УкрРус

Политбайка. Побег экс-ректора Мельника

Читати українською
  • Политбайка. Побег экс-ректора Мельника

Однажды ночью экс-ректор Налоговой Академии Мельник не мог заснуть. Мешал не только электронный браслет - хотя он впивался в запястье, колол миллионами микроразрядов и тихонько попискивал, буравя мозг ультразвуком.

Мешали воспоминания. Парламентские выборы, избирательный участок, женщина в сером, с растрепавшимся каре, и печальными глазами. "Что вы здесь делаете!? Приличные женщины в это время уже дома с мужьями спят!" - и, как пощечина, обжигающий презрением взгляд в ответ - такой, что слово "хам!" прозвучало почти нейтрально. Ирина... Почему ты оказалась по ту сторону баррикад? Почему я оказался по эту?..

Он тогда захлебнулся этим презрением, утонул в нем, еле вынырнул - и, чтобы не пойти ко дну окончательно, схватил этот заточенный в хрупком женском теле сгусток презрения и достоинства, приподнял и попытался вышвырнуть. Не из избирательного участка, нет - из своей вселенной, потому что сосуществовать в одном континууме невозможно, когда между двумя людьми - испепеляющая электрическая дуга неприязни...

Именно тогда что-то сломалось, пошло не так. Дискредитация, провал на выборах, враждебность оппонентов, недоверие товарищей... - "Да! Вы все после того случая стали ко мне по-другому относиться, все!" - Так что, когда розовые прямоугольники с портретами революционной поэтессы посыпались из пальцев, разжавшихся под взглядом недремлющих оперативников, Мельник не слишком удивился. Только сердце вдруг зашлось острой болью - но никто не поверил... Его допрашивали, его обыскивали, а он все глядел на разлетевшиеся по полу розовые "двухсотки" - аскетический лик поэтессы до жути напоминал исполненное презрения лицо Ирины Геращенко.

Ректор встал и прошел в ванную. С минуту бессмысленно смотрел в глаза своему отражению. Включил воду, ополоснул лицо. Браслет коснулся подбородка, кольнул микроразрядом. Мельник поежился, вспоминая отвратительный звук, с которым браслет замкнулся на его запястье. И механические слова человека в белом, активировавшего дивайс: "Если. Браслет. Покинет. Территорию. Квартиры. Или. Будет. Нарушена. Целостность. Браслета..."

Черта с два! Он не доставит им такого удовольствия. Браслет не покинет территорию квартиры. И целостность... Кто сказал, что для избавления от браслета нужно нарушить именно его целостность?

Мельник потянулся к черной продолговатой коробочке с золотыми тиснеными буквами "Золинген" и достал оттуда клинок опасной бритвы...

...Оперативник, чьей фамилии мы уже не узнаем, дрожащей рукой набирал номер главы МВД.

- Кровь, товарищ министр! Вся ванная в крови... А в мойке - большой палец левой руки. Отрезан, да. Там же - опасная бритва и браслет. Да, немедленно к Вам! Бегу!

Оперативник быстро и аккуратно сложил в полиэтиленовые кулечки палец, бритву и браслет - и опрометью бросился из квартиры. Если бы он дослушал слова министра... Но он не дослушал. Он только успел заметить, как в кулечке с вещдоками заискрились красным тревожные диоды и противный писк на грани ультразвука резанул слух. "Если. Браслет. Покинет. Территорию. Квартиры..." Грохот сотряс дом беглого ректора.

Бледный заместитель докладывал министру подробности случившегося и сообщал о принятых мерах: пограничные пункты проинформированы, всем подразделениям милиции дана ориентировка, проводятся розыскные мероприятия... Министр рассеянно слушал, кивая. Потом поднял на заместителя взгляд, и тот сразу умолк.

- Молодцы. - бесцветным голосом сказал министр. - А знаете, что? Отправьте оперативную группу по вот этому адресу...

…По этому адресу его и нашли. Он лежал у входной двери, и кожа его была белее мела. Внезапно дверь отворилась, и на пороге возникла женщина с депутатским значком, аккуратно уложенным каре и красивыми грустными глазами. Женщина окинула удивленным и недовольным взглядом замерших в молчании оперативников, потом увидела лежащего экс-ректора и тихо ахнула. Оперлась о дверь, но тут же отдернула руку и, поледнев, прислонилась спиной к косяку: по светлому дереву двери ползли неровные буровато-красные буквы: "Ирина Владимировна, простите меня!"

Женщина тихо сползла по косяку, закрыв глаза. Потом взяла себя в руки и снова взглянула на неподвижно лежащего лицом вниз экс-ректора. Подняла взгляд на столпившихся оперативников. Несмело коснулась рукой плеча Мельника.

Оперативники молчали...

Наши блоги