УкрРус

Павел Казарин: Киеву пора определяться, что делать с Крымом

Читати українською
  • Павел Казарин: Киеву пора определяться, что делать с Крымом

Продовольственная блокада Крыма длится полтора месяца. Российские власти вначале демонстративно игнорировали факт блокады, но теперь перешли к репрессиям против ее организаторов. Между тем, Киев пока не решился занять четкую позицию в отношении оккупированного Крыма. О проблемах и перспективах блокады Крыма "Обозреватель" беседовал с политическим публицистом Павлом Казариным.

Фуры не едут. Что дальше?

- Полтора месяца длится блокада. Фуры в Крым больше не едут - это главный очевидный результат. Помимо того, что еще можно назвать успехом организаторов блокады?

- Любое событие нужно оценивать, исходя из его реальных целей. Когда начиналась блокада, ее активисты говорили, что у них есть конкретные цели - восстановить свободу слова в Крыму, освободить политических заключенных и так далее. Но Кремль никогда не принимает решений в ситуации прямого давления - об этом свидетельствует, в частности, история с Надеждой Савченко.

На мой взгляд, существовала еще одна цель, ради которой и делалась блокада - вернуть тему Крыма в медийную повестку дня Украины. Ведь не секрет, что у официального Киева где-то начиная с мая прошлого года никакой позиции по поводу Крыма не существовало.

В сентябре прошлого года был принят закон о свободной экономической зоне в Крыму, который разрешал крупному украинскому бизнесу работать с оккупированным полуостровом легально, платить налоги в российский бюджет, перерабатывать продукцию - фактически, создан был своеобразный налоговый порто франко. То есть политическая позиция по Крыму у официального Киева была подчинена позиции бизнесовой.

Блокада Крыма - это попытка перевернуть ситуацию с головы на ноги, чтобы бизнес-повестка подчинялась повестке политической. Активисты блокады говорили: если мы считаем Крым аннексированной территорией, то мы не можем с Донбассом не торговать, а с Крымом - торговать. Эта задача - актуализация политической повестки оккупированного Крыма - была реализована, но лишь отчасти.

Блокада: армия без сражения

- Если армия не ведет боевых действий, она мается бездельем. Сейчас на Чонгаре фур нет, а добровольцы на блокаде развлекаются досмотрами частного автотранспорта, поступают жалобы от людей. Как с этим быть?

- Действительно, бывают истории: ехали люди в легковом автомобиле, представители Добровольческого украинского батальона "Правый Сектор" их обыскали, нашли несколько бутылок иностранного вина и на камеру решили разбить. Люди находятся там без реального дела, фуры действительно ушли, и в результате происходят перегибы на местах. И целый ряд правозащитников абсолютно справедливо их за это критикует.

Здесь больше вопросов к государству, чем к активистам. Государство поначалу включило режим латентного одобрения всей этой истории с товарной блокадой Крыма. Если бы государство было против, то на второй день блокады приехала бы милиция и всё это разогнала. Вместо этого государство блокаду перекрестило и благословило.

Но сказав А, нужно говорить и Б. Либо Киев заявляет, что блокада неэффективна и принуждает участников разойтись, либо наоборот - Киев заявляет о солидарности с Меджлисом крымскотатарского народа, о согласии с необходимостью блокады, меняет закон о свободной экономической зоне в Крыму и закрывает торговлю с Крымом. Но решения нет, и что делать активистам? Сидеть на Чонгаре всю зиму? Что они там будут делать?

Кроме того, участникам блокады и их родственникам в Крыму грозят репрессии российских силовиков. И в этой ситуации молчание официального Киева выглядит неэтично. Нельзя чужими руками таскать каштаны из огня.

- Я приведу несколько примеров, когда активностью участников блокады прикрывают свои неблаговидные дела представители бизнеса и государства. Известно, как действуют пассажирские перевозки. Из Крыма автобус везет пассажиров до границы. Границу переходят пешком, а на украинской территории пассажиров забирает другой автобус. Так вот, один перевозчик обманул пассажиров и не подал автобус на украинской стороне. Но пассажирам сообщил, что автобус задержали правосеки на блокаде. Мы проверяли, оказалось, просто обман перевозчика, правосеки ни при чем. Другой случай: на Чонгаре пожилую пару, которая ехала из Крыма на материк, украинские таможенники задержали и вымогали тысячу долларов, пугая, что если не дадут - то правосеки на блокаде вообще всё заберут.

- Вот для того, чтобы не было этой недопонятости, чтобы не было пространства для манипуляций, государству необходимо определиться со своей позицией. Когда я говорил о том, что блокада Крыма успешна отчасти, я имел ввиду, что задача прекращения поставок товаров в Крым решена, а задача подталкивания Киева, чтобы тот определился со своей позицией и наконец-то выработал политическую повестку по Крыму - эта задача пока не решена. Киев должен либо обнулить достигнутое, либо двигаться дальше.

По ту сторону блокады

- Фуры в Крым не едут, товары в Крым из Украины не поступают. Насколько сильно это повлияло на экономику полуострова?

- Нельзя сказать, что блокада привела к какому-то тектоническому сдвигу. Произошло импортозамещение. Место украинских товаров на крымских полках заняли российские. Цены выросли - это рынок. Российские товары поставляются в Крым через нестабильную керченскую переправу. Но никакого товарного коллапса там не случилось.

У товарной блокады есть иная тектоника - она пока еще незаметна, но может через несколько недель или месяцев проявить себя. На севере Крыма есть два маленьких моногородка. Это Армянск с заводом "Крымский Титан", выпускающим сырье для лакокрасочной промышленности, и Красноперекопск с заводом "Крымская сода". Оба завода принадлежат Дмитрию Фирташу. Активисты блокады Крыма, помимо прочего, заблокировали железнодорожные пути, по которым снабжался завод "Крымский Титан". Сегодня он простаивает: запасы сырья закончились, новых поставок нет. Со второго ноября работники переведены на сокращенные смены, многие отправлены в неоплачиваемые отпуска. Двадцатитысячный город: половина населения работает на этом заводе, вторая половина обслуживает первую. Здесь может повториться история о Пикалево - это российский городок, где остановился градообразующий завод и в котором наступил полный социальный коллапс. В Армянске может случиться то же самое. Как крымские и российские власти будут решать эту проблему? Этот вопрос пока мало кто поднимает в СМИ, но через несколько недель эта тема будет звучать из любого утюга.

- А сырьем обеспечить эти заводы не через Украину - никак?

- Это гигантский завод, цеха по семьсот метров, потребности в сырье велики. Организовывать поставки морским путем через крымские порты - значит полностью перекраивать логистику. Пока это не сделано. Иначе сообщения о переводе работников завода на сокращенный рабочий день не появлялись бы в крымских медиа.

- Как реагируют на блокаду жители Крыма?

- По-разному реагируют. Крымское население весьма неоднородно. Всех под одну гребенку стричь - неверно. На мой взгляд, население Крыма делится на три основные группы. Около 40% - это пророссийские ребята - те, кто всегда считал Москву, а не Киев, своей столицей. Еще 20% - это ядерная проукраинская группа, которая и сегодня продолжает смотреть украинские каналы, живет украинской повесткой дня и ждет возвращения в состав Украины. А еще около 40% - это неопределившаяся масса, которой всё равно, под каким флагом жить, лишь бы не было войны, была стабильность, холодильники были полные. Именно они в феврале-марте 2014г. оказались ситуативно на стороне пророссийских крымчан. Но если Россия их напугает больше, чем в феврале-марте 2014г. напугала Украина, они ничего не будут иметь против обратной смены флагов.

Соответственно, и новости о блокаде воспринимаются этими группами по-разному. Проукраинские крымчане воспринимают ее в основном положительно, люди говорят, что ее нужно было еще в марте 2014г. делать. Пророссийские крымчане воспринимают блокаду, как правило, негативно или с деланным равнодушием. Сторонники полных холодильников, разумеется, не в восторге.

Вообще, ответ на вопрос, как дела в Крыму, в разных социальных группах будет звучать по-разному. Если вы вели бизнес с Украиной - вы, безусловно, пострадали в результате аннексии. Если вы вели бизнес с Краснодарским краем - то могли и выиграть. С пенсионерами всё ясно, они всегда за власть - тем более, что российское телевидение смогло их убедить, что если бы не Россия, то в Крыму бы так же, как на Донбассе. Хотя на самом деле Донбасс был возможен только как второй акт крымской пьесы.

А что касается активного населения, то мой знакомый севастополец пишет: у 70% работающих - фрустрация. Россия принесла им отсутствие украинского языка, принесла новые учебники истории и триколоры. Больше ничего. Ни снижения коррупции, ни уменьшения бюрократии, ни социального благополучия, ни изменения логики существования - ничего этого не случилось. Люди надеялись попасть в пространство развития, пространство будущего - а они очутились внутри низовой российской реальности, к которой они были не готовы.

Империя наносит ответный удар

- Давление на Меджлис, давление на бизнес собственника телеканала АТР Ленура Ислямова, обыски у журналистки АТР Лили Буджуровой и у других - это про блокаду?

- Это про блокаду и не только про нее. Тот же Ислямов - крымскотатарский бизнесмен, гражданин России, который сейчас переехал в Киев, перевез сюда телеканал АТР, но у него в Крыму остался транспортный бизнес, продакшн-студия. Он один из инициаторов и ярых активистов товарной блокады Крыма, и то, что за его бизнесы возьмутся - было ясно: если вы боретесь с государством, государство будет бороться с вами. Наоборот, возникали вопросы: почему бизнес Ислямова в неприкосновенности. Теперь эти вопросы отпали.

Когда Россия аннексировала Крым, ей было очень важно приручить крымских татар. Что такое Меджлис? Это неофициальное этническое правительство. избираемое неофициальным парламентом - Курултаем. России было нужно, чтобы Меджлис поддержал смену флагов. Мустафе Джемилеву даже звонил сам Путин - склонял к лояльности. И всё, что происходит вокруг Меджлиса -это принуждение к лояльности.

Но Меджлис смену флагов не принял. Поэтому российские власти решили Меджлис раздробить. Лидерам Меджлиса Мустафе Джемилеву и Рефату Чубарову был запрещен въезд в Крым. Некоторых членов Меджлиса России удалось склонить на свою сторону, и они вошли в правительство и парламент, но большинство осталось на стороне Джемилева и Чубарова. И обыски у нелояльных это попытка разгрома внесистемного оппозиционного игрока.

- Насколько такое принуждение к лояльности эффективно?

- Большое счастье для Киева, что российские власти действуют очень топорно и даже пряником работают как кнутом. В результате люди молчат, но в душе у них есть очень большой зуб на ту систему, которая либо выталкивает их в добровольную депортацию, либо обрекает на внутреннюю эмиграцию. Ничего хорошего Москва и официальный Симферополь этим не добьются. Железобетонная стабильность России напоминает стабильность морга. Пока нефтегазовое обезболивающее есть, тело России во всех местах обкололи, и оно не реагирует на внешние раздражители, но однажды это закончится - и наружу выплеснется огромное количество конфликтов, которые сейчас заморожены. И они будут куда более жесткими, чем то, что мы наблюдаем сейчас в Украине.

- Как нам подтолкнуть украинское государство к более активному решению крымской проблемы?

- Нужно понимать, как работает государственная система в целом. Любая тема получает развитие, если у нее есть конкретный драйвер, протаскивает ее через кабинеты, вытягивает ее на обсуждение и голосование в парламенте. Единственными драйверами крымскотатарской и крымской темы в Украине остаются Джемилев и Чубаров. Те люди, которых президент назначил руководителями струрктур, ответственных за дела полуострова, ничем не занимаются, они никто и звать их никак, и то, что мы не можем даже вспомнить их имена, о чем-то говорит. Во многом сегодня это зависит только от воли и пассионарности Джемилева и Чубарова. Если они сумеют довести начатое до конца, добиться того, что пропрезидентская фракция в парламенте внесет изменения в закон о СЭЗ Крым, это будет гигантский имиджевое и политическое приобретение. Если нет - то вся история блокады окажется их медийным и политическим поражением. Они взяли на себя всю полноту ответственности, когда начинали эту акцию, и теперь - либо со щитом, либо на щите.

Полную версию беседы с Павлом Казариным смотрите на видео:

Наши блоги