УкрРус

Никас Сафронов: С первой женой я развелся через 20 дней. Ч.2

Читати українською
  • Никас Сафронов: С первой женой я развелся через 20 дней. Ч.2
    lichnosti.net

"Обозреватель" продолжает разговор с известным художником Никасом Сафроновым. В первой части интервью читайте о том, что Сафронов думает о президенте Януковиче, сколько стоят его картины и кто ему подарил за написанный портрет Феррари за полмиллиона долларов.

Вас часто критикуют коллеги по цеху и искусствоведы. Как относитесь к критике?

Я читал в одной из ваших газет (в самолете мне дали ее) высказывания трех художников. Один сказал: "Мне нравится Никас, я с удовольствием пойду на его выставку". Другой: "Мне не нравится его живопись, она вылизана, но пойду из любопытства". Третий сказал, что он мой поклонник. Но это очень дилетантский подход к такого уровня художнику, как я, потому что надо рассмотреть не отдельный аспект моего творчества, а широкий диапазон. Например, у меня есть серия портретов "Река времени". Она создана на основе классического искусства: я рисовал в натуре в музее, а потом трансформировал это в некие образы, вводил туда элементы лиц разных людей – моих друзей, знакомых или просто известных людей. Поэтому у меня разноплановая живопись. Иногда это людям непонятно и им сложно меня классифицировать в какой-то жанр.

И все-таки, как воспринимаете критику?

Могу сказать смело: только или идиот, или дилетант, или предвзятый человек может говорить об известном, состоявшемся художнике, что он плохой. Это либо зависть, что обычно бывает, либо глупость. Нельзя говорить, не посмотрев все его творчество, понимаете?

У Леонардо 12 картин - и не все совершенны. Рука не такая, тело какое-то непонятное, то ли женщина, то ли мужчина… Но он гениален хотя бы в своей "Джоконде". И все остальное тоже может быть гениально, хотя бы фрагментарно.

У Микеланджело огромное количество работ неудачных. Гениальная нога – короткая рука, маленькая голова скульптуры. Но он создал Давида, он создал Сикстинскую капеллу - и этого достаточно, чтобы остаться в истории. Поэтому нельзя судить о творчестве, скажем The Eagles, не слышав "Hotel California". Это всегда будет предвзято. Или даже о The Beatles – если взять не лучшие их работы, а наугад. Кто-то, конечно, возразит и скажет: "Да нет, я бы всегда понял". На самом деле, это не так. Они начинали с ободков от унитазов на шее, чтобы привлечь к себе внимание. Но, тем не менее, они гениальные музыканты.

На самом деле, искусство вообще очень условное, оно высосано из пальца. Оно может только волновать или не волновать. Когда искусство тебя волнует, то неважно, что там изображено. Главное, что зритель это хочет увидеть еще хотя бы один раз.

Был такой английский художник, Тернер. Он делал классические пейзажи. Они не были никогда закончены, за что его часто упрекали, но зато было огромное количество эскизов. И только потом поняли, что гениальны как раз эти его эскизы, легкие наброски, наблюдения, сделанные под живым, моментальным впечатлением. Но он не был признан при жизни.

Питера Брейгеля, одного из моих любимых художников, тоже не принимали. Хотя его покупали, и хорошие деньги платили, но искусствоведы, скажем так, "истинные" смеялись над ним. В течение ста лет после его смерти, если хотели кого-то упрекнуть, говорили: "Ну, ты как этот идиот Брейгель". Потом он ушел в забвение на 200 лет. Когда его достали в 19 веке, оказалось, что он гений. Забыли, что он делал, кого рисовал, забыли все легенды, анекдоты и притчи. Масло, философия, глубина, техника рисунка - вот что оказалось важным. Поэтому я - хотят злопыхатели, мои недруги или не хотят – буду всегда. Так устроен мир, и он не зависит от меня.

Но ведь Вы сами приводили примеры, когда художников начинали ценить только через века…

Те художники, которые думают, что о них узнают после смерти, ошибаются. История говорит, что если человек при жизни заставил говорить о себе, он будет, пока мир существует. В Греции, например, каждый второй был философом, но в истории остался только Диоген. Он эпатировал, делал все, чтобы его заметили. Его мы знаем, изучаем, исследуем. Его и сохранили потомки потому, что он был известен тогда. Поэтому я буду, понимаете?

Может быть, есть более гениальные, более талантливые люди, но они лежат где-то там, на печи, и мечтают, что когда-то их заметят. Как правило, этого никто не делает. Если только он не попадет случайно при жизни к какому-нибудь коллекционеру, как повезло Анатолию Звереву: Кастаки увидел его и раскрутил. Но, в основном, все уходят в забвение – вместе со своими идеями о собственной непревзойденной гениальности. К сожалению.

А в чем же секрет успеха?

Секрет успеха? Я не знаю... В профессионализме, в обязательности, в позитиве. В умении рассказать о своем творчестве, заставить взглянуть под другим углом.

Вы говорили, что большинством Ваших критиков движет глупость или зависть. Испытывали ли Вы когда-нибудь такие чувства, как зависть, ненависть?

Я не могу сказать, что я ненавидел. Я никогда никому не завидовал. Я завидую только Леонардо да Винчи и, может быть, Богу. Так мама воспитала.

Вообще мне привила мать какие-то вещи, с которыми я живу до сих пор. Вот, например, мама мне всегда говорила: "Никогда ни у кого не берите изо рта ложку чужую, если кто-то пил из бутылки, никогда не пейте из этой бутылки". Я могу вылизать девушку всю, обцеловать ее от кончиков ногтей до головы, поцеловать пальчики ног, которыми она ходила по песку или асфальту. Но я никогда не буду ее ложкой есть суп или мороженое. Я могу это сделать, но только ценой большого напряжения.

Мама всегда говорила: "Вырастешь - заработай три копейки и одну отдай на благотворительность". Я отдаю 1,5-2. Она учила: вырастете, женитесь, заведете семью, проживете 20 лет и, если вдруг решите уйти, найдите ту фуфайку, в которой вы пришли, и в ней уйдите. Я так и живу. Я все оставляю и ухожу. Я не сужусь, не делюсь. Вот я узнал, допустим, что мне жена изменяет, она, оказывается, такая-сякая… Я никогда ничего не отниму! Я наоборот буду остаток жизни ей помогать, чтобы она жила достойно. Потому что я был полгода с ней счастлив. И я это буду помнить всегда. Я человек впечатлений, эмоций и благодарности. Какой бы она не была плохой – я поверил в ее красивую игру или ее короткую любовь.

А Вы с бывшими женами поддерживаете отношения?

Я их содержу.

Это понятно. А вот по-человечески отношения поддерживаете?

Не поддерживаю. Они мне не интересны - зачем мне с ними общаться? Одна, первая, у меня была, к счастью, дочка миллиардера, ее не надо поддерживать. Она меня могла поддерживать, но я этого не хотел. Я всегда знал, что сам заработаю. Притом, что она была красивая, модельная - я не хотел ее как женщину. И я подал на развод через 20 дней. Ее родственники вообще не поняли…

Всего 20 дней прожили в браке?!

Всего 20 дней. Она вышла за меня девушкой невинной, а потом оказалось, что мы физически несовместимы. Я подумал - зачем же я буду себя насиловать? Сокращать свою жизнь? Пусть я буду жить не так хорошо… Хотя, правду говоря, я был уверен, что буду жить хорошо. Знал, что я осваиваю свою профессию - именно поэтому меня и выбрал ее папа, сказал, этот парень талантливый. Я просто много работал, учился.

Зато в результате этого брака появилась возможность выезжать за границу, тогда, в 1984. Я ездил в Голландию, в Италию, изучал, штудировал, копировал старых мастеров. Это мне позже помогло.

А во втором браке Вы сколько пробыли?

Во втором браке я числился 13 лет. Но прожили мы где-то около года. Когда она уехала из Москвы в Италию и там родила нашего общего ребенка, наши отношения изменились. Потому что меня притягивала к ней как раз физическая близость. Но как люди мы не понимали друг друга. Она была итальянка - из простой семьи, взбалмошная, крикливая, такая вот нервная…

А какой же должна быть идеальная женщина в Ваших глазах?

Помните? Женщина 21 века - такой квадрат…Почему квадрат? – говорят. Чтобы кружку пива поставить было удобно! Это анекдот, простите. А если серьезно, я даже не знаю... Во-первых, она должна понимать тебя, она должна понимать, что ты художник, что ты другой… Это всегда ценишь… Чем тоньше ты и больше понимаешь жизнь, тем больше ты будешь чувствовать свою вину и будешь исправляться.

Она должна быть другом. Вовремя молчать, вовремя говорить, вовремя прощать – все это должно быть. Таких людей не так много, но, кстати, если есть, то только в России, Украине и Беларуси. Вот жену-итальянку я хотел как женщину - она моя жена – а она говорит: "Нет, я сейчас полицию вызову". Вот так! Я сказал – ну, тогда хорошо, живи своей жизнью…

Мы не жили лет 10 вместе, даже больше, а я ее содержал. Она жила со своими мужьями, друзьями, но мы числились в браке. А когда она узнала, что у меня есть деньги, она подала в суд и начала у меня эти деньги отнимать. Я так был удивлен, ведь она не имела к ним никакого отношения. Я сам зарабатывал, своим трудом. Вот это тоже западное воспитание. В Англии, когда женщины думают, что пора разводиться, они начинают очень много тратить денег и собирать чеки. Потом в суде они показывают эти чеки за 1,5 года, и муж обязан выплачивать ей каждый месяц столько, сколько она тратила за 1,5 этих года. Там хитрые системы! Кстати, в той же Англии лет 40 не было ни одного суда, где бы выиграл мужчина у женщины. Там после королевы Виктории все законы для женщин. Там очень сложные разводы. Но, слава Богу, мы развелись!

Недавно СМИ писали, что Вы купили домик на Полтавщине – почему там?

В Шишаках на Полтавщине. Я люблю Украину и не скрываю этого! В Чернечем Яру дом купил мой друг, актер и режиссер Николай Денисов. Я хотел купить бричку, лошадку и ездить к нему в гости. У меня, кстати, дуб стоит, посаженный Гоголем. По крайней мере, так гласит табличка. Табличка смешная и дуб смешной – улыбающийся дуб.

Вы часто там бываете?

Нет. Я не был в этом году ни разу. Я хочу там построить три хаты для гостей, для тех, кто будет следить за домом, и свой дом. Может быть, баньку еще. У меня там 2 га земли в аренде. Я купил у украинской актрисы Недашковской Раи. 18 лет она меня уговаривала поехать в некую местность, о которой я даже не знал. Но я отказывался. А когда случайно туда забрел, чтобы скрыться от дождя. И уже уезжая оттуда, я зашел в лес по малой нужде и увидел домик этот. Влюбился и купил его. Выяснилось, что это Раи Недашковской. Это удивительная мистика. Символистическая такая, она на Божьем промысле, скажем.

Ну, Полтавщина вообще мистическое место…

Да, очень. Так что у меня есть там хата, и я надеюсь, что я буду там жить время от времени.

Вы уже упоминали, что любите Украину. Что больше всего нравится?

Женщины, конечно! Природа – а она тоже как женщина. Украина - сама женщина, хотя сейчас запретили говорить "на Украине". Украинские женщины, конечно, самые красивые, с симбиозом восточных – турецких, персидских и западных кровей. Есть такой симбиоз, который привлекает. У них есть искра Божья в глазах, обаяние, милосердие, хозяйственность – все есть! Ну и, конечно, красота женского тела - для меня это самое вкусное, украинское. И природа конечно – летом тепло, зима - так зима… Все соответствует моему внутреннему мироощущению, моей натуре, поэтому я обожаю здесь все. Менталитет, хитрость такую вот приятную, лукавство такое оригинальное, щедрость такую необыкновенную… Здесь все мне нравится – не обсуждается даже!

В этом году уже в нескольких украинских городах организовывали выставки. Что Вам запомнилось? Как реагировали посетители на Ваши картины?

Как ни странно, хорошо реагировали

Как ни странно?..

Да. И в каждом городе покупали музеи по 1-2 картины. Вот. И была проблема в одном городе – в Днепропетровске, кажется, - когда директор музея стала просить взятку, потому что увидела такое количество людей - а пришло больше 30 тысяч. Она вначале не давала обслуживающий персонал, потом не давала гардеробщиков, потом охрану… А потом стала просить взятку. И когда ей не дали, она стала говорить, что на выставке представлены не оригиналы картин, а компьютерные копии. Ну, это надо быть такой глупой! Пришлось вызвать двух экспертов, и они дали анализ, что все картины – оригиналы. У меня было желание ее уволить. Ну, наверное. так и произойдет. А может, и забуду об этом. Это ее жадность и глупость. Вначале принимала, как Бога, меня, а потом, когда деньги мимо нее прошли, она поняла, что можно было поиметь, а вот ей не досталось… Но зато за аренду же заплатили все организаторы.

Политикой интересуетесь? Общественной деятельностью какой-либо занимаетесь?

Нет, политикой не интересуюсь. Не люблю политику и стараюсь в нее не лезть.

Но Вы в свое время подписали письмо по поводу Ходорковского ( Никас Сафронов подписал так называемое "письмо пятидесяти" в поддержку обвинительного приговора Михаилу Ходорковскому. - Авт.)

Вы знаете, я не жалею о том, что я подписал письмо. Хотя я не могу сказать, что это было моей продуманной акцией. С другой стороны, когда я узнал, что по его вине огромное количество людей погибло… Выбор шел - за кого ты, я сделал этот выбор и не очень жалею об этом. Я и не радуюсь этому, но и не жалею. Сделал - и сделал! Я с этого ничего не получил, да и не собирался получать дивиденды какие-то.

Я редко делаю такие жесты, но когда выбор идет, на чьей ты стороне, – я говорю, что я на этой стороне. Все! Я не как амеба – где тепло туда и плыву, нет. Я считаю, что у человека должна быть гражданская позиция. Хотя зарабатываю 80% денег за границей. Я никогда не просил ни галереи, ни музеи, ни помощи – я все зарабатываю сам. Зарабатываю и делюсь, зарабатываю и делюсь. И это тоже моя гражданская позиция – никогда ничего ни у кого не просить. Все само собой придет. Хотя бы потому, что ты умеешь это делать…

А вот сейчас в России еще один громкий процесс судебный шел, над Алексеем Навальным. Как к этой истории относитесь?

Я не хочу ничего говорить ни за, ни против, но я знаю, что это прозападные ситуации, что он проплаченный, что имеет поддержку спецслужб. Я помню, как они разрушали в 1990 году наши страны: и Украину, и Россию. Пытались и Беларусь. Им не удавалось, и они сделали Лукашенко идиотом, негодяем и узурпатором. На самом деле, это личность высочайшая, переживающий за свою стану и делающий все для своей страны.

Я был недавно свидетелем одной акции – меня попросили поддержать одного художника китайского, Ван Вэя. Его Европа, американцы очень любят, поддерживают, помогают – и, конечно, прогрессивные наши граждане тоже должны его поддержать – говорили мне. Я говорю – а что он сделал? Он сделал "Семечки". Я побывал в центре Помпеду, увидел "Семечки". Подсолнух и семечки, большие такие, лежали - инсталляция из стекла. Мне понравилась работа. Я попросил секретаря набрать в интернете и посмотреть, что такое Ван Вэй. Оказалось, этот Ван Вэй, которого так любят американцы, взял вазу – 2,5 тысячи лет – разбил ее, потоптал и сказал, это семечки. Вторая его акция: привел свою жену на площадь Мао Цзедун, наклонил ее, снял трусики, и она показала Мао Цзедуну это свое место. И я сказал – я не пойду. Понимаете, эта вся шайка-лейка работает на разрушение. Сами того не ведая, что они разрушают целую систему, целый строй.

Мы помним, как революционеры так называемые, террористы, убивали царей. Другая группа убила Столыпина, а он уже подготовил все, чтобы наша страна была самой сильной. Мы поставляли на запад продукты, нам оставалось несколько месяцев, чтобы быть самым богатым государством мира. Не дали, понимаете? Или возьмите Первую мировую. Осталось несколько месяцев до конца войны с немцами – революционеры делают переворот, убивают всех и подписывают этот позорный договор с Германией. Германия все равно проигрывает, но с нами она проиграла бы намного раньше. Это была специально продуманная акция, чтобы Россию обескровить, обезоружить.

И поэтому, когда возникает вопрос о Сталине – ты теряешься. Узурпатор, негодяй, такой-сякой. Но, с другой стороны, не будь Сталина - мы бы проиграли войну и жили бы в совершенно другом государстве. Плохом или хорошем – другой вопрос. Но мы бы были рабы, понимаете? Во всяком случае, нам бы не дали ходу еще долгое время и были бы лагеря, где мы бы были как роботы. Здесь очень сложный момент. Может, были и перегибы очень жесткие, но, получается, ничего нельзя было сделать по-другому.

Вот то же самое происходит с этими людьми, которые живут этой секундой. Они получили деньги и должны рассчитаться. А то, что это идет в ущерб стране… Может, наоборот - нужно помочь власти, подсказать, поддержать ее, указать какие-то ошибки, заставить их исправлять. Но не разрушать, не взрывать, не идти явно в сторону разрушения и уничтожения. Туда же относятся и Pussy Riot всякие, которые ничего, в общем-то, не сделали, а эпатировали: сначала показывали задницы на Красной площади, потом - групповые сексы в музее, и потом - на тебе – в храме, в самом безобидном. Еще бы они зашли в детский дом и детей изнасиловали маленьких. Это была бы еще одна акция, которую запад бы поддержал.

Я не за них. Я знаю, что эти люди проплачены Западом, и они ничего созидательного не несут. Поэтому они так ненавидят все прогрессивное, профессиональное, зато поддерживают ван вэев всяких и считают, что это настоящее искусство. Инсталляции, перфомансы, когда продают в банках экскременты. Ну, что это такое? Я учился 30-40 лет, чтобы рисовать – пусть метафорно, пусть с какими-то другими мыслями, но все основано на классике. А они просто разделись, голые бегают по площади и говорят, что это перфоманс, это искусство, это настоящее. А все остальное надо разрушить и уничтожить. Я не политик, но и не хочу участвовать в этом… Сам попадался несколько раз в их лапы, под их критику. Мы видим, насколько честен оказался Гельман Марат – переворовал все, понимаете? Если он такой честный, патриот, то почему он ворует тогда деньги государственные, которые ему дали на развитие искусства, пусть даже современного? Я не на этой лодке, мы с вами на другой стороне.

А часто к Вам обращаются с предложениями примкнуть к какой-то партии?

Очень часто. Часто к любому известному человеку обращаются с подобными предложениями. Даже если он будет ходить просто в толпе - его высветят и скажут: "Он с нами". Но я стараюсь вообще от политики держаться в стороне. Я не состою ни в какой партии. Даже в выгодные мне партии, нужные – в ту же "Единую Россию" - я не вступаю принципиально. Ни в партию коммунистическую, ни в партию комсомола. Но если они что-то делают позитивное для России - я всегда готов. Я делаю выставки, но прошу меня не ассоциировать с этой партией – неважно какой. Если она делает что-то хорошее, и нужно помочь детям, инвалидам, поехать посадить деревья - я пойду и сделаю это. Или деньгами помогу.

Я участвовал в акции против дистрофии в Африке в 1989 году, которую устраивал Папа Римский. Я продавал картины против наркотиков в Америке – акцию проводил каратист Чак Норрис. Мы тогда еще познакомились, кстати, с Бушем. В Украине в прошлом году в Киеве продалась моя картина за 33 тысячи долларов на аукционе в поддержку украинских детей – сирот, инвалидов нуждающихся в операции.

Я не разделяю Украину и Россию. Наши страны, которые мне очень близки - я считаю, что это политики нас разъединяют, а наши души, наши сердца всегда вместе. Нам нечего делить – вот это правда.

Наши блоги