Анатолий Шарий

В Киевской Консерватории состоялся концерт джазового коллектива Vijay Iyer Trio.

Мог и не состояться, так как музыканты угодили в липкие сети капиталистических авиакомпаний, не желающих ожидать звезд, опаздывающих на рейсы.

Не от мира сего звезды, и, бывает, опаздывают. В общем, слегка припозднились джазисты.

Уже под «консервой» можно было с удивлением и радостью наблюдать интересную картину, свидетельствующую – люди в стране отходят-таки от попсовой спячки. По крайней мере, я не припоминаю в период самостийности ни единого мероприятия, в преддверии которого солидные на вид, аккуратного и интеллигентного вида взрослые граждане толпились бы под входом и заглядывали бы просительно в глаза приходящим: «Не будет лишнего билетика?»

Это тем более странно с той точки зрения, что лето вообще считается не очень «концертной» порой года. Как потом отметил Коган, на приезде музыкантов в эту пору года такого уровня настояла «молодая генерация продюсерского центра Jazz In Kiev». Молодцы, что настояли. Не ошиблись.

В 19.00 на сцене появился сам Алексей Коган, и объявил о том, что музыканты слегка опаздывают:

- Но они уже близко, и мы решили не держать вас в фойе. Слава Богу, что нашлись люди, готовые сыграть, и выступить на своего рода разогреве у Vijay Iyer Trio. Это чистой воды импровизация, приветствуйте – джазовый квартет национального спасения!

Под аплодисменты настроенного на упоительную релаксацию зала вышла четверка смельчаков, спасающих ситуацию. К слову, эти четверо смелых просто купили билеты, и пришли на концерт. Играть не планировали. В итоге же музыканты стали героями начала вечера.

Как профессиональные футболисты в отпуске, откликнувшиеся на предложение дворовых ребят «сыграть в мяч», без разогрева вступили они в бой с аккордами. Удивительно позитивные композитор и пианист Наталья Лебедева, басист Илья Алабужев, барабанщик Павел Галицкий и трубач Деннис Аду, обутые в шлепанцы и шорты (настоящие гавайцы!), отыграли добрый сорок минут, и отыграли классно.

Но вот на сцену выпорхнул Коган, раздалась сумасшедшая овация в честь украинских музыкантов, и под их аккомпанемент под свет прожекторов вышли музыканты американские. Даже по их внешнему виду было заметно, что джазмены торопились – к примеру, у Виджай Айера одна часть рубахи смешно выправилась. Невозмутимый и чрезвычайно аристократичный (несмотря на рубаху) Айер обратился к собравшимся, извинился за небольшую техническую заминку и выразил уверенность в том, что «сегодня у нас состоится духовное общение».

Деловито инструктируя звукооператоров, начали играть.

Первая композиция, что вползла, крадучись, в зал, напоминала чем-то минорные мелодии New Tango Orquesta. Вначале аккорды, производимые на свет Божий тремя музыкантами, существовали как будто отдельно друг от друга, как будто три молекулы носились над морем Консерватории, но встретились, начали делиться, создав единый организм. С точностью нейрохирурга извлекал звуки Виджай, аккуратно и расчетливо ударяя длинными пальцами по клавишам. Контрабасист Стефан Крамп походил на зародыша четырнадцати недель отроду с формирующимися нервными окончаниями, очень здорово и как будто бессистемно дергая всеми частями тела.

Мелодия «Кусок мысли» действительно была похожа на упорно расползающиеся мысли сосредоточенного на чем-то человека. Очень красиво и как-то угловато при этом. Углы цепляли душу, не давали просто расслабиться. «Нет, ты жуй мелодию, не глотай», - как будто говорили музыканты. Зал жевал, чувствуя каждую мышцу, каждый нерв исполняемых произведений.

А Стефан Крамп разошелся. Он шевелил губами, и вроде бы как даже кричал на кого-то невидимого, с кем-то ожесточенно спорил, доказывая свою несомненную правоту. Смотреть на него было одно удовольствие. Даже не знаю, как воспринималась бы мелодия, им из контрабаса извлекаемая, если бы не такая великолепная «картинка».

Уже в первой части концерта Стефан стал своего рода столбом, который обвивал плющ музыки как барабанщика Маркуса Гилмора, так и самого Айера. Плющ постепенно душил Крампа, глаза джазистов все более округлялись, рты искривлялись. Теперь даже эмоционально холодное лицо Гилмора казалось чрезмерно холодным и каменным. Нереально холодным. Безумно холодным.

И пришло вдруг понимание сумасшедшего успеха команды, и стала очевидна подоплека признания последнего диска «Historicity» «Альбомом года» по версии The New York Times, National Public Radio, Los Angeles Times, Chicago Tribune, PopMatters.com.; стало ясно, как мог коллектив нахватать такое нереальное количество значимых музыкальных премий только за последний год.

Они взлетели в поднебесье мировых рейтингов благодаря… безумию! Истерия музыки, погружающая слушателя в своего рода транс, завораживающе странные и пугающе талантливые музыканты, погружающие зал в безумие звука – вот основная составляющая успеха команды, вот основной ингредиент варева под названием Vijay Iyer Trio.

С абсолютно непроницаемым, и абсолютно безумным лицом Виджай играл композицию, звучащую по спирали, композицию, по окончанию которой, кажется, произойдет что-то нелепо-страшное. Он как будто сосредоточенно и расчетливо выпускал бабочек в окно психбольницы, и записывал в истрепанную тетрадь их количество. 1, 2, 34, 56… Потом зазвучала веселая, на подъеме, композиция. Но и веселье у музыкантов получилось однозначно безумное, в стиле наполовину сошедшего с ума от общения с мертвой панночкой Хомы Брута – «музыкантов, непременно музыкантов!»

Стефан уж чуть ли не на руки накрутил струны своего контрабаса, и поглядывал вокруг фирменным взглядом свихнувшегося Джека Николсона из фильма «Сияние». Отсутствующий взгляд Гилмора явственно свидетельствовал о том, что он в момент игры бродит по лабиринтам своего подсознания. Потом сыграли Стиви Вандера и Майкла Джексона.

Скажу так – если бы старина Майкл был жив, и услышал, во что превратились его мелодии, он, одно из двух – или впал бы в транс вместе с залом, или выразил бы свой решительный протест. В общем, мелодия была филигранно изуродована, как были изуродованы дамы легкого поведения заботливыми и умелыми руками Джека Потрошителя в 1888 году. До неузнаваемости, и с тайной целью. Впрочем, у Vijay Iyer Trio конечная идея просматривалась, и возможно, погружение украинских слушателей в атмосферу непередаваемого вихря безумия и было замыслом выступления.

Логичность алогизма – вот что услышали мы в зале Консерватории. Если бы Виджай Айер вдруг взлетел во время концерта, то зал воспринял бы сие с пониманием, и не сильно удивился бы.

Назвать композиции трио «добрыми» не поворачивается язык. Однако они завораживают, притягивают, как магнитом, и держат весь концерт. Лишь последняя мелодия, сыгранная на бис, была позитивной. Музыканты как будто махнули рукой с изящным платочком публике, дав понять, что это был лишь великолепный, мастерски сыгранный, великолепный спектакль. Махнули, улыбнулись на прощание, и исчезли….

Фото - Дмитрий Туйон