УкрРус

Российский активист ЛГБТ-движения: Вернусь домой, когда перестану бояться

За последние месяцы сразу несколько активистов российского ЛГБТ-движения попросили политубежище в ФРГ. Один из них в интервью DW объяснил, что заставило его пойти на этот шаг. С тех пор, как в России летом прошлого года был принят закон о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, правозащитники отмечают рост давления на ЛГБТ-сообщество, и многие его представители стараются уехать за рубеж. По информации DW, в настоящее время политическое убежище в Германии попросили порядка 20 активистов ЛГБТ-движения. DW удалось поговорить с одним из них - Кириллом Калугиным, который прибыл в Германию из Санкт-Петербурга. Сейчас он находится в общежитии для беженцев в Северном Рейн-Вестфалии. DW: Почему вы решили просить политическое убежище в ФРГ? Кирилл Калугин: Потому что в России меня ожидало бы уголовное наказание. Я не хочу в тюрьму. Не готов рисковать своей судьбой. - А что такого с вами произошло? - За мной следили сотрудники так называемого центра "Э" (Центр по противодействию экстремизму ГУ МВД. - Ред.). В конце августа меня на улице окружили трое людей в штатском, попросили предъявить документы и сказали, что я объявлен в розыск и на меня дана ориентировка. Они попытались затолкать меня в машину. Я начал кричать. Подошли полицейские отвели нас в отделение полиции. Мне угрожали возбуждением уголовного дела, угрожали добраться до родителей и брата. Я дозвонился до адвоката. Когда он пришел, меня отпустили, но сказали, чтобы я ждал повестки. - Чем все-таки был вызван к вам интерес? - Центр "Э" проявляет повышенный интерес к гражданским активистам, у которых есть какой-то медийный вес, к тем, кто отказывается с ними сотрудничать. До этого они уже допрашивали меня о других ЛГБТ-активистах и запланированных или прошедших акциях. Я отказывался предоставлять им эту информацию. Угрозы на счет того, что они отроют на меня уголовное дело, не прекращались. Я выдержал это давления. Я также боялся за свою семью. - Что изменилось в вашей жизни после принятия закона о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних? - Этот закон поставил меня перед выбором: либо согласиться с тем, что я - человек второго сорта, либо выйти на улицу и заявить власти и обществу о своем несогласии. Я активист уличных акций протеста. Провел несколько одиночных пикетов. Для меня самое страшное, что государство не делает ничего, чтобы предотвратить рост гомофобии в стране, не расследует преступления, совершенные на почве ненависти к сексменьшинствам. На их представителей совершают нападения, их травят, избивают, им угрожают уголовными делами и арестами. Недавно я познакомился с еще одним геем, в отношении которого было заведено уголовное дело по статье о борьбе с экстремизмом за размещение им в социальных сетях фотографии на тему равноправия гетеро- и гомосексуалов. Он сейчас тоже в Германии. - Тоже попросил убежище? - Да. - Почему вы выбрали Германию, а не, например, Швецию или Нидерланды? - У меня тут есть знакомые. Я не первый российский гей, который проходит здесь процедуру получения убежища. И не последний. Десятки российских ЛГБТ-активистов сейчас размышляют об этом шаге. В основном это активисты уличных акций протеста, участники гей-парадов в Москве и Петербурге и оппозиционных митингов. Многие боятся ареста. Я сам знаю пять человек, которые недавно попросили убежище в ФРГ. - По данным объединения Quarteera, которое в ФРГ оказывает поддержку русскоязычным геям, на рассмотрении в Федеральном ведомстве по делам миграции и беженцев находятся порядка 20 дел российских геев. Пока только три гомосексуала из России получили в Германии статус беженца. Процедура крайне сложная. Вы не боитесь, что в случае отказа вам придется уехать обратно? - В случае отказа я подам апелляцию. Политическое убежище - крайний шаг. Когда на родине у тебя два пути: либо смерть, либо тюрьма. В Quarteera поступает действительно много запросов от тех, кто думает, что сам антигейский закон уже может послужить основанием для получения убежища. Но это не так. - Вы считаете, что Германия должна предоставлять убежище геям из России? - Германия должна индивидуально рассматривать каждый случай. На собеседовании, которое мне предстоит пройти, мне, скорее всего, не придется доказывать, что я - гей. Мне предстоит доказать, что меня преследовали власти, что они не смогли или не захотели обеспечить мне защиту. Нужно будет также доказать, что переезд в пределах России не изменил бы ситуацию. Российские ЛГБТ-активисты сейчас стали очень уязвимой группой общества. Они из убеждения не хотят скрывать своей идентичности. А закон о запрете гей-пропаганды резко повысил уровень гомофобии. Положение активистов усугубляется тем, что они критически настроены по отношению к властям, которые ущемляют их личные и гражданские права и свободы, а также оказывают давление на НКО. ЛГБТ-организации - активная часть российского протестного движения. - С ноября 2013 года в странах ЕС действует юридическая норма, который позволяет гомосексуалам, преследуемым у себя на родине, рассчитывать на убежище в ЕС. Критики считают, что кто-то может им злоупотреблять. - Может быть. Я о таких случаях не слышал. Политическое убежище просит тот, у кого действительно нет иного выхода. Кроме того, из-за сложности процедуры и дотошности немецких властей здесь сложно кого-то обмануть. - Что должно измениться в российском обществе, чтобы вы захотели вернуться? - Российские граждане должны почувствовать, что государство - это они. Когда люди научатся нести ответственность за свои слова и поступки. Когда перестану бояться. Ну или просто тогда, когда в Россию вернутся основатель соцсети "ВКонтакте" Павел Дуров и бывший владелец "Евросети" Евгений Чичиваркин.

Наши блоги