Любовь

– Вы помните свою первую любовь?

– Скорее всего, это были увлечения, а не любовь. Первое серьезное чувство я испытал к Ире Лобачевой, которая впоследствии стала моей женой. Все, что было до этого, несерьезно. Моя первая женщина – Ирина!

– А как же ваша партнерша Марина Анисина?

– С Мариной у меня никогда не было даже дружеских отношений, что уж говорить о симпатии! Практически каждая тренировка с ней у нас заканчивалась ссорой или скандалом. С Анисиной мы расстались, когда мне было 17, а ей 15 лет, тогда для нас было главным самоутверждение, а потому никто не думал ни о каких отношениях. Тем более что Марина вообще маленькой девчонкой была, я юношей, у которого только бородка появилась.

– Говорят, что Лобачева была против того, чтобы вы работали в дуэте?

– Да, Ира была против, потому что сначала мы с ней начали встречаться и только потом решили кататься вместе. Это была моя инициатива, Ира же считала, что совместная работа наложится на наши отношения и будет им мешать. Кстати, позже выяснилось, что она была права.

– Вы помните, как начинались ваши отношения?

– Дело в том, что мы с Ирой пересекались еще в раннем возрасте, когда в «Лужниках» тренировались в группе Натальи Дубинской. Мы катались в одной группе, но между нами не было даже дружеских отношений. Ирина была всегда таким примером для подражания, трудилась больше всех. И конечно, внутри мальчика боролись два чувства: с одной стороны, отторжение – вот это выскочка, надо же, ее все время хвалят; с другой, внутреннее уважение, что у нее получается, а у тебя нет. После этого судьба нас разбросала, и мы встретились уже, когда мне было 16 (мы с Анисиной пришли тренироваться в группу Натальи Линечук). И мы как-то по-новому смогли посмотреть друг на друга. Она увидела, что я не мальчик, а юноша. Я – что она интересная, целеустремленная девушка. Наши отношения начали завязываться, как у многих спортсменов, на сборах. Мы как-то были в Кисловодске, там все и началось.

– Как Ирину приняла ваша семья?

– Нормально. Я жестко дал понять родителям – это моя жизнь, мое решение. Мы с самого начала жили отдельно. Буквально сразу я стал снимать квартиру, а для того, чтобы зарабатывать на нее и не брать у родителей деньги, занимался частным извозом.

– Вы прожили вместе 16 лет, а ребенок у вас появился всего 4 года назад, почему?

– Мы очень много катались... Практически каждая пара фигуристов не имеет возможности во время спортивной карьеры завести ребенка. А Ира очень этого хотела! Мы ведь поэтому так рано завершили свою карьеру – мне было 28, а ей 29 лет. А ведь могли бы еще 4 года кататься до Олимпиады. Но мы очень устали от спорта, нам с Ирой очень хотелось полноценной семьи, в которой есть ребенок. И слава богу, это получилось очень быстро.

Развод

– Наши семейные отношения строились очень сложно. Очень сложно кататься и жить вместе. Конечно, конфликты возникали, в основном, по работе, но иногда и бытовые проблемы переносились на лед.

– Вы ревновали жену?

– Я мужчина-хозяин, который хочет, чтобы женщина принадлежала только ему. Но, вы знаете, Ира действительно никогда не давала поводов. Она даже никогда не позволяла себе легкого флирта, не кокетничала. Я всегда был уверен в ней, всегда знал, что у нее нет других мужчин.

– Тогда что же послужило причиной развода?

– Как бы банально это ни звучало, но мы устали друг от друга. Мы прожили вместе 16 лет… Наши отношения стали холодными, мы больше стремились из дома, чем домой. Оставаться вместе только ради ребенка, наверное, было не совсем правильно. К тому же Мартин видел наши конфликты, обострение отношений. Найти правого или виноватого нельзя. Я нисколько не снимаю с себя вины за то, что произошло. Наверное, в чем-то виновата и Ирина... У нас были яркие отношения, но жизнь продолжается, так зачем отравлять ее друг другу?!

– Вы продолжаете общаться?

– У нас сохранились нормальные отношения. Ирина принимает участие в моем туре, катается с Димой Марьяновым, выступает, получает за это деньги. Мы договорились о моем финансовом участии в семье. Мартин, поверьте, ни в чем не нуждается. В квартире, которую мы получили от правительства Москвы, сейчас живут Ирина и Мартин. Ира, в свою очередь, не препятствует моему общению с Мартином.

– Что еще вы оставили жене и ребенку?

– Ира получает очень существенную помощь в виде алиментов. У нее остались все те вещи, которые мы когда-то покупали, которые я ей дарил, например, машина. Мы ничего не делили, я забрал только свою одежду. У нас есть еще квартира в Крыму, по нашему договору, с 16 лет ее владельцем будет Мартин. Сейчас, правда, он будет туда ездить и с Ирой, и со мной, и с нашими родителями.

– Вы часто видитесь с сыном?

– Несколько дней назад мы вернулись из Парижа, ездили с сыном в Диснейленд! Мы общаемся очень плотно, и за это я Ире благодарен.

– Мартину, наверное, ваш развод дался нелегко...

– По-моему, он перенес развод нормально. И кстати, именно Мартин подтолкнул нас к тому, чтобы сейчас расставить все точки над «i». Мы понимали: чем взрослее будет ребенок, тем тяжелее будет ему осознать, что мама и папа больше не вместе.

– У сына ваша фамилия?

– Да, он – Мартин Авербух!

Секс

– Многие говорили о том, что вы Ирине изменяли...

– Вот это уже серьезное обвинение! Я не буду ничего доказывать, потому что предмета для разговора нет. Факта нет. Ну какие могут быть измены? Я не верю в то, что Ира подозревала меня. Когда мы расходились, она не говорила ни о каких изменах, не обвиняла меня ни в чем. Я еще раз хочу сказать: кроме Иры у меня никого не было и нет.

– Но соблазны-то возникали?

– Как женщина Ира меня абсолютно удовлетворяла! А потому у меня не было желания искать эмоции на стороне. Сейчас я испытываю большое удовольствие от собственной свободы, мне нравится жить одному, мне нравится ни от кого не зависеть. Возможно, я наверстываю упущенное. Мне нравится заниматься любимой работой 24 часа в сутки. Поэтому в ближайшее время я не собираюсь заводить каких-либо серьезных отношений с девушками.

– Не зарекайтесь! Вот придет к вам симпатичная фанатка...

– Мне не 16 лет, когда любая смазливая девушка вызывает сексуальное желание. Я уже зрелый мужчина…

– Ну, от сексуальных желаний вы все равно никуда не денетесь!

– Сексуальное желание остается желанием, но я сейчас уже в таком возрасте, когда моя голова может владеть всеми желаниями вместе взятыми.

– Как же вы расслабляетесь-то?

– Лежу на диване, смотрю телек, люблю и почитать, и погулять. В любую свободную секунду я желаю остаться один или с самыми близкими людьми.

– Так все же близкий человек у вас есть!

– У меня есть родители, друзья, близкие люди, для которых я не какая-то звезда, а просто Илья Авербух, которого они знают уже много-много лет.

– Илья, откуда пошли слухи о вашей гомосексуальности?

– Ужас какой! Как мужчину, меня это оскорбляет, потому что нормальный мужик не может спокойно говорить об этом. Нет, я абсолютно спокойно отношусь к выбору гомосексуалистов, видимо, их такими создала природа, но меня, слава богу, природа создала мужчиной, который хочет женщину...

–...но сейчас вынужден лежать на диване в одиночестве.

– Признаюсь, первое время после расставания с Ирой, да и сейчас, я не мог засыпать один.

– И?

– Я засыпаю с телевизором, потому что мне нравится, когда есть какие-то шумы – он что-то играет, и я под этот бубнеж спокойно засыпаю. Боюсь, я действительно могу превратиться в заядлого циничного холостяка. Но никак не в гомосексуалиста!

– Ну да. Тем более что уже поползла новая волна слухов: мол, Алиса Гребенщикова беременна от вас.

– То голубой, то беременна... Вам не кажется, что эти слухи противоречат друг другу? Алиса – просто одна из участниц нашего проекта «Ледниковый период». Так совпало, что в середине шоу она узнала об этом радостном событии. Но я тут ни при чем. Алиса замечательная девушка, я очень рад, что работал с ней, она очень интересная, творческая, но к рождению ее ребенка я не имею отношения. Более того, я могу сказать: если бы я имел какое-то отношение к этому, поверьте, мне бы хватило смелости и мужества признаться во всем. Стыдиться, бегать и отнекиваться от этого – не моя история.

Надежда Бушуева