УкрРус

Переговоры с Асадом: только о передаче власти

  • Переговоры с Асадом: только о передаче власти

Ангела Меркель заявила, что не исключает переговоров с режимом Асада. В интервью DW эксперт по Ближнему Востоку Кристин Хельберг поясняет, как и о чем можно вести с ним переговоры.

Недавно официальный Берлин заявил, что не исключает ведения переговоров по прекращению гражданской войны в Сирии с представителями режима Башара Асада. Такое высказывание сделала канцлер ФРГ Ангела Меркель (Angela Merkel). Чуть позже министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер (Frank-Walter Steinmeier) заявил, что переговоры с Асадом - "не тот вопрос, который мы рассмотрим в первую очередь". О необходимости и перспективах переговоров с Асадом в интервью DW рассказала Кристин Хельберг (Kristin Helberg), журналистка и эксперт по Ближнему Востоку.

DW: В какой мере Башар Асад - ранее исключенный из процесса Западом как военный преступник - будет принимать участие в прямом диалоге?

Кристин Хельберг: Режим Асада является одной из сторон переговоров еще с 2012 года. В этом смысле Ангела Меркель не сказала ничего нового. Переговоры с представителями сирийской власти проходят регулярно. Их от имени мирового сообщества ведет Стаффан де Мистура, спецпредставитель ООН по Сирии, регулярно прилетающий в Дамаск. Но не следует понимать ситуацию неправильно и считать Асада партнером - к примеру, в вопросе борьбы с ИГ или по проблеме беженцев. Этого, я полагаю, Меркель не сказала и в виду не имела.

- Почему предыдущий диалог, очевидно, закончился ничем?

Когда в Женеве и Монтрё проходили диалоги с участием представителей сторон, нередко заявлялось, что режим Асада срывал переговоры. Причина была в том, что Асад сам и его люди не видели оснований для того, чтобы говорить о смене или о передаче власти в стране - ведь у них до сих пор хватает международной поддержки, в первую очередь от Ирана и ливанской "Хезболлах", которые воюют на стороне Асада. Кроме того, Россия в Совбезе ООН покровительствует Сирии. Неважно, насколько слабы позиции Асада у себя в стране. Указанная поддержка позволила ему во время переговоров не идти на компромиссы.

- Судя по высказыванию Меркель, можно полагать, что Асад мог бы способствовать урегулированию конфликта. Насколько он вообще дееспособен у себя на родине?

- В военном отношении позиции Асада весьма некрепки. "Свои" территории - Дамаск и Средиземноморское побережье - он может держать под контролем только с помощью Ирана, "Хезболлах" и России. Это означает, что ему особо нечего предложить альянсу, воюющему с ИГ. Подобный альянс продвигает Москва. Но это было бы ошибкой, так как Асад в Сирии вовсе не противостоит ИГ. Наоборот. Он выступает на стороне ИГ против других, в первую очередь против умеренных оппозиционных группировок. А вот что действительно нужно международному альянсу, так это введение наземных войск. Сирийская армия, которая фактически распалась, для этого не годится.

- В таком случае мысль о переговорах с Асадом в корне неверна?

- С Асадом надо говорить о передаче власти. Асад должен понимать, что в Сирии само все не наладится. Страна им более не контролируется, никто в Сирии не хочет прихода ИГ. Нам нужен некий третий вариант, альтернатива Асаду. Но для этого нужно его вовлечь в переговоры - необходимо, чтобы в диалоге участвовал и его представитель. Но надеяться на переговоры в Дамаске, чтобы вместе с Асадом решать проблему ИГ, в корне неверно.

Фатальной ошибкой Асада стали авианалеты на такие города, как Алеппо, а также целенаправленные бомбежки инфраструктуры. В результате таких атак в Сирии погибло всемеро больше людей, чем из-за действий ИГ. Это способствовало радикализации настроений в обществе. В конце концов люди стали видеть в суннитском "Исламском государстве" силу, способную их защитить. Такие действия Асада - первопричина всего, в том числе наплыва беженцев и усиления влияния ИГ. Нам нужно политическое решение, чтобы побороть "Исламское государство". А для того, чтобы сирийцы могли объединиться в борьбе против ИГ, чтобы могли иметь возможность найти альтернативу Асаду, нужно прекратить бомбардировки. Необходимо ввести запрет полетов над территорией Сирии. Мирные жители должны чувствовать себя в безопасности.

- Что сейчас в первую очередь требуется для решения проблемы?

- Параллельно с дипломатическими усилиями, которые, прежде всего, прилагает глава МИД ФРГ Штайнмайер, нам нужно военное давление. Пока Асад чувствует себя в безопасности, он не видит нужды отдавать власть. Закрытие воздушного пространства над Сирией стало бы мерой, которая подвигла его сесть за стол переговоров.

Также было бы неплохо начать обсуждать с Россией иную стратегию, однако не ради претворения в жизнь концепции Путина, а ради поисков альтернативы Асаду, чтобы получить возможность всем вместе бороться против ИГ.

Оппозиционные группы в Сирии располагают планом на переходный период для смены власти в стране. Речь идет о формировании переходного правительства без представителей режима Асада, а переговоры будут вестись только о подлинной передаче власти.

- Канцлер ФРГ назвала Асада лишь одним из многих действующих лиц, с которыми необходимо разговаривать. О ком еще может идти речь?

- За столом переговоров должны оказаться все стороны - Иран, борющийся за выживание Асада в Сирии, Россия, а также другие силы - Саудовская Аравия и, прежде всего, Турция. Всех их конфликт сильно затрагивает. Сложнее всего будет с Ираном - его интересы в Сирии заключаются в том, чтобы сохранить каналы поддержки ливанской группировки "Хезболлах". А для этого нужен Асад. Однако это идет вразрез с интересами оппозиции. Российские же интересы по сохранению власти в регионе можно удовлетворить с большей вероятностью.

- Угрожает ли переговорам с Асадом пропагандистская кампания с российской стороны?

- Любое высказывание какого бы то ни было западного политика о готовности к переговорам с сирийским режимом радует Путина, так как последний думает, что его расчеты оправдаются и Асада, путинского протеже, оставят у власти. Но я полагаю, что на самом деле Кремль готовится к наступлению постасадовской эпохи. Кто бы там ни пришел к власти, он должен будет считаться с Москвой, так как объем военного сотрудничества таков, что с Россией работать просто-напросто необходимо.

Наши блоги