УкрРус

Генсек ОБСЕ: У бойцов из России на Украине - собственная война

  • Генсек ОБСЕ: У бойцов из России на Украине - собственная война

На конференции по безопасности в Мюнхене генеральный секретарь ОБСЕ Ламберто Заньер рассказал DW об успехах и неудачах этой организации в разрешении украинского кризиса.

На прошедшей с 6 по 8 февраля в Мюнхене конференции по безопасности генеральный секретарь ОБСЕ Ламберто Заньер рассказал DW о том, чего удалось и чего не удалось добиться этой организации в разрешении конфликта на Украине.

DW: Около полугода назад ОБСЕ была уполномочена следить за выполнением минских договоренностей между Украиной и пророссийскими сепаратистами. Но сегодня бои продолжаются, граница между Россией и Украиной по-прежнему открыта, а Украина обвиняет Россию в перебрасывании через нее войск и тяжелого вооружения. Значит ли это, что минские соглашения мертвы?

Ламберто Заньер: Я бы не говорил, что они мертвы, но очевидно, что они не претворяются в жизнь должным образом. Нужна новая политическая инициатива, которая бы подтолкнула к реализации этого соглашения. Я думаю, их ключевые составляющие (по-прежнему. - Ред.) актуальны.

- Более 400 наблюдателей ОБСЕ находятся на месте событий. Знаете ли вы, с кем действительно сражается украинская армия?

- У нас есть люди в Донецке и Луганске, есть много контактов, некоторые из наших наблюдателей даже были схвачены и удерживались отдельными группами сепаратистов. Так что, к сожалению, мы познакомились с очень разными группами бойцов на востоке Украины. Многие из них говорят, что приехали из России. У них своя собственная война, на которой они сражаются, собственная интерпретация этого конфликта. Это делает его особенно сложным, это все больше гибридная война.

- Может ли ОБСЕ дать оценку количеству бойцов, сражающихся на стороне сепаратистов?

- Нет, мы не можем называть такие цифры. Мы присутствуем только в некоторых областях и ограничены в свободе передвижения - в основном, из соображений безопасности. Поэтому мне очень сложно ответить на ваш вопрос.

- Какова ситуация на украино-российской границе? У вас там есть не только люди, но и летательный аппарат с камерой.

- У нас две команды наблюдателей, которые 24 часа в сутки, семь дней в неделю присутствуют на двух контрольно-пропускных пунктах между Россией и Украиной. Но это лишь два пункта из восьми неконтролируемых украинским правительством. Кроме того, нам не разрешается патрулировать границу, а ее легко перейти, там нет каких-то естественных препятствий. Поэтому наблюдение за ней потребовало бы проведения интенсивной операции с большим количеством людей и техники.

Что касается технического оснащения, у нас есть два невооруженных летательных аппарата. Один из них попал в аварию несколько дней назад, так что в данный момент у нас есть только один. Уже были попытки сбить этот аппарат - у нас есть даже запись того, как сепаратисты пытаются это сделать. Кроме того, мы сталкиваемся с серьезными помехами в работе систем контроля за беспилотниками. Нам нужно доверие, принятие всеми сторонами минских договоренностей для того, чтобы мы могли играть существенную роль в наблюдении за этой границей.

- Немецкая газета FrankfurterAllgemeineнаписала о том, что количество жертв среди мирного населения на Украине гораздо выше официальных данных: была названа цифра в 50 тысяч человек. Вы можете ее подтвердить?

- Это невозможно из-за ограничений в свободе передвижения. Я надеюсь, что уже скоро мы достигнем новой стадии, когда у нас будет соглашение. Я думаю, (в этом случае - Ред.) приоритетом будет восстановление законности, наведение порядка, расследование совершенных преступлений, а также изучение случаев гибели гражданского населения. Мы видели уже много случаев размещения артиллерийских систем в жилых районах, что является причиной многочисленных жертв. Так что, прежде всего, я бы попросил всех убрать артиллерийские системы и тяжелое вооружение с населенных территорий.

- Вернемся к вопросу о границе. В одном из еженедельных отчетов ОБСЕ стояло, что количество людей в униформе без опознавательных знаков, попадающих на Украину из России, выросло, так же, как и количество средств передвижения, напоминающих военную технику. Продолжается ли эта тенденция?

- Мы наблюдали (различные - Ред.) фазы. Это очень странная ситуация, потому что мы видим много разных людей, идущих через границу, и сложно сказать, кто они, какой у них мандат, почему они это делают. Мотивированы ли они идеологически, лично или как-то организованы. И это делает наши попытки разобраться в том, что именно происходит, особенно сложными. Но да, поток бойцов, въезжающих в страну, не прекращается.

- На этой конференции говорилось много хвалебных слов об ОБСЕ. Но эта организация не смогла предотвратить аннексию Крыма Россией, войну на востоке Украины. Для чего сегодня нужна ОБСЕ? Возможно, она нуждается в реформе?

- Если говорить о таких трудных конфликтах, как конфликт на Восточной Украине, ОБСЕ была единственной организацией, благодаря которой стала возможна выработка механизмов, позволяющих международному сообществу присутствовать на месте событий. Мы проводим сейчас достаточно крупную операцию, в которой задействованы все страны-члены ОБСЕ, включая Россию: у нас есть и российские наблюдатели, которые работают вместе с американцами и другими. Они проделывают важную работу, способствуют установлению контактов с местными лидерами сепаратистов, что, я думаю, в общих интересах. Так что есть вещи, которые мы можем делать, и вещи, на которые не способна ни одна организация, в частности, предотвращение подобного конфликта.

Многие годы мы имели дело с похожими ситуациями на пространстве бывшего Советского Союза - от Приднестровья до Южной Осетии, Абхазии и Нагорного Карабаха. И Украина в некотором роде показывает, что есть общая нить, соединяющая все эти конфликты. В какой-то мере можно сказать, что попытки превратить подобные конфликты в затяжные политические ситуации - не обязательно худший вариант, учитывая, какую альтернативу этому мы видим сейчас на Восточной Украине. Нам нужно найти способ деэскалации. Все зависит от политиков, от лидеров, которые должны пытаться найти пути выхода. На Восточной Украине мы, как международное сообщество, к сожалению, с этим не справились. Так что мы по-прежнему имеем активный конфликт, который в будущем может стать еще более сложным, если мы не сможем добиться прекращения огня.

Наши блоги