УкрРус

Инструктор из "Азова": мы бы и Кубань отвоевали, но сначала нужно вернуть восток

  • "Азов"
    1/1
    "Азов"| © Обозреватель/EPA

В тревожном ожидании очередного наступления российско-террористических войск все больше взглядов обращается к Мариуполю. Многие аналитики и военные эксперты утверждают, что Путину нужен этот город и его морской порт (однако, не стоит поддаваться панике). Оборону Мариуполя традиционно связывают с добровольческим полком "Азов", где, как утверждает российская пропаганда, собрались "прожженные нацисты".

Однако, как водится, картинка на российских телеэкранах кардинально отличается от реальности. Большинство добровольцев полка "Азов" составляют патриоты, которые никогда не исповедовали националистической идеологии, но не смогли оставаться в стороне, видя, как Кремль пытается уничтожить, развалить Украину.

В "Азове" собрались мужчины со всех регионов страны, есть и иностранцы. Интересный момент: есть и крымчане, которые собственным примером показывают, что записывать всех жителей полуострова в предатели - неправильно.

Александр Карабиненко – личность неординарная. Во-первых, потому что он – моряк из Севастополя, который бросил малую родину для того, чтобы не лишиться большой. Во-вторых, имея высокооплачиваемую работу (ходил в рейсы на иностранном торговом судне) и троих несовершеннолетних детей, пошел защищать Украину на Донбассе. Причем, отправился добровольцем не куда-либо, а в полк "Азов", конкуренцию которому по количеству слухов и ужастиков в среде "ватного" населения и российских СМИ может составить разве что "Правый сектор".

Теперь Александр Карабиненко под Мариуполем обучает "страшных нацистов-карателей" ориентированию на местности и секретам топографии – пригодился богатый опыт моряка.

В интервью "Обозревателю" Александр рассказал о причинах своего выбора, о том, как вернуть Крым и закончить войну на Донбассе, а также чего не хватает украинским воинам, чтобы отбросить оккупантов до самой границы.

"ИДТИ ДОБРОВОЛЬЦЕМ Я РЕШИЛ ПОСЛЕ ТОГО, КАК УВИДЕЛ ПАРНЯ, ВЫШЕДШЕГО ИЗ ИЛОВАЙСКА"

Александр, произошедшее прошлой весной в Крыму для вас лично - это оккупация или аннексия?

Для меня это оккупация. Мне 42 года, я ровесник тех ребят, которые заканчивали военное училище в 1990-х годах. Это мои друзья. Они пошли на службу именно в украинскую армию. Они давали присягу. Многие из них делали это искренне, не держа фигу в кармане, как, видимо, считают москвичи. Россияне блокировали воинские части, а мои друзья поддерживали украинских военных и морально, и материально - теми же продуктами. И потом вынуждены были покинуть Севастополь.

Наша квартира была "перевалочной базой" для людей, которые поняли, что им придется уехать после аннексии - потому что они поддержали украинских военных.

Например, была одна семья с двумя детьми. Им начали угрожать соседи. И даже когда они улетели в Америку, им через соцсети продолжают писать что-то типа: мы так и знали, что вы гады, предатели. Это пишут люди, все эти годы жившие с ними рядом. Соседи по лестничной клетке. Они перечеркнули всё, все 20 лет, просто потому, что эта семья поддержала украинских военных. За это их готовы ненавидеть.

Знаете, мои родственники были проездом в Киеве на Рождество. Они мне сказали: в Крыму 37-й год возвращается. Стучат друг на друга. Соседи на соседей. И это замотивировано со стороны государства, стукачество поощряется.

Это однозначно оккупация. Там все было совершенно не так, как это пытались представить российские пропагандисты. Впрочем, это уже признал и Путин – спустя год.

Как вы уехали из Севастополя?

Когда это все произошло, я учился в Киеве, в Академии водного транспорта. Работал на реке. Семью временно перевез в столицу – так было удобнее. А после начал работать в иностранном торговом флоте. Когда начался Майдан, я был в рейсе. Когда вернулся в марте – оказалось, что у меня забрали мою малую родину. Родину моих детей.

Фото из мирной жизни: в канадском порту

Мой старший сын, которому скоро исполнится 16, был на Майдане с первого дня. Жена все возмущалась: как его могли взять в 4-ю сотню Самообороны, если ему тогда было всего 14 лет. Сама она активного участия в этих событиях не принимала, но в центре города бывала, видела, что происходит. Ее родители, сестра остались в Крыму, и мои родственники там остались. Ей было трудно сформировать собственную позицию по отношению к тому, что происходит – но в итоге она определилась и поддерживает все, что происходило тогда в Киеве. Хотя она боялась тогда, боится и теперь. Как любая женщина. Женщины бы не отправляли нас на войну.

И тем не менее, вы воюете. Как восприняли ваше решение пойти добровольцем в "Азов" домочадцы? И как вообще родилось такое решение?

Я – торговый моряк. И когда началась АТО, я думал, что в нашей стране достаточно обученных людей (в милиции, в армии), которые могут закончить ее без моего участия. А я могу поддерживать их финансово - через волонтеров.

Так я думал до Иловайска. А потом увидел сына наших друзей, 20-летнего парня, который оттуда вышел. Он ночевал у нас трое суток. Парень постоянно спал. Потом просыпался, съедал бутерброд – и снова засыпал. Он был ужасающе молчалив. Я смотрел на него – и понимал: у парня внутри что-то происходит. Видимо, он увидел что-то такое, с чем его психика никак не может справиться.

Это стало одним из основных факторов, почему я решил идти добровольцем. Мобилизовать меня не могли: я прописан и состою на воинском учете в Севастополе, плюс ко всему у меня трое детей. Поэтому у многих моих друзей не складывается пазл в голове, почему я воюю – если меня никто не призывал через военкомат.

Я собрал семью и рассказал о своем решении. Жена была очень расстроена, когда узнала, что я подал анкету. "Азов" тогда еще не был частью Нацгвардии, можно было поступить на службу, а потом уволиться. Я верил, что мы повоюем несколько месяцев, быстренько все закончим – и я вернусь домой, к своей профессии, уйду в море. Я так думал. И так успокаивал свою жену.

Помогло?

Когда она узнала – три дня со мной вообще не разговаривала. Никак не могла это принять. Потом перешли к общению на уровне "сходи за хлебом". И только в декабре она спросила: как там? Какие у тебя планы? То есть, перешли на другой уровень. Мы со старшим сыном в шутку называем ее "наша домашняя ватница". Хотя она очень патриотична.

А дети как воспринимают?

Дети гордятся. Хотя сначала мама их убедила, что папе лучше не идти воевать. Потому что в случае чего они останутся одни в съемном жилье, зарегистрированные как переселенцы и никому не нужные. Сейчас все члены семьи приняли тот факт, что я служу в "Азове".

"Я ГОРЖУСЬ, ЧТО НОШУ ШЕВРОНЫ "АЗОВА"

Почему именно "Азов"?

Сначала я подал заявку в "Донбасс". Потому что Семен Семенченко из Севастополя. Потому что батальон был уже на слуху. Мне было все равно, по большому счету. Но этот парень, который прошел Иловайск - он был именно из "Азова". Потом уже друзья меня спрашивали: почему ты не спросишь у него, какие условия в этом батальоне. И я действительно позвонил, сходил на собеседование, сопоставил условия приема – и вот я здесь.

Начал службу, как только закончилась навигация на Днепре и все теплоходы были поставлены на отстой. Я официально уволился и ждал контракт с предыдущей моей киприотской компанией. Должен был уходить в Индонезию, перевозить уголь. И в этот момент меня начало накрывать. Моя совесть подсказывала, что я не смогу там быть. Даже помогая деньгами, не смогу чувствовать себя спокойно.

Откуда такая уверенность?

Когда проходила Помаранчевая Революция, мы были в Севастополе. Поддерживали ее оттуда. У нас только-только родился второй ребенок и родственники вместе с женой уговорили меня не ехать на Майдан.

Мы активно претерпевали преследования со стороны большинства жителей Севастополя, ходили в оранжевых шарфиках. Помню эпизод, когда жена со старшим сыном (ему было 5 лет) зашла в ветеранский магазин. У ребенка в руках был флажок с надписью "Ющенко-так!". И подпитая продавщица начала на него кричать – выйди, мол, отсюда. Выскочила заведующая, затолкала ее в подсобку…

Мы жили на конечной 6-го троллейбуса, на Стрелецкой, на первом этаже двухэтажного дома с отдельным входом. И у нас на крыльце постоянно висели оранжевые ленточки. По ночам наши противники их срывали и вешали синие. Даже в транспорте можно было услышать в свой адрес что угодно…

И я жене сказал: ты помнишь, как я мучился тогда, когда не поехал? И ты теперь, видя мою внутреннюю борьбу, хочешь опять мне запретить? Ты готова жить с таким мужчиной?

И она смогла меня понять. Хотя решение давалось очень тяжело. Но с 7 ноября меня приняли в "Азов".

Не жалеете?

Я горжусь тем, что ношу шевроны "Азова". Тут я встретил много хороших ребят, которые многому меня научили – я ведь сам не военный.

Считаю, мне повезло. Меня сразу приняли на должность инструктора. Я благодарен руководству "Азова" за то, что они увидели во мне человека, который был им нужен на тот момент. Я не проходил тренировочный лагерь, как любой рядовой. Прошел собеседование. У меня были рекомендации того парня, диплом бакалавра судовождения. И меня спросили, смог бы я обучать бойцов топографии, ориентированию на местности? Я ответил, что смог бы, потому что изучал и потом работал с картами. На суше – то же самое, только перевернуто.

Две недели усиленно позанимался – и сразу вступил в должность. До февраля был в тренировочном центре "Азова" в Киеве. А 20 февраля перевелся в артиллерию.

Как так случилось? Где карты, а где артиллерия?..

Я там преподаю. Тоже инструктор. Только добавилась работа с электронными картами, с планшетами. Благодаря "Армии SOS" у артиллеристов появилась очень хорошая программа. Слышали о "черной пантере"? Этот миф придумали сепаратисты, потому что наша артиллерия сейчас бьет очень точно, а они никак в это поверить не могут. Ищут подвох. Говорят: это какие-то сверхсекретные американские разработки. А это - наши ребята. Наши разработки. Наши ребята-волонтеры, которые в свободное от работы время еще и пишут эти программы для артиллеристов.

Почему вы решили перейти к артиллеристам?

Из-за собственного морального состояния. Те ребята, которых я готовил осенью, погибли при штурме Широкино. И я спросил себя: для того ли я пошел в "Азов", чтобы сидеть в Киеве? Понял, что должен быть полезным и принимать участие. Тогда и согласился перейти – в артиллерию меня звали с декабря.

Так я перевелся. Сейчас происходит полная активная фаза подготовки к возможному наступлению. И к сдерживанию сейчас, в условиях перемирия. Хотя я не сторонник перемирия.

Почему?

Потому что считаю: в обороне войну не выиграть. Люди не военные или пацифисты склонны думать, что можно договариваться. Но война - это обман. Любая. Благородства на войне очень мало. Война - это захват территории одной из сторон. Но это не значит, что сторона обороняющаяся не мечтает воздать тем же. Поэтому война - это плохо. Если взять в общем.

Но мы воюем на своей земле. И у нас есть мотивация… Украина - не захватническая страна, мы не нападали ни на кого. Мы защищаемся. Обороняемся. Но сидеть в обороне и мечтать, что мы победим - это неправильно. Надо вести наступательные действия. Тогда мы сможем и морально сломить врага, и вдохновиться сами. Нашему государству нужно определить цели. Что мы хотим – просто отвоевать свое или чего-то большего. И эти цели, эта политика должна оглашаться.

Надо подумать про социальную рекламу, которая будет вдохновлять людей, поможет им понять, что мы уже вовлечены в войну. Что это все происходит с нами.

Уже год как происходит. Начиная с оккупации Крыма. Потому что там тоже пролилась кровь. Пускай один-два человека - но она пролилась. Я знаю ребят из гарнизона, в общежитии которого убили Карачевского. Там служили мои сверстники.

"В ОБОРОНЕ СЕВАСТОПОЛЯ УЧАСТВОВАЛИ И МОИ ПРЕДКИ"

Вы сейчас большинство времени находитесь в Мариуполе, верно? Что там происходит сейчас?

Мариуполь изменился в лучшую сторону, стал более проукраинским. Особенно после обстрела "градами". Мариуполь больше украинский, чем тот же Бердянск в Запорожской области. Те небольшие города, прилегающие к зоне АТО, которые никто не бомбил, еще не сняли "розовые очки". Они все еще верят, что если бы Украине достался такой правитель как Путин, он бы навел порядок.

К сожалению, большинство людей - это люди с наследием постсоветского периода. Советские СМИ - это был эталон "правды". Поэтому многие люди оказались не готовы к демократическим изменениям в прессе. Ведь почему севастопольцы смотрели всегда только российские каналы? Потому что они считали, что в Украине - бардак. Как это может быть, что один канал одно говорит, а другой - другое? Они ставили себе тарелки и смотрели только российские каналы. На эту почву прекрасно легло представление о бандеровцах, которые хотят их захватить.

В итоге, мы звоним и говорим: кто вас хочет захватить?

"Мы укрепились блокпостами!". Вы поставили три бетонных блока, с кофе и бутербродами ждете мифических бандеровцев? Это как в старом анекдоте о наркоманах и участковом, когда он спрашивает у наркоманов "Что вы тут делаете?". А они ему: "Крокодилов гоняем". – "Так их же тут нет!". – "Так потому и нет, что гоняем!...

Вот это уровень севастопольской самообороны, которая нацепила потом медальки "За оборону Севастополя". И потом на форумах они еще пытались преподнести те события как "третью оборону Севастополя"!

Ребята, это же вообще кощунство! Мы же с вами вместе в детстве пели песню "Легендарный Севастополь, неприступный для врагов" в пионерских лагерях. И вы так и не поняли суть этой песни. Вы не поняли вообще ничего. Раз у вас произошла такая быстрая подмена понятий.

В обороне Севастополя участвовали и мои предки тоже. И они там были на равных – русские, белорусы, украинцы. И они лили кровь свою - ради идеи свободы. Добились ее ценой своей крови. А вы? Ценой бутербродов? Ценой кофе? Да, на Майдане тоже были бутерброды. Но там люди страдали. Измученные, грязные, под водометами на морозе… А у вас – почти пляж. "Третья оборона Севастополя"! У вас язык поворачивается ставить это в один ряд с теми оборонами?! Ребята, тогда с вами что-то не так.

Я многим так высказал. В том числе и одному хорошему знакомому, служившему в Черноморском флоте, в ансамбле – он музЫкант. Еще свежи в соцсетях его фотографии в форме украинского военного. И тут он выкладывает в "Вконтакте" фотографию, где стоит в российской форме...

Он изменил присяге. Для меня, человека не военного, это уже показатель. И он еще на титульной странице вывесил эту медальку, "За оборону Севастополя". Я ему написал: "Там не колет в области сердца эта медалька?". Он обиделся, удалил меня из друзей.

"БОЛЬШИНСТВО БОЙЦОВ "АЗОВА" РАЗГОВАРИВАЮТ НА РУССКОМ"

Вы вспомнили о мифических бандеровцах. Можете назвать, скажем, три мифа об "Азове", которые можете развенчать полностью?

Первое - это, наверное, миф, что в "Азове" - одни нацисты. Это основной миф. Большинство военнослужащих в "Азове" говорят на русском языке. Я многим своим крымским приводил пример: даже среди инструкторов в тренировочном центре у нас был луганчанин, дончанин, я из Севастополя, двое из центральной Украины, один киевлянин – и только один с Волыни. Даже глядя на это соотношение – неужели не понятно?

Да, на фоне других батальонов "Азов" – националистический. С точки зрения патриотизма и приверженности национальной идее. И это хорошо. Но там и близко нет того, о чем кричат российские СМИ – национализма на уровне нацизма.

Да, в "Азове" есть ультраправое крыло – и оно имеет право на существование в таком батальоне. Но большинство людей объединены не идеологией, а идеей – идеей нации. Об этом говорят и наши шевроны. И нация в моём понимании – понятие единой украинской нации, состоящей из многих национальностей. У нас воюют и этнические русские, и белорусы... Мы не делим людей по национальному признаку.

Хотя, если к нам придут, например, мусульмане, крымские татары – им могут вежливо порекомендовать обратиться в другой батальон. Или, допустим, в сотню "Крым". Просто им так будет комфортнее.

Нацистов у нас нет. Есть юноши, которые могут для селфи позировать, а потом выставить в соцсеть, чтобы девушек впечатлить. Но это не равнозначно тому, что творилось в нацистской Германии, где этот жест был обязательной атрибутикой приветствия. Это баловство. Но журналистам не всегда можно объяснить, что ребята просто шутили.

"Азов". Фото ЕРА

Второй миф об "Азове" - это, наверное, убеждение, распостраненное среди самих военных, что мы – элитное подразделение. Хотя это и не совсем миф. Это правда. Но лишь потому, что у нас дисциплина на высоком уровне. У нас – сухой закон. Пресекаются всякие вещи, ведущие к разрушению личности бойца. За всеми, конечно, не уследишь, но мы пытаемся. Да и внутренняя атмосфера на уровне. Не зря многие хотят к нам перейти. Потому что у нас – действующее подразделение с высокой внутренней организацией.

У нас высокие показатели по боевым действиям и очень низкий уровень потерь. Тут, кстати, есть заслуга и Сергея Таруты – как бы к нему не относились. Потому что еще осенью, когда нас штурмовали сильно со стороны Новоазовска, он выделил с "Азовстали" перекрытия для блиндажей.

Россияне, учитывая, сколько боекомплектов они в нашу сторону выстреляли, решили, что мы уже все мертвы. Нечто похожее повторилось и в этом феврале. На подходах к Широкино они шли в наступление как в российских фильмах о Великой Отечественной - в полный рост.

Потому что думали, что нас уже там нет, что они нас уничтожили. И они встали и пошли по полю в полный рост. И понесли большие потери.

Словом, миф о нашей "элитности" - следствие того, что многие наши командиры очень тщательно продумывают операции и оборонительные позиции. Поэтому у нас мало потерь. Не потому, что мы трусливый батальон, а потому, что мы дорожим бойцами.

А третий… Я бы, наверное, сказал, что это миф о том, что мы ненавидим русских. К русским, как нации, в наших подразделениях ненависти нет. Они воюют с нами плечом к плечу. Мы даже над ними подшучиваем, когда они не понимают объяснения, команды, отданные по-украински. Посмеемся – и переводим. Но мы их очень уважаем. Это хорошие ребята, хорошие бойцы.

Могу рассказать, как мы троллим москвичей. В период перемирия молодые ребята (в основном, из ультрас) скучают. Им нечем заняться в казармах - особенно учитывая, что у нас сухой закон. Вот они придумали себе развлечение. Берут ноутбук. Запускают чат Рулетка.ру. Ребята садятся, одевают балаклавы, вешают сзади американский флаг – и начинают искать собеседников. Стараются, чтобы это были москвичи, россияне. Происходит масса смешных диалогов.

Например?

"Вы же, - говорит ошалевший россиянин – славяне. Вы ж по-русски говорите". -"Да". - "Почему тогда флаг американский?". - "Потому что мы за Америку воюем". - "Как?!" - "А вот так. Вы же сами об этом говорите в своих СМИ. Вот Обама нам выслал флаг. Говорят, послезавтра придут паспорта американские. Первое обещание- флаг – он выполнил".

Вот в такой форме ребята развлекаются. Это хороший здоровый юмор. Мы смеемся над этим всем. Кроме того, люди с той стороны уже находится под пропагандой. И возможно, такой юмор их заставит в нас людей, увидеть, что мы способны шутить и высмеивать стереотипы, которыми наполнен интернет и российская пресса .

Читайте:"Эштон Катчер" с другом вывесили флаг США над Широкино: как "азовцы" троллят Киселева

Какими операциями своих подопечных вы гордитесь как инструктор?

Я всегда горжусь. Меня больше всего радует, когда пацаны возвращаются с боевых операций и говорят: "Друже Карабин, мы так насыпали! Было реально круто. И то, что ты нас учил - с точки зрения топографии, все вот эти способы определения координат на местности, рельеф и все – там, в поле, оно нам действительно пригодилось. И мы им задали жару, сожгли то, то, то". Бывало, что мои ребята и минометные расчеты, и танки, и бронемашины, и даже пехоту накрывали.

И тогда я чувствую, что я на своем месте, что не зря их учил. Я горжусь ими. Хотя я не участвую в прямых боевых действиях. Нахожусь на "передке", но не стою с орудием, за минометом, не иду корректировщиком. Честно говоря, хотел бы принимать непосредственное участие в боевых действиях. Даже просился. Но мой предыдущий командир сказал: отправить тебя в самое пекло - это все равно, что золотым молотком забивать гвозди. Запретил. Я сказал "Так точно!" - и не поехал. Не смог ослушаться приказа. Хотя и хотел.

Тренировка бойцов "Азова". Фото ЕРА

За год войны мы не раз слышали о случаях, когда и наши бойцы, и сепаратисты, попадали в плен по глупой случайности – просто потому, что случайно забредали прямо на блокпосты противника.

Почему, по-вашему, так происходит?

Могут забрести и по незнанию топографии. Действительно, было много случаев типа "ехали на ротацию, а попали на чужой блокпост". Я моряк. И я убедился: на войне действует та же формула, что и в море: 80% всех кораблекрушений – это человеческий фактор. И только 20% - это отказ техники, сбой спутниковой системы, еще что-то.

Люди ленятся заниматься самоподготовкой, посещать какие-то курсы. А потом мы удивляемся, как они могли забрести на вражеский блокпост. Объяснения "нас завел GPS-навигатор" - это смешно. Навигатор – это железяка. Задача человека – перепроверить маршрут. А еще лучше – свериться с другим источником.

Этому я их и учу. Говорю, что есть один метод, второй, третий. И что надо перепроверить себя хотя бы по двум способам из 4-х. А еще лучше – посоветоваться с другом, который может знать больше. А не так, как у нас – я проложил маршрут, поехал, а потом шлю sms-ки, что я в плену.

Наша армия и в этой области не была готова. Хотя даже старые карты могли сыграть важную роль. Но на руках не было даже их. Хотя на складе лежали, подготовленные к утилизации. Пусть уж хотя бы эти выдавали!

Возможно, они были слишком устаревшие?

Любая карта начинает устаревать с момента ее выпуска. Ее всегда нужно корректировать, вносить изменения согласно аэрофото- или космоснимков. Так делали, кстати, ребята из "Картографической сотни". Но если есть бумажные карты – зачем их перевыпускать? Это уже был плюс.

Знаете, мой командир говорил: я понимаю, почему мы некоторые сражения за некоторые населенные пункты проиграли. Ни для кого ведь уже не секрет, что в российских "гумконвоях" идет солярка, боекомплект. Так вот, когда очередной такой "гумконвой" приходит – подразделения "ЛНР" и "ДНР" приезжают и берут топлива и боекмоплекта столько, сколько могут увезти.

А у нас? У нас ведь АТО, а не война. Все нужно согласовывать, плюс - Минобороны и МВД не всегда дружат между собой. Поэтому прежде чем ты получишь боекомплект или топливо – нужно пройти долгую бюрократическую процедуру.

С одной стороны, здравая бюрократия нужна – чтобы это не расхищалось, не попадало посторонним людям в руки. Но, с другой стороны, ведомства должны были максимально быстро перестроиться под условия, в которых мы воюем. Минимизировать все ступени бюрократии, чтобы быстрее действовать.

Широкино после обстрела террористами. Фото ЕРА

Взять то же Широкино. Мы могли быстро отбросить противника до Новоазовска. Но нам пришлось волонтеров просить помочь деньгами, чтобы заправить свои машины соляркой.

Дали бы нам больше техники, тех же танков, которые нужны для наступления... Ведь невозможно наступать только мотострелковыми силами. Были бы у нас танки – мы бы их отбросили. Помог бы эффект внезапности: они не были готовы к наступлению. А мы были морально готовы. Мы к тому времени уже устали сидеть… Помешала неготовность наших тыловых служб, наших ведомств наверху - к тому, чтобы обеспечить это наступление. В результате имеем границу на юге по Широкино. А ведь могли попробовать взять Новоазовск. В любом случае, граница была бы иной – если бы нас обеспечили ресурсами.

Считаете, что высшее руководство – как армии, так и государства – до сих пор не готово к войне? За год ничего не изменилось?

Потихоньку меняется. "Азов", к примеру, уже доукомплектован тяжелым вооружением – в отличие от прошлого лета. Не знаю, как бы мы иначе держали Мариуполь. Тогда все легло бы на плечи ВСУ. Но некоторые нехорошие вещи продолжаются. Иногда мне кажется, что президенту не все докладывают. Что Главнокомандующий не все знает.

Я не военный, не вхож в круги руководства, поэтому мне сложно судить. Но почему-то кажется, что в командовании можно навести порядок. Сконцентрировать там серьезных думающих людей. Плюс, тут еще замешана геополитика, наверное, которая мешает руководству страны принимать какие-то решения. Потому что кроме войны им приходится думать и об остальной части Украины, и о наших взаимоотношениях с Европой, с МВФ…

Честно говоря, я не понимаю смысла создания Министерства информации. Возможно, понял бы, если бы видел реальные изменения, которых я ждал. Но по телевизору крутят те же российские сериалы, восхваляющие российских силовиков. Надо что-то с этим делать. Уже должны быть результаты.

Да, возможно, там планируют что-то на будущее. Вопрос в том, будет ли оно, это будущее, если мы ничего не сделаем сегодня?

Я для себя принял решение. Пусть оно давалось мне тяжело, пусть я думал 2 месяца - но я уже встал на этот путь. И я ради этого будущего воюю. Я тоже мог сбежать куда-то, как многие люди уезжают сейчас из страны. Я их понимаю и не могу осуждать: каждый боится за своих детей. Я тоже мог сбежать. И у меня, возможно, больше оправданий, чем у других. Я из Севастополя, у меня 3 детей, я переселенец... Я мог бы пустить слезу где-то в Польше, сказать: примите, меня преследуют. Но я хочу, чтобы у меня и моих детей было будущее.

Наверное, где-то там, наверху, на уровне руководства нашей страны должны все таки принять решение. Напрячься. Затянуть пояса. Выступить по телевидению с обращением к народу – давайте напряжемся. И народ поймет. Если это будет искренне, открыто. Давайте это сделаем и не будем больше бояться, сидеть в обороне. Мы заявим на весь мир, что на нас напала РФ. Они ведут против нас агрессию. Пускай это гибридная война, но это война. Надо что-то делать. А то, что мы сидим… Я не знаю, может, у кого-то есть какой-то мудрый план, о котором я не знаю, и он когда-то сработает...

"ЕСЛИ РОССИЯНЕ РЕШАТСЯ АТАКОВАТЬ С ВОЗДУХА, МАРИУПОЛЬ ПРЕВРАТИТСЯ В ГРОЗНЫЙ"

Судя по тому, что вы наблюдаете в районе Мариуполя – есть опасность наступления в ближайшее время? Видите ли Вы приготовления противника к атаке?

Да. Активизация есть. Они сосредоточили технику и живую силу по южному направлению. Атака будет. Они не блефуют. Вопрос в том, когда и какими силами. Пока Россия прячется за спинами ДНРовцев. Они прячут по ангарам, по гаражам - свою технику, солдат. Они как бы на втором плане – на первый выставляют "ДНР" и "ЛНР".

Мариуполь. Фото ЕРА

К тому же, там непонятно, кто во что одет и кого, в принципе, считать представителями "ДНР"/"ЛНР", а кого - российскими военными. Регулярную армию считать российскими военными? Или же военных, которые как добровольцы пришли и стали под флаг самопровозглашенных республик, но являются гражданами РФ?

А вообще "ДНР"/"ЛНР" - это миф, созданный Россией. Маска, под которой они прячутся. Все прекрасно понимают: не было бы России - не было бы и "ДНР"/"ЛНР". Мы бы разобрались с этой кучкой реакционно настроенных людей и диверсантов. А люди мирные - те же луганчане и дончане - вернулись бы к нормальной жизни.

Сейчас, после боевых действий, после гибели мирного населения, часть людей озлобилась на украинские власти, потому что потеряла близких. Горе и российская пропаганда способствуют этому озлоблению. Но после победы, находясь в Украине, они бы "выздоровели" - услышав правду, пообщавшись с земляками, которые воевали на нашей стороне. Живут же северные и южные штаты Америки после Гражданской войны? При том, что в южных штатах стоят памятники героям Конфедерации, улицы названы в их честь…

И мы жили бы. Если бы "старший брат", воткнувший нам нож в спину, оставил нас в покое. Ведь мы нормальная здоровая нация. Получившая, к тому же, после Майдана надежду на позитивные изменения в своей стране. По крайней мере, я, как и многие другие, ощутил надежду…

Она не исчезла сейчас?

Пока нет. Несмотря ни на что. Вот люди начинают критиковать правительство… Ребята, вы выбрали из своей среды того человека, который на тот момент мог сохранить страну. Я сейчас говорю о президенте Порошенко. Это мой президент. Давайте прекратим его критиковать. Потому что критиковать можно кого угодно. Мать Терезу поставьте над Украиной - и все-равно найдутся те, кто скажет: она недостаточно сильная, твердая, еще что-то.

Давайте уже перестанем это делать. Давайте начнем просто заниматься каждый своим делом. Перестанем давать взятки. Начнем экономить воду, газ и свет, убирать на улице за своими питомцами… И все будет хорошо.

Насколько готовы бойцы "Азова", ВСУ к возможной атаке? К чему мы не готовы?

Если будет атака с суши - мы готовы. И россияне понесут потери, превосходящие наши. Мы не готовы, наверное, к воздушным боям. К тому, что Россия рискнет и начнет играть, открыв все карты. Если они начнут применять авиацию и при этом нам не поможет запад (хотя бы не закроет воздушное пространство при помощи тех же НАТОвских эсминцев, которые стоят в Черном море) – нам придется туго. Мы знаем отношение Путина к гибели мирного населения, к потерям среди собственных военнослужащих. Он ведь не считает своих солдат за людей. "Бабы еще нарожают" - это его официальная позиция.

Своих средств для отражения атаки с воздуха у нас нет совсем?

Диверсионные группы, год назад захватив эту линию, где Славянск, Краматорск и сюда, южнее, а также оккупация Крыма оголили нашу систему противовоздушной обороны. Мы с этой стороны слепые.

Я не служу в ПВО, возможно, с тех пор что-то изменилось. Нам будет тяжело противостоять таким воору женным силам, как у РФ, в воздухе. Если они начнут применять авиацию - будут очень большие потери и среди военных, и среди мирных жителей. Среди мирных- больше. Мариуполь будет выглядеть, как Грозный.

"Я ВОЮЮ НЕ ЗА ОЛИГАРХОВ, А ЗА СВОЮ СЕМЬЮ"

А с моря возможен удар?

Провокации с моря возможны. Там большие корабли не зайдут. Но у России достаточно береговых катеров, и десантных катеров. Есть угроза со стороны Крыма, если начнется полномасштабное наступление.

Но морально мы готовы. Мы выдержим. Мы уже не те, что были летом. И мы готовы умирать. Не все, но большинство. Мы знаем, за что умираем.

Некоторые мои севастопольские друзья говорят, что я воюю за олигархов. Нет, я воюю за свою семью. За будущее своих детей. Я готов умереть за то, чтобы у них оно было. Может, смерти таких людей, как я, помогут остановить эту агрессию. Может, запад вмешается. Но отступать уже некуда. Мы уже отступали и то, что произошло в Дебальцево - это позор для нас. Мы могли бы не отступать.

Когда приезжаете из зоны АТО сюда, в мирный Киев, с каким отношением сталкиваетесь?

Среди людей, которые меня окружают, много патриотов. Многие хотели бы встретиться, поговорить, очень многие хотели бы просто хоть как-то поддержать армию, потому что не доверяют тем, кто с прозрачными коробками собирает деньги на АТО в метро.

Спрашивают: что вам нужно, ребята? Говорю: еды хватает. Сало, мед - хватает. Иногда хочется шоколадных конфет. "Вот тебе 500 гривен, купи конфет". Таких случаев много. Хотя есть люди, которые не скрывают негатив. А больше всего – людей-невидимок. Я их так называю. В целом же, во время перемирия люди в большинстве своем становятся более безразличными.

А там?

Там очень часто люди тебе не будут говорить о своем отношении. По разным причинам. Время покажет. Но там может кардинально отличаться один населенный пункт от другого. Люди, которые живут рядом с нами, которые общаются с ребятами – у них отношение меняется. Я, кстати, когда рассказываю, что приехал из Севастополя – очень удивляются. Не понимают, почему я, имея возможность получить паспорт РФ и жить в Крыму – приехал сюда, записался добровольцем. Это их ставит в тупик. И я вижу, что ни один из моих аргументов они не считают убедительным. Возможно, они считают меня сумасшедшим. Но в лицо об этом никто не говорит.

"НАМ НУЖНО ВЕРНУТЬ ВОСТОК. И ДУМАТЬ, КАК ВЕРНУТЬ КРЫМ"

Вы чуть раньше произнесли интересную фразу: обороной войну не выиграешь. Мы готовы – мы, вы, бойцы "Азова" – идти в наступление?

Да! Нам только нужны ресурсы – даже пусть те, что хранятся ещё со времен СССР. Они есть на складах, законсервированные. Нужно провести логистику. Дать возможность полевым командирам решить, какое оружие им нужно, не препятствовать в получении вооружения и особенно боекомплекта. Боекомплект нужен не только для наступательных действий, но и во время перемирия – для того, чтобы более эффективно обучать людей. Добровольцы ведь в большинстве своем – не кадровые военные. Это люди мирных профессий. Чтобы научить этих людей, нужно ездить на полигоны. И постоянно тратить боекомплект.

Сейчас мы знаем, что на том или ином складе есть то, что нам нужно. Но оказывается, что эти склады принадлежат МО, и МВД никак не может поспособствовать нам в получении этих боеприпасов. Если бы эти проблемы были решены, если бы уменьшилось количество бюрократических ступеней, больше объединили усилия – мы могли бы уже откинуть противника до границы. Потому что враг бы побежал. Ведь пока они сидят, они тоже же готовятся. Даже добровольцы. Они бы побежали, потому что они на чужой земле. Многие тоже устали немножко. Наше наступление способствовало тому, что они приняли бы какое-то решение. Немногие там готовы умирать за "ЛНР"/"ДНР".

Поэтому нам нужно не бояться наступать. Да, сейчас много шуток ходит, что мы бы и Кубань отвоевали. Это наша земля по праву, с тех времен. Но там, наверное, нас уже не будут так поддерживать. Поэтому давайте не будем спешить. Это мы оставим им самим. Когда они устанут от своего тоталитарного режима, и когда они захотят, чтобы мы пришли и освободили.

Но это - дело будущего. Пока нам нужно вернуть восток. И начать думать, как вернуть Крым.

Вы считаете, мы сможем вернуть Крым?

Конечно! Севастополь - это очень специфический город. Так сложилось, что я жил три года в Симферополе, в 80 км от Севастополя – там совершенно другие люди. Не в последнюю очередь, благодаря крымским татарам, которые живут в пригороде. Татары нас поддержат. Поэтому Крым мы вернем.

А Севастополь… Знаете, если они будут упираться – лично я готов их оставить как Калининград. Поставить КПП - и пусть живут. Да, я люблю этот город. У меня связано с ним много воспоминаний. Но если мы будем возвращать Крым - я готов им оставить этот кусок, эту их "самооборону". Провести кордон по Сапун-горе. Никаких полезных ресурсов там нет. Только скалы, уникальная бухта и военные пенсионеры. Там даже для курорта место неподходящее. Исторически так сложилось, что это "город русской славы". Пусть он им и остается. Хотя, если честно, Севастополь мог быть городом русской славы и в составе Украины. Если бы на этом не спекулировали.

Как относитесь к прозвищу "укроп"?

Это хорошее слово. Оно родилось не так давно, думаю, оно не несет обидных оттенков. Мы знаем что росСМИ нас часто называют карателями - и друг друга тоже в шутку называем карателями. Это нас не обижает.

Другое дело – слово "хохол". Оно имеет более длинную историю. Оно как вода камень точило отношения. Наши "старшие братья" в это слово вкладывали значение "селючок, недалекий человек". Это сейчас они уже не стесняются и "разжевывают" нам – салоеды, майданутые и так далее. Своего пренебрежительного отношения к нам они никогда не скрывали.

Я запретил знакомым россиянам употреблять в общении со мной это слово. После того, что сделала Россия, я больше не потерплю такого отношения.

------

Помочь бойцам:

ПриватБанк

5457 0822 3153 4830 (гривня)

Подзиваловський Дмитро Віталійович (координатор сбора денег для артдивизиона полка "Азов").

Телефоны:

050 6431108

067 8626865

Наши блоги