УкрРус

Экс-генпрокурор Святослав Пискун: Убийцы Гонгадзе четко понимали, что являются частью большой преступной организации

  • Экс-генпрокурор Святослав Пискун: Убийцы Гонгадзе четко понимали, что являются частью большой преступной организации

Последняя неделя ноября началась и закончилась событиями, связанными с делом Гонгадзе.

24 ноября новая коллегия судей Апелляционного суда в закрытом режиме начала рассматривать апелляцию по делу Алексея Пукача – экс-генерала МВД, приговоренного к пожизненному заключению за убийство Георгия Гонгадзе. Адвокат Мирославы Гонгадзе Валентина Теличенко объяснила: рассмотрение дела в открытом режиме может ограничить право Пукача на защиту и стать впоследствии основанием для отмены апелляционного решения или даже - для освобождения его из-под стражи. Хотя еще один пострадавший – журналист и правозащитник Алексей Подольский, которого летом 2000 года так же, как и Гонгадзе, Пукач со своими подчиненными вывез в лес и избил до полусмерти, - настаивал на открытом режиме заседаний (интервью с Теличенко и Подольским читайте в ближайшие дни на "Обозревателе").

А 28 ноября исполнилось 14 лет с момента появления пленок Мельниченко, которые позволяли узнать не только, кто непосредственно убивал Георгия Гонгадзе, но и кто давал задание это сделать и прикрывал убийц.

Однако исполнители убийства и пленки Мельниченко - столь необходимые кирпичики для построения всей структуры взаимосвязей, подчинений и "крышеваний" в период президентства Леонида Кучмы - долгие годы засыпались мусором политических торгов, электоральных выгод и финансовых мотиваций.

Финальная правда - кому на самом деле была нужна смерть Гонгадзе, - больше чем правда. Это переход в новую систему координат для всего общества, где наказание неотвратимо и справедливо, а деньги и власть не являются индульгенцией.

Может, как раз поэтому мы всей правды и не знаем. Смена политических витрин не затронула основополагающий принцип власти: не тронь своих предшественников, чтобы и самому остаться неприкосновенным.

Пора этот принцип менять. Давно пора.

"Обозреватель" этим интервью с трижды экс-генпрокурором Святославом Пискуном начинает цикл материалов, посвященный делу Гонгадзе и поискам правды, которые длятся уже 14 лет.

"СУЩЕСТВОВАВШАЯ В УКРАИНЕ ПРЕСТУПНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СОВЕРШИЛА НЕ ОДНО ПРЕСТУПЛЕНИЕ. ПОДОЛЬСКИЙ, ГОНГАДЗЕ – ЭТО ТОЛЬКО ЧАСТЬ"

Апелляционный суд Киева на днях приступил к рассмотрению апелляции по делу Пукача. Коллегия судей приняла решение, что это будет происходить в закрытом режиме. Как Вы считаете, такое решение соответствует духу и букве закона?

Рассмотрение дела Гонгадзе в закрытом режиме – это пощечина украинскому обществу. Я могу назвать два дела, которые явились символом борьбы украинского народа за торжество демократии и свободы слова в Украине.

Первое – это убийство журналиста Игоря Александрова в Донецкой области. За критические статьи в адрес власти он поплатился жизнью. Его убийство было организовано донецкими преступными группировками с участием представителей власти.

Второе - убийство Георгия Гонгадзе. Это дело занимает отдельное место в нашей истории. Мне выпала честь эти два дела расследовать и раскрыть. Умникам, которые говорят, что Пискун мог найти и заказчика убийства, могу сказать одно: попробовали бы вы расследовать уголовное дело против людей, находившихся у верхушки власти во времена президента Кучмы, когда Кучма обладал абсолютной властью в стране.

Хочу напомнить: в 2001 году при Кучме возле Хрещатика активисты собрали палатки. Чем это закончилось? В одну ночь разобрали все, всех избили и вывезли – никто даже не дернулся. Все боялись. И никаких дел по этому вопросу не было.

В то время расследовать дело об убийстве Гонгадзе было нелегко. Тем более, что когда я приступил к расследованию, руководство Генеральной прокуратуры утверждало, что Гонгадзе жив. Необходимые и возможные экспертизы проведены не были, а по телу не была проведена даже генетическая экспертиза. Те, кто знали, что Гонгадзе мертв, делали все, чтобы люди в это не поверили. И все-таки мы это убийство раскрыли: задержали организатора убийства и четырех исполнителей.

Аргумент прокуратуры о том, что в деле может быть секретная информация, для Вас недостаточен?

Никакой секретной информации в этом деле нет. Я это точно знаю. А то, что они пытаются скрыть под грифом "секретная информация" уже всем давно известно. Но если суд, например, хочет рассмотреть эпизод, связанный, по их мнению, с какой-то секретной информацией, его можно отдельно рассмотреть в закрытом режиме в рамках этого процесса, сделав один-два дня закрытыми.

Накануне рассмотрения дела в Апелляционном суде Алексей Подольский опубликовал свое публичное обращение, в котором призывал политических и общественных деятелей – Луценко, Тимошенко, Ляшко, Гопко, Найема, Лещенко – добиться открытого рассмотрения дела Гонгадзе, чтобы оно стало началом криминального преследования Кучмы. Вы разделяете такую позицию Подольского?

Подольский имеет абсолютное право требовать дальнейшего расследования и поиска заказчиков преступления, потому что сам является потерпевшим по этому делу. Раскрытие дела Гонгадзе стало возможным только после того, как наша следственная группа раскрыла эпизод по Подольскому. Он тоже был на грани смерти, его заставили рыть в лесу себе могилу, но ему повезло остаться в живых.

Когда мы поняли, что покушение на Подольского совершали те же люди, которые убили Гонгадзе, мы вышли на них.

Вы верите, что рассмотрение апелляции по делу Пукача может стать прорывом в поиске заказчиков убийства Гонгадзе?

Само рассмотрение в суде прорывом не станет, прорывом может стать дополнительное расследование. Или же выделение материалов для организации нового расследования в отдельной части по вновь открывшимся обстоятельствам.

Кто может этого добиться?

Адвокаты, потерпевшие, прокуроры.

Мы говорим о том,что дело Гонгадзе рассматривается через призму ст. 28 Уголовного кодекса Украины – совершение преступления организованной преступной группой...

Да, это уже доказано квалификацией. Я бы даже шире посмотрел на этот вопрос. Организованная преступная группа означает лишь то, что в приготовлении и совершении преступления принимали участие несколько человек.

Я бы применял пункт 4 этой статьи – совершение преступления преступной организацией. Этот пункт звучит так: "Злочин визнається вчиненим злочинною організацією, якщо він скоєний стійким ієрархічним об'єднанням декількох осіб, - вам это ничего не напоминает? - члени якого за попередньою змовою зорганізувалися для спільної діяльності з метою безпосереднього вчинення тяжких або особливо тяжких злочинів учасниками цієї організації, або керівництва чи координації злочинної діяльності інших осіб, або забезпечення функціонування як самої злочинної організації, так і інших злочинних груп".

Ведь существовавшая в Украине преступная организация совершила не одно преступление. Подольский, Гонгадзе – это только часть. Кого-то они убивали, кого-то арестовывали, сажали, у кого-то уничтожали бизнес, у кого-то вымогали деньги. Самое важное: они совершали эти преступления, зная, что у них есть высокие покровители, благодаря которым они могли чувствовать свою безнаказанность. Убийцы Гонгадзе четко понимали, что являются частью большой преступной организации. По сути, это была мафия.

Кто были эти покровители, я сегодня не могу говорить. Может, это были люди, которых уже нет в живых. Пусть фамилии следствие назовет.

Был ли втянут в эту преступную организацию и знал ли о ее деятельности Леонид Данилович Кучма, я не знаю. Это пока не доказано. Но то, что в эту деятельность были втянуты другие высокопоставленные лица, близкие к президенту Кучме, - это 100%.

Это реально сейчас доказать?

Надо этим заниматься.

Кто должен инициировать это процесс?

Прокурор.

Конкретно – Ярема?

Да.

Вы видите у нынешнего генпрокурора желание и силы найти заказчиков в деле Гонгадзе?

У меня вызывает надежду тот факт, что заместителем в ГПУ сегодня работает Виктор Николаевич Шокин, который был моим заместителем и возглавлял следственную группу по делу Гонгадзе и по делу Александрова. Шокин практически на своих плечах вытянул два этих дела. Если вдруг будет такое следствие, то, естественно, Шокин будет в этом направлении работать.

"КАК ТОЛЬКО КУЧМА МЕНЯ СНЯЛ С ДОЛЖНОСТИ, ПУКАЧ БЫЛ НЕЗАКОННО ОСВОБОЖДЕН ИЗ-ПОД СТРАЖИ"

Дело Гонгадзе – это как карма Украины. Уже поменялось столько прокуроров, президентов, политических сил при власти, но окончательная точка в этом деле так и не поставлена.

Обратите внимание, никто кроме меня дело Гонгадзе не расследовал.

Почему?

Потому что на тех прокуроров, которые приходили до меня и после меня, президенты и его окружение имели очень большое влияние. Они сделали все, чтобы это дело не получило своего развития.

Вы сейчас имеете в виду то, что Ющенко мог дать гарантии неприкосновенности Кучме, и в связи с этим оказывалось влияние на генпрокуроров?

До сентября 2005 года был один Ющенко, а после сентября 2005 года - абсолютно другой. Вы помните, что соучастники убийства Гонгадзе были нами арестованы в марте-апреле 2005 года, когда президент Ющенко полностью поддерживал наше расследование. Я его сумел убедить, что нужно дойти до конца в деле Гонгадзе. Но потом что-то произошло с президентом Ющенко.

Что?

Думаю, это было связано с тем, что донецкие нашли путь к его сердцу. Уже нужен был другой генеральный прокурор, который бы их устраивал. Им стал Медведько. Вот и все.

Хорошо. Давайте поставим вопрос чуть по-другому. Когда вы приходили в 2002 году на должность генпрокурора, вы давали обещание расследовать дело Гонгадзе. При этом Кучма не противился вашему назначению. Хотя за два года до этого, в 2000-м, были опубликованы пленки Мельниченко, которые свидетельствовали о возможной причастности Кучмы к делу Гонгадзе. Кучма же должен был понимать, что рано или поздно расследование дела Гонгадзе коснется его?

Кучма дал мне карт-бланш на должность генерального прокурора, но конкретные дела мы с ним никогда не обсуждали. Клятву парламенту, что я раскрою дело Гонгадзе, я давал по требованию парламентской оппозиции. Если вы помните, тогда за меня проголосовало 375 народных депутатов, в том числе меня полностью поддержала оппозиция. Я – единственный генпрокурор, за которого проголосовало столько депутатов,

После того, как вы стали генпрокурором, вы встречались с Кучмой? Он говорил вам, в каком направлении стоит развивать расследование, а в каком - не стоит?

Я, честно говоря, не отчитывался перед Кучмой о расследовании этого дела. Мы его расследовали тайно, давали лишь незначительные интервью для прессы по этому делу.

Давайте вспомним, как продвигалось расследование дела Гонгадзе в каждый из трех периодов, когда вы были генпрокурором. Начнем с вашей первой каденции – 2002-2003 год.

Самое главное - мы в это время поверили, что труп, найденный в лесу, является трупом журналиста Гонгадзе, несмотря на все уверения бывшего руководства Генеральной прокуратуры и даже матери Георгия Гонгадзе, что он жив.

Что давало основание так думать?

Мы впервые в истории украинской криминалистики провели в Германии судебно-генетическую экспертизу в порядке оказания правовой помощи и на моих личных контактах с рядом Генеральных прокуроров Европы, которая подтвердила на 99%, что тело принадлежит Георгию Гонгадзе.

Кроме того, мы начали проверять среди многих других версий и версию о причастности к убийству милиционеров. До нас этого никто не делал.

Но если принять во внимание, что на тот момент были пленки Мельниченко, на которых был зафиксирован якобы разговор Кучмы относительно Гонгадзе, то версия о причастности милиционеров должна была рассматриваться одной из первых?

Абсолютно верно. Мы поверили пленкам в том плане, что убийство Гонгадзе могло быть инициировано людьми, которые хотели выслужиться перед Кучмой.

В этот период вашей работы на должности генпрокурора Кучма мешал вам вести расследование или нет?

Не мешал. Он знал, что со мной тяжело разговаривать по этому поводу. Потому что я все равно правду не скажу, а если я что-то задумал, то доведу это до конца. Он это тоже знал.

Я вас правильно понимаю – вы во время своей первой каденции ни разу не обсуждали с Кучмой дело Гонгадзе?

На совещаниях мы говорили об этом. Я докладывал, что мы активно работаем по делу Гонгадзе, но без подробностей.

Тет-а-тет вы это дело не обсуждали?

Нет, никогда. Мы лишь один раз встретились с Леонидом Даниловичам, когда я пришел к нему и сказал, что арестовал Пукача. Попросил не увольнять меня, а дать довести дело до конца. Я ему сказал: знаю, что вам сейчас будут говорить - давайте снимать Пискуна, он арестовал Пукача, а это бросает пятно на всю нашу правоохранительную систему.

Как во время разговора реагировал Кучма?

Он сказал: "Смотри, если ошибешься, у тебя будут неприятности". Хорошо помню, как я ему еще сказал, что дело Гонгадзе на этом не закончится. Рано или поздно к нему вернутся. В конце Кучма сказал: "Я подумаю". На следующий день он меня снял.

Как только меня Кучма незаконно снял с должности (что подтверждено решением суда), Пукач был незаконно освобожден из-под стражи. Преступник был отпущен на свободу. Если вы думаете, что это было сделано без команды сверху, то я вас хочу заверить, что это не так.

Но почему-то Генеральная прокуратура до сих пор не расследовала эпизод незаконного освобождения Пукача. Ведь уже ясно, что он был освобожден незаконно. Вы думаете, арестовали прокурора, который его освободил? Или судью, который вынес незаконное решение, выпустив убийцу? Или вы думаете, кто-то провел расследование по этому эпизоду? Никто в этом не разбирался. А зря. Это следствие много бы чего показало. И тут мы опять возвращаемся к преступной организации, которую в Европе называют мафией.

Вы считаете, это преступная организация была также влиятельна при президенте Ющенко и президенте Януковиче, как при президенте Кучме?

Абсолютно. Эта преступная организация в 2005 году народом с Майдана была чуть отодвинута на некоторое время. Все спрятались, разбежались. Я был в этот период генеральным прокурором, так что могу сказать, что в Украине тогда никого из них не было. А в сентябре 2005 года они все вернулись. Самое страшное, что Ющенко их вернул.

Вы так ярко описываете, что прямо и хочется спросить: назовите фамилии.

А нельзя… Посмотрите, против кого ГПУ тогда вела дела, кого арестовывала. Например, когда Тихонов и Кушнарев в Северодонецке только заявили об отделении восточных регионов, они через пару дней уже сидели в тюрьме.

При президенте Порошенко эта преступная организация имеет влияние?

При Порошенко, я надеюсь, они не вернуться, но ростки их реабилитации уже проросли. Выборы в парламент – яркое тому подтверждение.

"ДЕЛО ГОНГАДЗЕ ДОЛЖНО ПОЛУЧИТЬ СВОЕ ЛОГИЧЕСКОЕ ЗАВЕРШЕНИЕ"

2005 год. Вы вернулись в кресло Генпрокурора. В каком состоянии вы застали дело Гонгадзе?

До меня им никто не занимался. Я вернулся, мы опять начали расследовать, но, понятно, уже без Пукача. Мы вернули ту же следственно-оперативную группу, возглавляемую Романом Шубиным, того же Шокина я вернул своим замом. Мы задержали четырех работников милиции, соучастников убийства, которые принимали непосредственное участие в убийстве. Они дали признательные показания.

Исполнители есть, организаторы есть, преступная группа есть, но кто-то же должен был заказать это дело. Вольно или невольно правоохранители стали чьими-то слугами в этом процессе, соучастниками. Нужно было искать заказчиков. Естественно, настала пора изучения пленок Мельниченко.

С Мельниченко было непросто работать. Он то говорил, что у него есть оригинал, то у него нет оригинала, то они в Америке, то они в Украине… Это все тянулось довольно долго.

И тут Виктор Андреевич Ющенко решил меня снять. Вернулась опять та же большая преступная организация и с тех пор она только росла и развивалась. Апогеем ее деятельности стало убийство людей, братоубийственная война, развал экономики, отделение Крыма, Донбасса. Это результат многолетнего труда преступной организации.

2007-ой год. Вы третий раз стали генпрокурором.

Там все просто. Я выиграл суд. Меня назначили буквально на месяц, а потом внаглую уволили. Пришел Иван Плющ и говорит: "Ви зняті". Я говорю – дайте указ президента. Отвечает: "Указа нет, но вы сняты президентом". Хотите посмеяться? До сегодняшнего дня указа о моем снятии нет.

Продвижений по делу Гонгадзе в этот период, насколько я понимаю, не было.

Нет.

Давайте вернемся к пленкам Мельниченко. Было решение суда в 2011 году, что пленки, добытые незаконным путем, не могут использоваться в деле Гонгадзе. На этих пленках огромный пласт информации, и я знаю, что у вас есть подтверждение ФБР США, что пленки Мельниченко – настоящие. Как можно их присоединить к рассмотрению дела об убийстве Гонгадзе?

Суд может принять решение, допускает он их в дело в качестве доказательства или нет. Следствие может определиться. С одной стороны, это вроде бы незаконно и не может быть доказательством, но с другой – если суд, прокурор посчитают, что пленки могут быть косвенными доказательствами в совершении какого-либо преступления, то их могут признать доказательством в суде.

Это опять же должны инициировать адвокаты?

Да. В конце концов, мы же не можем представить ситуацию, что человек может пойти и взять санкцию на запись разговоров в кабинете президента. А если на этой записи сообщается о совершенном преступлении или еще о 50 преступлениях? Не давать этому оценку только потому, что не была вовремя взята санкция на прослушку? Это же смешно. Ищите другие доказательства этих преступлений, но факт есть факт.

Как вы считаете, Кучма влияет на нынешних властьимущих?

Думаю, влияет. Через своих знакомых, через своих людей и напрямую. Я знаю, что у него нормальные отношения с президентом, думаю, что у него неплохие отношения с премьер-министром.

Кучма не один год в политике. Очень многие политики, которые сегодня находятся при власти, первые свои должности получили из рук Леонида Даниловича Кучмы, и я в том числе. Как человеку я ему благодарен, что он помог мне стать прокурором и проявить себя в этой должности. Но что касается закона и конкретных уголовных дел, мои человеческие отношения к нему не должны иметь никакого значения. Я обязан руководствоваться правом. Януковича ведь также породил и воспитал Леонид Данилович. И об этом не нужно забывать.

А насколько велико сейчас влияние зятя Кучмы Виктора Пинчука на правоохранительные органы и представителей власти?

Думаю, что влияние незначительное, но знаю одно, что Пинчук всеми силами и средствами будет защищать честь своей семьи. Естественно, Пинчук будет пытаться нивелировать все неприятности, связанные с Леонидом Даниловичем.

Своими расследованиями я создал много негатива для президента Кучмы - дело Гонгадзе тогда звучало везде. Кучма из-за него не стал баллотироваться на третий срок. Поэтому Пинчук где-то на меня из-за этого и обижается. Но великие говорили: "Платон мне друг, но истина дороже".

Вы видите желание у нынешней власти довести до конца дело Гонгадзе?

Думаю, что сегодняшней власти не до дела Гонгадзе. Идет война. Хотя я бы сказал, что такие значимые вещи, как дело Гонгадзе, должны получить свое логическое завершение. Например, в Латвии недавно было направлено в суд уголовное дело по факту захвата латвийского телерадиоцентра в 1990 году. Дело расследовалось 24 года и латыши не отступили. И мы не имеем права ради будущих поколений отступить по делу Гонгадзе.

Наши блоги