УкрРус

Заместительная терапия в Германии: как это работает

  • Заместительная терапия в Германии: как это работает

В результате реформ в наркополитике в ФРГ удалось заметно снизить вредные последствия инъекционной опиоидной наркомании. Важную роль сыграла при этом заместительно-поддерживающая терапия.

В середине 1990-х годов в Германии произошли существенные реформы в наркополитике. Главный вектор государственных усилий в работе с наркозависимыми сместился с полицейско-репрессивного на социально-медицинский. Следует учесть: в 1970-80-х годах инъекционное употребление опиоидных наркотиков, прежде всего героина, превратилось если не в массовое, то в социально тревожное явление в ФРГ. В больших городах у вокзалов, крупных транспортных узлов и просто в парках и скверах толпились наркозависимые. В Берлине возле станции метро "Зоологический сад" (или просто "Зоо") еще в 1994 году собиралось по несколько сотен человек. На сегодняшний день эта проблема практически решена.

Научно-обоснованные методы

Серьезной проблемой для немецкого здравоохранения стало распространение ВИЧ-инфекции. Публичные дискуссии и общественные кампании второй половины 80-х довели до массового сознания некоторые научные факты. Стало ясно: сколько ни гоняй наркоманов по улицам, они будут возвращаться в те же места в поисках необходимой дозы и привычного общения. Профилактика ВИЧ среди инъекционных наркопотребителей стала приоритетным направлением.

Ее основа - методики снижения вреда, программы обмена шприцев, низкопороговые наркодиспансеры, а также заместительно-поддерживающая терапия (ЗПТ). Из названия ясна суть: нелегальный наркотик заменяется на узаконенный, лицензированный препарат. Пациент уходит с улицы, прекращает криминальное поведение и, помимо медпомощи, получает амбулаторную социально-психологическую поддержку.

По данным бюро федерального уполномоченного по наркополитике, сегодня в Германии ЗПТ метадоном, бупренорфином или схожими препаратами (суботекс, метадикт и др.) получают около 75 400 человек. Схема такова: раз в день, обычно с утра, клиент приходит в медкабинет, где получает свою дозу заместителя, назначаемую индивидуально по решению врача. Принимать препараты можно в виде жидкости или таблеток, инъекции не нужны.

Метадон или бупренорфин действуют около суток без ярко выраженного эйфорического эффекта, в отличие от героина. Они тоже вызывают зависимость, но клиенту программы ЗПТ более не нужно воровать, обманывать родственников или заниматься предоставлением секс-услуг ради добычи наркотиков. Однако помимо физической зависимости есть и психологическая, чью мощь нельзя недооценивать. Здесь начинается, пожалуй, самая важная часть ЗПТ.

Социально-психологическая поддержка

"Много разных проблем связано с употреблением наркотиков - конфликты в семье, штрафы, суды, отсидки. Поэтому чисто психологическая работа - это лишь малая толика того, чем я занимаюсь", - рассказывает Александр Разран, терапевт по зависимостям и соцработник проекта Vista в берлинском районе Марцан.

Специалист родом из России, имеет 12-летний опыт работы в наркодиспансерах Берлина. Он занят исключительно русскоязычными клиентами, до недавнего времени считавшимися проблемной группой с наибольшим количеством смертей от передозировок, повышенным распространением ВИЧ и гепатита С. Большинство - мужчины, многие плохо говорят по-немецки. Начав употреблять героин в подростковом возрасте еще на территории бывшего СССР, такие люди, по свидетельству Разрана, в чем-то сравнимы с социально-некомпетентными подростками. Соцработник помогает им вести переписку с госорганами, встречается с родственниками, пытается вместе преодолевать регулярные жизненные кризисы.

Наркозависимость в ФРГ рассматривается как хроническое заболевание. Работа с клиентами длится годами. "Когда идея ЗПТ только разрабатывалась, предполагалось, что человек пару лет принимает метадон, доза постепенно снижается, и в течение года он выходит на ноль", - разъясняет Разран. Жизнь внесла свои коррективы.

"Если человек стабильно сидит на одном миллилитре - пускай. Ему это психологически помогает, уже не физически даже. Моя цель сегодня - стабильно низкая дозировка, может быть, на всю жизнь", - рассказывает терапевт. Он опровергает распространенные в России стереотипы об "ужасах" ЗПТ. Большинство клиентов Разрана сохраняют семьи, не умирают от передозировок, лечат сопутствующие заболевания, их родственники не страдают от созависимости. Бывают срывы и разочарования, терапию приходится возобновлять, но в целом острота социальной проблемы ощутимо снижается.

Как попасть в программу ЗПТ

Жителю Германии, желающему решить проблемы с наркозависимостью, для начала следует обратиться в наркодиспансер (Drogenberatungsstelle). Там соцработник, нередко дипломированный психолог, соберет анамнез: сколько лет употреблял, что и как часто. Исходя из этого, предлагаются три варианта. Первый: в больнице за 2-3 недели снять дозировку до нуля и вернуться в жизнь, на работу, в семью (что случается редко).

Второе: из больницы, не заходя домой, отправиться на полугодовую психологическую терапию - как правило, это делают, чтобы избежать тюремного срока. Третье: заместительно-поддерживающая терапия, оплачиваемая либо за счет страховки, либо социальным ведомством. В этом случае финансирование продлевается каждые полгода по решению комиссии социально-психиатрической службы, на которую клиент ЗПТ приходит вместе с соцработником или терапевтом.

После первых, еще полулегальных опытов с ЗПТ в середине 1970-х до наших дней в Германии пройден огромный путь, накоплено множество научной информации. Нельзя сказать, что у этой системы нет издержек. Да, есть неудачные примеры. Лишь меньшая часть клиентов полностью отказывается от употребления опиоидов, многие не удерживаются в программах ЗПТ, несмотря на то, что критерии участия в них радикально смягчились. Несколько лет назад в Берлине и Штутгарте открылись проекты ЗПТ с медицинским героином (диаморфином). Наверное, некоторые люди никогда не смогут бросить наркотики, но благодаря гуманному отношению они сохранят человеческое достоинство. А самое главное, жизнь.

Наши блоги