УкрРус

Гуру стартапов Эвелин Бучацкий: Война не должна быть оправданием тому, что Украина не движется вперед

  • Гуру стартапов Эвелин Бучацкий: Война не должна быть оправданием тому, что Украина не движется вперед
    Фото с Facebook Эвелин Бучацкий

Эвелин Бучацкий часто называют гуру стартапов. Сейчас она живет в США и является директором одного из ведущих мировых акселераторов – Techstars Boston. В прошлом несколько лет была управляющим партнером украинского стартап-акселератора EastLabs.

Эвелин - гражданка Бразилии, училась в США и Франции, работала в Аргентине, Китае и Европе. После путешествий по всему миру восемь лет – с 2006 по 2014 – прожила в Украине. Славянская фамилия ей досталась от мужа с одесскими корнями.

Сейчас Эвелин каждые два-три месяца наведывается в Киев и до сих пор помогает украинцам развивать IT-бизнес. Вместе с уехавшими из Украины и основавшими успешный бизнес в США бизнесменами создала волонтерский проект UA50, менторы которого будут помогать украинским стартапам выйти на американский рынок.

В интервью "Обозревателю" Эвелин Бучацкий рассказала, кто может принять участие в проекте, есть ли смысл инвестировать сейчас в украинский бизнес и почему в ее бостонском акселераторе нет российских стартапов.

В одном из своих предыдущих интервью вы говорили, что в хаосе развивающихся стран можно добиться невероятной добавочной стоимости продукта. К Украине в ее нынешнем состоянии такое утверждение применимо?

На самом деле, сейчас самое время инвестировать в бизнес в Украине. В стране на данный момент много возможностей, потому что капитализация бизнеса очень маленькая. При этом экономика не упала настолько сильно, насколько уменьшилась капитализация компаний. Так что сейчас самое время дешево покупать бизнес, заниматься им, а потом продавать дороже. Не зря Уорен Баффет говорил, что лучшее время для покупки – когда никто не хочет покупать.

Кроме того, для Украины, в которой практически нет собственного производства, открывается европейский рынок. Это также дает огромные возможности. Если создать производство в Украине, продукт можно будет продавать по всей Европе. Плюс здесь дешевле рабочий труд и уже можно сказать, что есть определенные подвижки в дерегуляции.

Осталось только убедить инвесторов, что стоит вкладывать деньги в Украину в такое непростое время. На востоке страны более года продолжается война. Как инвесторы на нее реагируют?

Инвесторы, с которыми я общаюсь, и раньше не инвестировали в страну, и сейчас не инвестируют. Украина для них никогда не была привлекательной. Тут всегда были какие-то проблемы: то коммунизм, то коррупция, то война.

Кроме того, инвесторы смотрят на рейтинг Doing Business - Украина там находится на очень низких позициях – и не понимают, что будет дальше. Поэтому сейчас очень важно вести сильную пиар-компанию, направленную на привлечение инвестиций в страну. Нужно постоянно подчеркивать возможности, которые есть в Украине: низкая оплата труда, высококвалифицированные работники – и объяснять, что война идет только на небольшой части страны. Израиль всегда находится в состоянии войны и это не мешает ему двигаться вперед. В Тель-Авиве базируется очень много представительств мировых компаний – и Microsoft, и IBM, и Oracle – и они работают несмотря ни на что.

Война в Украине, конечно же, мешает развиваться бизнесу, но я не считаю, что она должна быть оправданием тому, что страна не движется вперед. Тем более влияние войны на технологический бизнес не такое существенное. Многие украинские IT-компании имеют офисы в Европе или США, что значительно упрощает их взаимодействие с инвесторами.

Как международные инвесторы реагируют, когда сталкиваются с проявлениями коррупции в Украине?

Скажем, крупная американская компания, которая хочет выйти на рынок Украины, не может работать в среде, где есть коррупция. Если она будет в этом замешана, у нее будут проблемы не только в Украине, но и в США. В данном случае будет считаться, что компания нарушила и американские законы.

Эвелин Бучацкий самого начала поддерживала Майдан. Фото с Facebook Эвелин Бучацкий.

Вы упомянули рейтинг Doing Business. В 2011 году Украина в нем находилась на 152 месте, а в 2015 – на 96-ом. За последние несколько лет вы на практике почувствовали улучшение позиций Украины в рейтинге? Стало легче вести бизнес?

(Пауза) Нет. К сожалению. У меня есть свой бизнес в Украине, и я знаю, что это такое – получить лицензию. Без взятки практически невозможно открыть бизнес. Эта ситуация все еще не изменилась, но я очень надеюсь, что в следующем году все будет совершенно по-другому.

У меня есть основания так думать. Недавно был принят закон о дерегуляции, который является огромным толчком вперед. Потихоньку меняется и сама власть. Однако все изменения произошли буквально недавно, поэтому еще рано говорить о каких-то сдвигах. Нужно немного подождать.

Вы уехали из Украины осенью 2014 года. Вы работали во время Майдана, аннексии Крыма, войны на востоке. Как за это время менялась активность украинских стартапов?

Между 2013 и 2014 годами - огромная разница. За это время произошли катастрофические изменения. Главный минус – мы потеряли поддержку на предпосевном этапе (вместе с посевным этапом - один из первых этапов финансирования стартапов. – Авт.). В 2013 году была конкуренция между теми, кто хотел вложить деньги в стартап. Он получал поддержку с самого начала, поэтому создавать новый проект было очень легко. Была заинтересованность со стороны венчурных фондов, вокруг стартапов начала формироваться настоящая экосистема.

А в 2014 году многие просто прекратили активность. У бизнесменов, которые раньше вкладывали деньги в стартапы, возникли проблемы в основном бизнесе. У них не было времени, возможности и интереса заниматься маленьким рискованным бизнесом в то время, когда идет война.

Но во время своих последних визитов в Киев, я заметила, что новые венчурные фонды стали проявлять интерес к инвестированию в стартапы на посевной стадии. Для меня это было очень удивительно. Это очень хорошо, хотя я сомневаюсь, что у них сейчас будет поток стартапов. Им придется инвестировать в очень сырой стартап или не инвестировать вообще, если они не хотят рисковать.

Развивать стартап в Украине сейчас очень сложно. С одной стороны много талантливых людей, готовых это делать, много хороших инженеров. Но они не знают, как создавать бизнес - им не хватает предпринимательских знаний. Нужно в университетах вводить специальные курсы, учить их заниматься бизнесом и создавать компании.

Регина Махотина и Эвелин Бучацкий в период работы в акселераторе Eastlabs. Фото с Facebook Эвелин Бучацкий.

Есть ли сейчас у вас в Бостоне в акселераторе TechStars украинские стартапы?

Да. Мы раз в год приглашаем около десятка команд со всего мира, с которыми потом работаем, вкладываем в них деньги, привлекаем внешних инвесторов. И в этом году из 12 команд сразу две - из Украины: Kwambio и GVMachines. Такое случилось впервые за всю историю TechStars. Я специально два раза ездила в Украину, чтобы найти хорошие команды. Kwambio создала собственный 3D-принтер и платформу для 3D-печати вещей. GVMachines разработал платформу для розничной торговли.

Украинские команды в акселераторе Techstars Boston. Фото из личного архива Эвелин Бучацкий

Для того, чтобы помочь украинским стартапам, мы с успешными американскими бизнесменами, которые родились в Украине, сейчас начинаем волонтерский, абсолютно бесплатный проект UA50. Наша цель – помочь украинским предпринимателям стать успешными и выйти на глобальный рынок. Если в Украине они многие вещи могут сделать сами, то, например, открыть офис в Америке и выйти на нужных людей за границей, им может быть сложнее. Им нужны контакты, поддержка, советы. Мы готовы все это предоставить. Мы хотим, чтобы те бизнесмены, которые успешно прошли этот путь, им рассказали, как нужно делать, поделились опытом и контактами.

В нашей команде Андрей Аксельрод, основавший в Нью-Йорке стартап Smartling, который Forbes оценил почти в четверть миллиарда долларов; Олег Рогинский, основатель компании Semantria, которую он продал за $10 млн; Евгений Сысоев, управляющий партнер AVentures Capital, который по итогам 2014 года был назван самым влиятельным человеком на украинском рынке стартапов; Виктория Тигипко, директор венчурного фонда TA Ventures; Ярослав Ажнюк, сооснователь стартапа Petcube; Ник Белогорский, один из основателей Cyphort, который перешел туда из Facebook; Влад Воскресенский, один из основателей InvisibleCRM и еще много талантливых и успешных людей.

Вы будете предоставлять помощь только IT-стартапам или это могут бизнесы из любой сферы?

Я не думаю, чтобы должны быть ограничения, но скорее всего большинство стартапов и так будет из сферы IT.

Мы определили критерии, по которым будем отбирать стартапы для проекта UA50. Будем работать с несколькими основными группами.

Первая – это стартапы, которые пытаются выйти на глобальный рынок. Основными критериями для отбора здесь будет уже сформированное ядро команды, запущенный продукт, подтвержденная бизнес-модель и, понятно, желание покорить глобальный рынок. Один из наших менторов будет постоянно работать с командой, давать рекомендации, как выйти на новый рынок, помогать с контактами и поиском инвестора.

Вторая группа – это стартапы, нуждающиеся в поддержке на предпосевной стадии. При отборе мы будем обращать внимание на такие критерии: ядро команды, прототип, заинтересованность в получении предпосевных инвестиций или менторской помощи от акселератора, беглый английский. В этом случае наш ментор поможет подготовить качественную заявку в мировые топ-акселераторы и сделает представление проекта в избранных акселераторах.

Кроме того, мы готовы помочь советом тем стартапам, которые не подходят под эти критерии, но заинтересованы в выходах на внешние рынки. Все критерии для отбора стартапов мы опубликовали на нашем сайте.

Что "выросло" из тех стартапов, которыми вы занимались в EastLabs?

Первый и второй год – все было прекрасно. Некоторые компании, с которыми мы работали на этом этапе, и сейчас успешно развиваются.

Третий год работы акселератора, уже после начала война, был несчастливый. Нам не удалось сделать все, что мы хотели. Последняя группа стартапов очень пострадала – среди них не было ни одного успешного проекта. Некоторые из них пытались найти поддержку не в Украине. Но с другой стороны – это неплохой опыт для ребят. Да, их первый бизнес не был успешным, но они поняли, что это такое – заниматься стартапом.

Руслана и Эвелин Бучацкий. Фото из личного архива Эвелин Бучацкий

Давайте поговорим о том, как война отразилась на российских стартапах. Например, серийный предприниматель из Кремниевой долины Макс Скибинский считает, что какое-либо взаимодействие с российскими стартапами может бросить тень на репутацию инвестора. Вы видите такую тенденцию?

Да. Российские стартапы сильно страдают от санкций. Например, те, которые были в Кремниевой долине, сейчас потеряли или инвестора, или команду.

А в TechStars Boston есть российские стартапы? Выснимиработаете?

В TechStars Boston нет ни одного российского стартапа.

Почему?

С ними может возникнуть много проблем, потому что неизвестно, кто раньше в них инвестировал. И вообще среди тысячи заявок, которые пришли в наш акселератор TechStars, я никаких интересных стартапов из России не видела.

Со мной постоянно контактируют стартапы из России, просят помощь, какие-то контакты в США, Бразилии, но я им отказываю – не хочу заниматься ни чем, связанным с Россией. Инвестиции в российские стартапы – это токсичные инвестиции.

Наши блоги