін до закону «Прозахист суспільної моралі». Той самой морали, которая, если кто не понимает (Унгурян точно не понимает), не регламентируется, но впитывается с молоком матери. Или не впитывается.

Законопроект, естественно, драконовский, так как предполагает крайне запретительные меры по любому поводу. Особенно для интернетчиков. Т.е. условная «группа Унгуряна претендует на то, чтобы управлять «территорией реальной свободы». В законопроекте четко сказано, что любой сайт может быть в течение суток «вырублен» за распространение, скажем так, ненормативной лексики, высказанной каким-либо анонимом  в чате или на форуме. Борьба за мораль? Конечно. Вопрос: а кто такой Унгурян, чтобы определять речевую стилистику кого бы то ни было?

Общественная мораль – понятие чрезвычайно интересное. Потому что субъективное. И потому что позволяет любой  «человеческой серости» выдать себя за «эксперта». После чего «эксперт» тут же примеряет на себя тогу принципиального палача, чтобы немилосердно карать условно виновных. Мораль вообще весьма емкое и расплывчатое понятие. И наиболее яркими моралистами, как правило, выступают те, кто эту самую мораль ничтожно попирает. Тайно или явно – не суть. Суть, что такой «моралист» никогда не видит бревен в своих глазах, но готов нещадно карать любого за соринку.

Законопроект 7132 предлагает только две вещи. Навязывание и уничтожение. В частности, он предлагает в программных продуктах телерадиокомпаний выделять обязательное время для «популяризации общечеловеческих ценностей». Красивый пассаж. Не более того. Потому что «хотели как лучше, а получится как всегда». Унылый и раздражающий телепродукт – несмотрибельный и отвратительный. Уничтожение же – это немедленное отключение, лишение лицензии, изгнание с рынка и т.д. моралисты ведь не хотят конкурировать качеством – они могут выигрывать только запретами, наказаниями, уничтожением.      

На самом деле речь идет не о конкретном депутате с очередной ничтожной инициативой и не конкретном законопроекте, который должен «запрещать, лишать и наказывать». Скорее следует говорить об адекватности современного мировосприятия целого пласта людей, волею случая добравшихся до каких-то публичных площадок. По сути, любой «моральный закон» - это попытка некоего не совсем адекватного человека навязать свое собственное представление о том, что такое хорошо и что такое плохо. А, навязав это ущербное представление, взять на себя роль несгибаемого и непогрешимого инквизитора.

 Ах, как же приятно, будучи никем, чувствовать себя «последней инстанцией». Инквизиция же (которая неизменна по сути, но вариативна по технологиям)  – это и есть цензура. Настоящая и единственная.

Потому что все прочие виды цензуры – это ситуативные технологии, позволяющие на время замаскировать собственный непрофессионализм. И государство, которое ограничивает доступ к информации, только лишь обозначает глубину своих проблем.

Моральная цензура иная – она требует не внешнего согласия со своими тезисами, но внутреннего им подчинения. Государство может запретить критиковать конкретного «министра правды», но на кухне ты его можешь анекдотично «выстебать». Моралисты хотят сломать человеческое право самому решать, самому принимать этот выбор и нести за него ответственность. Аргументация же моралистов ничтожна и традиционна – якобы дети, насмотревшись телевидения и начитавшись Интернета, начинают спиваться. Так себе аргумент. Во-первых, пьяни всегда было и будет много. Во-вторых, причем тут Интернет, если папа идиот и два слова связать не может?  

Впрочем, опять предательски возникает элементарный вопрос: а кто такой Унгурян, чтобы пытаться продать нам свой внутренний мир? По большому счету, никто. Абсолютно. Человек без выдающихся талантов, подвизающийся сугубо на религиозной ниве. Но даже не теософ, имеющий глубокие труды. Просто очередной «менеджер на идее». И вот этот бесталанный «менеджер» искренне полагает, что имеет право говорить и советовать что-либо.

Морально ли, что человек без очевидных публичных достоинств и явно не «общественный авторитет», быстро варганит нечто, что должно всем прочим, часто намного превосходящим Унгуряна по своим личным качествам, указывать, как им жить? Нонсенс, который даже не замечем обсуждать. Равно как и то, что люди достойные и не предлагают то, что предлагают аутсайдеры и серости. Унгурян – штатный религиозный активист (баптист) и не более того. 

Между нами говоря, с религиозной цензурой бороться хуже всего. С одной стороны, она обязательно опирается на очевидные грехи, цинично их эксплуатируя. Никто ведь в трезвом уме не скажет, что растлевать малолетних - хорошо и благо. С другой стороны, прикрываясь очевидным, религиозные «инициативщики» пытаются цензурировать весь свободный выбор человеком духовной пищи. Называя его искания… грехом. Выход из подобных ситуаций? Элементарный. Игнорировать любые инициативы Унгуряна и ему подобных «серых личностей». Игнорировать по сути, но жестко реагировать на технологии продвижения. С конкретными же проявлениями конкретных преступных умыслов вполне можно эффективно бороться в рамках общепринятых юридических процедур… 

• Следите за обновлениями obozrevatel.com в вашей социальной сети

Новости по теме

• Фиаско Путина (предварительное)
• Галлюциноген для журналиста
• Кличко, доллар, два олигарха
• Первостатейный Яценизм
• «Олимпийский» и грязные пляски