УкрРус

Миф о мигрантах: видимые меньшинства и невидимое большинство

  • Миф о мигрантах: видимые меньшинства и невидимое большинство

В блогах циркулируют "закрытые данные" об этносоставе населения Москвы. Русских якобы становится все меньше. Откуда появляется такая информация, и как выглядит нацвопрос в столице?

В начале июля в блогах появилось множество перепостов так называемых "закрытых данных о национальном составе населения Москвы", из которых следует, что в столице РФ якобы проживает всего лишь 31 процент русских, 14 процентов азербайджанцев, 8 процентов украинцев, 5 процентов армян, столько же таджиков, узбеков, казахов и киргизов вместе взятых и так далее.

Несвежая утка

Источник "закрытых данных", разумеется, нигде не называется, но простой поиск в Google показал, что ровно те же самые цифры с точностью до процента появлялись на форумах националистов еще 7 лет назад. В качестве источника информации тогда называли журнал N11 журнала РБК за 2007 год. В котором, действительно, была статья о мигрантах Москвы, но без каких-либо точных статистических данных.

Более того, автор публикации цитировал высказывание социолога Георгия Сатарова, который жаловался на отсутствие статистики: "В исследованиях мы можем опираться только на конкретную информацию, которой в данном случае ни у кого нет". Так что "закрытые данные" оказались "уткой", к тому же несвежей.

Не исключено, что националисты попытались реанимировать старую дискуссию в преддверии своей массовой акции, которая должна была состояться 25 июля. Московские власти не согласовали шествие, но сразу после подачи заявки в блогах вновь откуда-то возникли "закрытые данные".

Большинство мигрантов - русские

DW решила снова попытаться выяснить, каков сегодня национальный состав столицы. Доктор исторических наук, профессор факультета антропологии Европейского Университета Сергей Абашин отметил, что точной статистики количества и состава трудовых мигрантов по Москве по-прежнему не существует. Самое надежное - опираться на данные по России, считает социолог. Их легко найти на официальном сайте ФМС РФ. Например, по состоянию на 2 июля 2015 года в городах Российской Федерации проживает около 550 тысяч мигрантов из Азербайджана, примерно столько же - из Армении, больше 2 миллионов - из Узбекистана и примерно 1 миллион мигрантов из Таджикистана.

"Что касается Москвы, то можно ориентироваться на перепись 2010 года, из которой следует, что в Москве проживает около 11 миллионов человек, из них примерно 80 процентов - русские, а около 20 процентов - остальные национальности", - говорит он.

Однако большое число граждан не регистрируется и не попадает в перепись, но фактически живет в Москве, отмечает Абашин: "А еще очень сложно отделить Москву от Московской области. Многие живут и работают в Москве, а зарегистрированы в Подмосковье". Кроме того, жители Калужской или Владимирской областей, русские по национальности, постоянно приезжают на заработки в Москву. Они не регистрируются. Приезжают поработать на пару недель, а потом возвращаются домой.

"Отделить и зафиксировать их практически невозможно, такая статистика не ведется", - говорит Абашан. Очевидно, по мнению ученого, одно: люди больше замечают миграцию с Северного Кавказа, между тем как основная ее часть - из других регионов России, русская.

Лишь треть потока сегодня из Центральной Азии

Если говорить об изменениях, можно утверждать, что, скажем, миграция из Молдавии осталась на том же уровне, что и год назад. Из Центральной Азии уменьшилась примерно на 15 процентов, причем большая часть гастарбайтеров приезжает из Узбекистана и Таджикистана, а вот миграция с Украины увеличилась существенно - на 30-40 процентов. "Но это в значительной степени - беженцы и переселенцы, а не гастарбайтеры. И не все они в Москве, многие переехали в близкие к Украине регионы".

Ольга Вендина, ведущий научный сотрудник Института географии РАН, также отмечает, что на состав мигрантов заметно повлияли украинские события. И это, с ее точки зрения, единственное существенное изменение на сегодняшний день. "Мигранты из Средней Азии составляют треть потока. Узбекистан дает самый большой процент как наиболее населенная страна", - утверждает Вендина.

Меньше внимания - меньше ненависти

Получается, что по большому счету ни этнический состав населения Москвы, ни миграционные потоки в последнее время не изменились. А тема миграции и интеграции сегодня волнует россиян гораздо меньше, чем два года назад, когда националистические беспорядки в Бирюлево грозили перерасти в погромы, констатируют эксперты. По наблюдениям DW, у русских националистов сегодня крайне мало шансов завоевать широкое признание и из-за раскола в их среде - о его причинах DW писала осенью 2014 года.

Уровень ксенофобии напрямую связан с работой СМИ, полагает Сергей Абашин. В 2013 году, когда были выборы мэра Москвы, тема миграции, по мнению эксперта, "всеми педалировалась", причем все кандидаты на пост мэра высказывались по отношению к приезжим резко негативно. Соответственно, и опросы населения, которые проводились в это время, фиксировали всплеск негативного отношения к мигрантам. "Люди отвечали, что эта проблема беспокоит их больше всего, - вспоминает Сергей Николаевич. - В последние годы информации на эти темы в СМИ стало меньше, акценты переместились на Украину и противостояние с США, и потому значимость этой темы в головах людей ушла на второй план".

Зачем мигрантам интеграция?

"Есть представление о том, что все мигранты должны быть интегрированы, - говорит Ольга Вендина. Но как интегрированы?" Предполагается, что они должны приспособиться к российскому укладу, хотя интеграция - это не одностороннее, а встречное движение принимаемой и принимающей сторон, объясняет эксперт. "Но сколько бы ни говорилось о двустороннем пути, на практике целевой группой интеграционной политики остаются мигранты, а не местные жители", - замечает Вендина.

Она предлагает разделять экономический и социальный каналы интеграции. По ее мнению, мигранты хорошо интегрированы в экономическую ситуацию, есть трудовые каналы, по которым они могут устроиться. Они знают, как себя вести, куда пойти, к кому обратиться. С социальной интеграцией дело обстоит гораздо хуже, но это вопрос мотивации людей. По мнению Вендиной, государство не может настаивать на интеграции, пока само принимающее сообщество нельзя назвать интегрированным: "Если иметь в виду, что есть некие законы и нормы жизни, единые для всех - надо, чтобы эти законы соблюдались, а у нас самих это, к сожалению, не так".

Однако, в том случае, когда мигранты планируют остаться в России надолго - а таких, по утверждению социолога, не более трети - они начинают сами искать пути интеграции. И государство участвует в этом процессе опосредованно - через детей и школы. "Дети интегрируют родителей, принося другие, принятые в этом обществе практики. Они овладевают языком и обучают ему родителей", - отмечает Ольга Вендина.

Наши блоги