УкрРус

Не все дома. Кто до сих пор живет в КГГА?

  • Не все дома. Кто до сих пор живет в КГГА? | фото 1
    1/61

Выборы прошли. Киев избрал нового мэра. Пока Виталий Кличко принимает поздравления с победой, но уже совсем скоро ему придется лицом к лицу столкнуться с проблемой - где он будет работать. Здание мэрии до сих пор полностью так и не возвращено в распоряжение городских властей. Как он будет это делать – покажет время. А пока "Обозреватель" проверил, что сейчас происходит на Крещатике, 36.

Как оказалось, попасть внутрь здания Киевсовета не так и просто. Вопреки многочисленным декларациям периода разгара революции о том, что наконец-то мэрия стала действительно открытой для народа – сюда можно войти только по пропуску сотрудника КГГА или Киеврады. Да и то, как нам по секрету поведали рядовые работники КГГА, даже их внутрь пускают выборочно.

В КГГА сейчас работает единственный вход – слева от заблокированного центрального. Там входящих встречают сразу несколько парней в камуфляже.

Мы заручились поддержкой из КГГА. Ярослав Кучер, советник Владимира Бондаренко, который непосредственно занимается процессом освобождения мэрии от поселившихся в ней майдановцев, попросил, чтобы нас встретили и провели небольшую экскурсию.

- Когда за вами спустятся – скажите, что вы от Клима, - посоветовал нам Ярослав, не объяснив, кто же такой этот загадочный Клим.

Минут 10 ожидания – и к нам спустился суровый мужчина внушительного телосложения. Как оказалось, он суров не только внешне – на все наши попытки завязать разговор мы получали один ответ: "Звоните тому, с кем договаривались. Пусть он вам рассказывает".

Молча и без остановок проходим прямиком в Колонный зал. Тут – на удивление пусто. Столы и стулья компактно сложены.

Паркет, хоть и безнадежно испорчен, но чист. Исчезли также "наскальные рисунки", которыми в революционные дни щедро были украшены стены и колонны.

Двое мужчин в разных углах зала красят основания колонн.

- Как видите, идет ремонт, - снизошел к объяснению наш провожатый.

На людей, которые работают, можно смотреть вечно. Тем не менее, корреспонденты "Обозревателя" решили продолжить экскурсию по мэрии. И натолкнулись на проблему.

- Договоренность была только о том, что я вам показываю Колонный зал.

- Ну как же? Нам обещали, что мы сможем увидеть все здание… - пытаемся протестовать мы.

В ответ слышим уже знакомое "звоните". Звоним Кучеру. После непродолжительных переговоров с нашим проводником советник главы КГГА "выторговывает" нам продолжение экскурсии.

- Ладно. Покажу вам еще один кабинет, на втором этаже. Выпросили, - вздыхает наш провожатый. И ведет нас в кабинет, который раньше занимала Галина Герега. Раньше журналистов туда пускали крайне неохотно. Для нас по каким-то причинам решили сделать исключение.

Сейчас в кабинете и.о.мэра, по слухам, живет сотник 8 сотни афганцев, которые охраняют здание Киеврады. За столом Гереги видим человека в штатском. Спрашиваем, что он здесь делает. Отвечает: "Балуюсь". Слева – еще одна дверь. Но туда нельзя.

- Там у нас оружейная комната. Ее постоянно охраняют ребята. Мы вообще усиленно охраняем первый и второй этаж, а также периметр. Слишком много провокаций происходит. Многие пытаются влезть и вытащить что-то, что еще не украли. Даже был случай, когда пытались спереть белый рояль из холла, - поясняет наш провожатый.

На вопрос, сколько еще самооборона планирует находиться в здании мэрии, пояснил: до тех пор, пока не стабилизируется ситуация. И, как минимум, до конца ремонта, который, по оценкам нашего собеседника, продлится еще неделю-две.

После кабинета Гереги нам было позволено одним глазком заглянуть в коридор на 2 этаже, который пока только готовят к ремонту. Раньше здесь прямо на полу спали майдановцы.

На свои уговоры пустить нас посмотреть 3 этаж, где, по слухам, до сих пор живут люди, мы получили уже предсказуемое "звоните". И предложение прийти в другой раз.

На следующий день мы с самого утра – под входом в КГГА. На сей раз нашим экскурсоводом стал Клим – тот самый загадочный авторитет, на которого нам предлагали ссылаться в случае возникновения проблем накануне.

Клим оказался "заместителем начальника службы безопасности" - самообороновского образования, которое взяло на себя функции охраны здания. Ссылаясь на занятость, он просит нас осматриваться в мэрии быстрее. На лифте поднимаемся на 8 этаж – ремонт идет сверху, поэтому показывать нам решено те этажи, где уже хоть немного ликвидированы последствия многомесячной многотысячной коммуналки. Полностью ремонт завершен лишь на 11 этаже – сейчас он закрыт, чтобы ни у кого не возникло искушения "обновить" свежеокрашенные стены. По этой же причине и сами лифты поднимаются не выше 8 этажа.

- Чтобы не ездили, отключили лифт. Тут тоже идет уборка, потому что делается ремонт. На 11-ом, 10-ом, 9-ом, 8-ом ремонт уже практически завершен. На 7 начинали что-то. Почти полностью сделан 5-ый и половина 3-го, - на ходу перечисляет Клим.

На 8-ом знакомимся с Сергеем Петровичем. До революции он каждый день приходил сюда на работу: Сергей Петрович – главный специалист по обслуживанию серверной. Сейчас он пришел в мэрию, чтобы встретиться с начальником. И не удержался – пришел еще раз посмотреть на руины, которые остались от обеспечивающей КГГА, и финдепартамент в частности, компьютерной связью серверной.

В комнате, где раньше стояли компьютеры – обломки мебели. Шкафы стоят лишь бы как. А с люстры свисает нечто, что еще недавно было факсом.

Через обломки мебели вслед за Сергеем Петровичем пробираемся к двери в серверную. Мужчина долго возится с ключами. Хотя отпирать дверь не обязательно – в стене слева красуется огромная дыра.

Видимо, именно через эту дыру неизвестные выносили по кусочкам оборудование стоимостью миллионы.

- Вот это кондиционер, который обслуживал сервер - он разгромлен. Здесь коммуникационный шкаф, а здесь стоял сам сервер, американский. Видите, что от него осталось? Чтобы восстановить всю эту коммутацию, потребуется колоссальное время. И деньги, - сокрушается Сергей Петрович. Взгляд специалиста сразу помогает ему определить – из всего былого великолепия в будущем использовать можно будет разве что провода. Да и то - после тщательной проверки.

Оставляем Сергея Петровича среди обломков – и двигаемся вверх. 8 и 9 этажи завалены ящиками, мебелью и кипами бумаги.

Среди целлюлозных залежей бродят люди.

- Это сотрудники мэрии. Они сейчас перебирают документы, отбирают то, что нужно. Остальное готовят на выброс, - поясняет Клим.

Еще один этаж. Тут – пусто. Ни людей, ни мебели, ни мусора. По словам Клима, ремонт тут уже закончен – однако те, кто ремонтировал этаж, похоже, настолько были увлечены покраской стен, что не заметили пробитые во многих местах плитки навесного потолка. Хотя, возможно, этот "тюнинг" появился здесь уже после ухода строителей. Среди сотрудников КГГА уже неделю гуляет слух, что на прошлых выходных мэрия пережила очередной "наплыв" поселенцев. Как сообщила нам одна из сотрудниц администрации, попросившая не называть ее имени, неделю назад в здание ворвалась группа неизвестных, которые устроили погром на уже отремонтированных майдановцами этажах.

Пока осматриваемся – из одного из кабинетов выходит пожилая женщина.

- А кто это к нам пожаловал? Здравствуйте! Меня зовут Вера Михайловна, я тут работаю механиком по лифтам. Видите, вон моя комнатушка, - вступает в диалог разговорчивая женщина.

Бабушка, тетушка, мамочка или Верунчик. Как только не называют Веру Михайловну нынешние, уже немногочисленные обитатели мэрии. Она уверяет – по поводу этих людей не может сказать ни одного плохого слова.

- Они приходят и вечером, и днем – ничего плохого о них не могу сказать. Молодцы ребята. Дай им бог здоровья. Если еще тех, кто внизу, выгонят – тогда вообще их целовать надо, - смеется женщина.

Ей есть с чем сравнивать. За полгода противостояний ей и оружием грозили, и за руки до синяков хватали. Бывало очень страшно. Но обошлось.

- Как то раз пришла – идут один с автоматом, а двое с пистолетами. За руку меня взяли, а я одна на этаже… Смотрю на него, говорю, что сыночек? А он: нет мама, вы хорошая, вы хорошая, идите, - вспоминает Вера Михайловна.

Простившись с общительной лифтершей, спускаемся вниз. По дороге Клим объясняет: не все то, что говорят сейчас о Майдане – правда:

- Много пишут о Майдане, что люди пьют и колятся… Есть много адекватных нормальных людей. Понимаете, этот послереволюционный синдром... Многие видели, как убивают людей, у многих товарищи погибли рядом с ними на баррикаде. Сами понимаете, это на психику очень влияет.

На этом наша экскурсия завершилась. Нам так и не удалось попасть на третий этаж, где, по словам наших собеседников, живут только те, кто делает ремонт. Хотя некоторые сотрудники КГГА утверждают, что оттуда до сих пор не ушли майдановцы. Клим отказал нас туда вести, сославшись на отсутствие времени. Напоследок лишь поделился своими соображениями относительно того, как долго еще его товарищи будут находиться в мэрии:

- Можно людей отпускать, пусть работают. Но эти люди, которые были на Майдане… Я считаю, что Кличко надо думать, как их обеспечить работой и жильем. Если бы не они, он бы в это кресло не сел. Поэтому он должен быть им благодарен.

После экскурсии вопросов о том, что же на самом деле происходит сейчас в здании на Крещатике, 36, меньше не стало. Кто, как и за сколько ремонтирует разгромленное здание, как удалось выселить из него революционеров и кто на самом деле сейчас живет в мэрии, мы спросили советника действующего главы КГГА Владимира Бондаренко Ярослава Кучера.

Ярослав, насколько я понимаю, по состоянию на 28 мая процесс выселения майдановцев из здания Киеврады уже подходит к концу. Как все проходило?

Мы никого не выбрасывали на улицу, мы покупали билеты для того, чтобы люди могли вернуться домой. Переселили часть людей на Труханов остров, а часть – в Украинский дом. Они сейчас там находятся. Бомжей, алкашей, наркоманов –всех их отправили.

Алкашей и наркоманов? Там и такие были?

Некоторые представители сотен майдана варили там какое-то вонючее зелье.

Это все было. Хотя кроватей с балдахином, о которых много писали недавно, там нет, это шутка.

Было оружие. Там даже одно время хотели сжечь это все. Но сейчас мы максимально сгладили эту всю ситуацию. Но надо закончить побыстрее ремонт. И оставить эту всю историю как воспоминание.

Сотрудники КГГА уже работают на Крещатике, 36 или до сих пор вынуждены ютиться в других помещениях?

Сейчас кабинет первого зама на втором этаже работает. Мы проводим там все рабочие совещания, поэтому он в абсолютно рабочем режиме доступен. Что касается остальных - есть уже распоряжение переселяться. Но персонал не спешит, потому что только-только прошли выборы. Мы не знаем, что будет с администрацией на самом деле. Потому что, возможно, администрации объединят и мы будем заниматься чем-то другим.

Недавно в СМИ много появлялось сообщений о том, что представителям Майдана, которые делали ремонт в мэрии не заплатили за работу. Действительно ли это так? Почему сложилась такая ситуация?

Там действительно был конфликт. Две компании, которые принимали платежи – их нашли они, с Майдана. Деньги им платит Киевсовет и спонсоры. Точную сумму назвать не могу, потому что лично я не видел этих документов. Так вот, человек, который получал финансы, после праздников ушел в запой. А к нам началось паломничество журналистов, тех же майдановцев. Они постоянно приходили, говорили, что, мол, нам не платят, нам дали лишь аванс и так далее… Они сказали, что после разговора с работниками администрации, которая на самом деле не имеет к этому отношения, люди получили аванс.

Так в чем, собственно, была проблема?

Ситуация была такая - есть две компании. Одна получила деньги и рассчиталась с людьми. Вторая компания получила - и забыла о своих людях с Майдана. Мы попросили первую компанию просто дать людям деньги на дорогу домой. Что касается полного расчета – мы все-равно с ними сотрудничаем, поэтому этот вопрос был бы урегулирован. Они выдали со своих средств под расписку в счет аванса, чтобы люди не поднимали скандал. Но нашим людям же всегда все мало. Они снова пришли и начали возмущаться, что им никто ничего не выплачивает, а выдали только аванс. Хотя этот аванс - это была исключительно инициатива компании.

Я так понимаю, эти компании нанимали майдановцев?

Компании эти достались нам в наследство и я уже точную предысторию всех этих взаимоотношений не скажу. Были другие истории, когда некоторые зарвавшиеся товарищи решили, что им все можно и они всем могут показать принципы "майдановской демократии" в их понимании.

Они (майдановцы – ред.) приходили сюда с шинами, разливали ведро бензина перед кабинетом председателя КГГА. Вот ставят 12 шин, выливают ведро бензина - и говорят, что если вы этого человека не назначаете, куда нам надо - мы поджигаем. Мы вас тут назначили нам и вами управлять. Причем, предприятия называют сразу громкие: зеленстрой, рынки, ритуальные услуги, парковки. Люди готовились заранее, а некоторых, видимо, еще и предыдущие руководители материально подогревали.

Один из вариантов был – я был свидетелем этого – один самообороновец говорит: нужно еще "Укргазбанк" назначить председателем правления нашего сотника? Владимир Дмитриевич Бондаренко ему говорит: да я и в Нацбанк могу, проблем нет. Я назначу в Нацбанк, немножко подлечусь, потому как после такого кадрового предложения скорее порекомендуют к врачам сходить - и на этом закончится! Вот такие методы работы…

Как же удалось договориться с этими людьми о выселении из мэрии?

Это уже не Майдан. Я был ведущим на Майдане. Был на сцене, в том числе, и в самые тяжелые ночи. Меня хорошо помнят, так как во многие тяжелые моменты я был со людьми на Майдане, а не сидел дома и пережидал, как некоторые революционеры. Поэтому и оказался, наверное, единственным человеком, который мог подсказать и взять на себя ответственность. Шли обычно на сцену и я никому не отказывал. А после памятного диалога с "Беркутом", после которого прекратился огонь, люди меня хорошо запомнили. В тот момент я взял ответственность на себя и решил идти до конца.

До того, как меня привлекли к освобождению КГГА, туда посылали очень много людей. Приходили и чиновники, и кто-то еще - понятно, что их не восприняли. Я занялся этим вопросом. И, поскольку они видели меня на сцене, видели по телевидению, потому мы нормально с ними общались. Мы отселили массу людей путем переговоров. Я лично выслушал множество историй о жизни людей, об их судьбах. Кому-то помогал элементарным советом - и это было важно в тот момент. Адекватных людей мы привлекли к работе в охране, ремонте и уборке помещения. Мы дали людям заработать.

По-Вашему, проблема уже снята?

По факту, сейчас будет опять неизвестно, как будет мэр заходить – у нас еще не было такого рабочего совещания общего. Задачу, поставленную Владимиром Бондаренко, мы выполняли на все сто процентов. Поэтому в спокойном рабочем режиме этот вопрос закрывается.

Но там, кроме того, что остались майдановцы, под КГГА постоянно присутствует группа… прохиндеев, иначе не скажешь, которые хотят себе что-то выторговать. Некоторые называют себя общественными комендантами. Некоторые причисляют себя к каким-то сотням, которые неизвестно откуда взялись. У нас были сотни, которые превратились в, без преувеличения, криминальные группировки. Они кошмарили все те предприятия, которые были в радиусе Майдана. Пробовали собирать чуть ли не с "Перепічки" какую-то дань. Это была серьезнейшая проблема в городе. Пока Киев этим вопросом серьезно не занялся.

И сейчас когда будет заходить, к примеру, мэр – они снова появятся. Вчера, когда ходил туда Кличко, я не успел туда пойти. Но, увидев фотоотчет, знаю, что там появились какие-то люди, которые вообще никакого отношения к КГГА не имеют. Какие-то сотни пришли, они начинают ему рассказывать о том, что мы тут освобождали, мы тут то, мы тут се…

Из КГГА вынесли все, что только можно было вынести. Ничего там нормально не сохранилось. Мы ловили там людей даже с люстрами. Даже сломали тот белый рояль, который стоял в Колонном зале. Там были ценные металлы, они сдали их на переплавку. Это просто варварство!

Возможно ли привлечь кого-то к ответственности за погромы и грабеж?

Сейчас есть уголовное дело относительно нанесенного этому зданию ущерба. Кто-то за это должен ответить. И чем больше определенные люди шантажируют нас, тем больше возможность, что о них вспомнят и их туда впишут, в это дело. Потому что реально давали возможность нормально уйти.

Сейчас там сколько людей находится?

Охрану здания обеспечивает сотня афганцев. Это все проходит документально. Есть поручение и они занимаются охраной. Майдановцы, которые занимаются ремонтом - это обычные люди. Кто-то занимался строительством, кто-то делал ремонты. Вот мы их и привлекли для ремонтных работ.

Сейчас там человек 50. И постоянно возникают конфликты, что кого-то не пускают. Они приезжают из Крыма, еще откуда-то и говорят: мы тут жили раньше, будем жить и сейчас. Семьи были с детьми. Муж, жена, ребенок бегает по этажам...

Тотальная была антисанитария. Когда мы закрывали кухню, драка была за продукты. Из-за того, что кто-то туда дал хлеб, кто-то дал какое-то сало, мы с теми не будем делиться, а мы с этими…. Пришлось применять физическую силу. Я пришел, поделили продукты пополам. Я говорю: так, вы переселяетесь в Украинский дом, приходите туда с едой. Потому что там тоже еда нужна, там наши братья и вам там жить. В Доме профсоюзов тоже нужна. Мы всем раздали.

"Нарнию" эту переселили. Это ужас. Они в лучшие дни Майдана собирали, чтобы вы понимали, по 10 тыс. долларов в день. В этих ящичках. Я никоим образом не пытаюсь на кого-то повлиять, но хотел бы заметить, что киевлянам не стоит давать деньги на поддержку Майдана. Потому что сейчас это уже идет не на благие дела.

Мы говорим этой публике: хотите ехать защищать страну – пожалуйста! В батальон записываем, который в Киеве был создан. Владимир Бондаренко очень проникся идеей создания этого батальйона. Мы отремонтировали машины, все сделали, вплоть до обеспечения оружия и оформления документов, чтобы они официально числились при МВД. Так что в Киеве у нас все организовано было не хуже, чем в Днепропетровске, который ставят всем в пример.

Так нет, они не хотят. Лучше же сидеть тут, пить… Эти люди с Майданом уже не имеют ничего общего.

Кто контролирует качество ремонта?

Есть технадзор. Есть все необходимые все документы, в том числе, и акты выполненных работ. Это все официально проводится и мы заставляем переделывать, когда что то сделано не так.

Сейчас на часть верхних этажей можно доехать только на лифте. И плюс некоторые этажи закрыты, потому что мы несколько раз красили. Заходит какой-то придурок к другу, грубо говоря – ведь по удостоверениям или нет, но, бывает, что пропускают – идет по коридору и кулаками проверяет, как гипсокартон "держит удар". Это такая местная забава.

Переделывали уже раза 4. Сейчас уже физически мы оградили отремонтированные помещения. Там, где было стекло, мы позабивали досками, там, где стены, тоже позакрывали. Ручки пооткручивали. Теперь дверь можно открыть только отверткой или плоскогубцами.

Вы упомянули, что то, что сейчас происходит в центре Киева – это уже не Майдан. Что Вы имели в виду?

Много ужасной публики. Это люди, которые только строят из себя майдановцев, пострадавших. Недавно 1+1 снял сюжет с одним парнем, который вроде бы был на баррикадах. С журналисткой он пообщался вежливо. Начали разбираться, оказалось, что у человека в его 20 с хвостиком уже есть "ходка". И справка из психбольницы.

Наверное, с такой публикой сложно иметь дело…

Я когда ходил по первое время - у меня чего только не было. Забегали в кабинет с оружием, автоматом Калашникова, ко лбу приставляли… Гранату приносили. Чеку отрывает и дает мне. Я видел, что граната учебная, поэтому держался нормально. Слабость показывать нельзя было ни в коем случае. Замечу, что я ходил всегда один и без какой-либо охраны. Меня все знают и бояться мне нечего.

Кто сейчас живет в здании мэрии?

Живут те, кто делает ремонт. И немного охраны. И все. По большому счету, там никого постороннего нет. Но бывает, что кого-то запускают. Ночью делается обход несколько раз. Все комнаты, все этажи проверяются, но бывает, что кто-то проскальзывает. Были уже несколько раз провокации. Особенно по отношению к журналистам, поэтому мы вынуждены журналистов сопровождать

О каких провокациях Вы говорите?

Из последнего – 24 мая мы выселили группу, которая была связана с российским ФСБ.Силовики Задержали людей. Члены этой группы – среди них был некий Саша Крымский - хотели устроить теракт.

Как удалось воспрепятствовать этому?

Случайно. Просто начали наводить порядок, начали проверять, что это за человек, откуда приехал, кто его знает. И где-то какую-то цепочку им там перервали.

Дело в том, что в здании должен был размещаться теризбирком. Мы уже к выборам все подготовили, но в последний момент получили предупреждение от силовых ведомств. Они сказали, что лучше теризбирком перенести. Да и правда – если подожгут, не дай Бог, 60 тонн бюллетеней… Не то, что мы боялись – просто, если есть возможность перестраховаться, почему нет?

Учитывая, что Вы уже имеете опыт в выселении тех, кто хочет жить в здании КГГА – как бы Вы посоветовали Виталию Кличко завершить начатое вами освобождение мэрии?

Мы для него были конкурентами на выборах, но реально я знаком с ним еще со времен Майдана. Рад, что вся эта эпопея с выборами закончилась.Я бы хотел ему посоветовать, чтобы он все-таки обратился к тем людям, которые уже занимались этим вопросом, потому что там есть определенная специфика. Напролом действовать нельзя. Время сейчас – на вес золота. И лучше его потратить на результат, чем снова начинать все с нуля и вести переговоры неизвестно с кем.

Проведена серьезная работа и очень бы не хотелось на последней стадии все это завалить.

Освобождение КГГА уже на завершающей стадии. Это просто нужно красиво закончить. И мы для этого много сделали.

Действительно, то, что я был на Майдане на сцене - это сработало. Меня восприняли. Я лично там был – и ночевал, и выселял, и заказывал автобусы, и физически их выносил, когда они просто были не в адеквате. Просто брали за штаны и выбрасывали. И я не вижу в этом ничего плохого. Потому что я – киевлянин, это мой город. Что они там засиделись? Выборы прошли!Пора домой!

Фото: Юрий Нагорный

Наши блоги