УкрРус

Путин ведет свою игру: эксперты назвали условия реального мира на Донбассе

  • Путин ведет свою игру: эксперты назвали условия реального мира на Донбассе
    Обозреватель/ЕРА

В Минске начались новые переговоры контактной группы, посвященные миру на Донбассе. Ранее стало известно о подготовке проекта соглашения, которое предполагает, что стороны возьмут на себя ряд обязательств: немедленно прекратить огонь, отвести тяжелое вооружение от линии разграничения, обеспечить беспрепятственные поставки основных товаров в зону АТО, а также способствовать освобождению заложников.

В итоге, по состоянию на 20:00 субботы, 31 января, переговоры в Минске завершились без подписания документа.

За все время существования минского формата, увы, не удалось достичь главного: реального, а не декларируемого, прекращения огня. О том, при каких условиях может быть достигнут мир на Донбассе, "Обозреватель" спросил российского политолога, руководителя Центра восточно-европейских исследований Андрея Окару и координатора группы "Информационное сопротивление" , нардепа от "Народного фронта"Дмитрия Тымчука.

АНДРЕЙ ОКАРА, политолог, руководитель Центра восточно-европейских исследований (г.Москва)

-Будет ли подписано соглашение в предложенном виде?

-По моим ощущениям, есть один фактор, который является тормозом для украинской стороны. Это боязнь того, что подобные решения могут быть очень негативно восприняты теми, кто находится на переднем крае войны. Украинские бойцы могут не понять такого шага, интерпретировать его как предательство и направиться в сторону Банковой.

-Почему это может быть расценено как предательство? Ведь мирные переговоры преследуют цель сохранения человеческих жизней. Разве не так?

-В принципе так. Но у власти пока не получается пояснить обществу и, прежде всего, армии логичность и последовательность своих действий.

-И все-таки: какой шанс на подписание документа?

-Я думаю, что шанс, может быть, 40%.

-Если соглашение не будет подписано в таком виде, что может быть зафиксировано сегодня в Минске?

-У меня есть сомнения, что вообще что-то может быть подписано. С одной стороны, есть желание, а с другой стороны, есть какая-то сложная рефлексивная игра сторон. Все подозревают друг друга в какой-то двойной игре. Исходя из этого, собственная позиция тоже подвергается коррекции. На этом основывается теория рефлективного управления.

Подписание украинской стороной подобного рода пунктов может быть расценено как сдача украинских интересов – вкупе с расформированием батальона "Айдар". У власти, насколько я понимаю, есть опасения по поводу нового бунта, очень мощного – причем бунта не с "коктейлями Молотова", а бунта обстрелянных, воевавших людей с серьезным вооружением. Мне кажется, это тоже является фактором, который может очень серьезно сдерживать.

-Какое решение сегодня бы устроило "обстрелянных воевавших" людей?

-Создание условий для введения в Украину международных миротворческих сил и для восстановления контроля над российско-украинской границей с украинской стороны.

-То есть пока будет достаточно даже создания предпосылок, условий, движения в этом направлении?

-Да.

-Как вы расцениваете шансы на установление реального мира на Донбассе? Какую роль в этом может сыграть минский формат?

-Если говорить о вероятности такого решения в ближайшие несколько месяцев, то я оцениваю ее в 25%. Минские договоренности, которые были и которые могут быть, я оцениваю в 50%.

-Переговоры ведутся уже так давно, но ощутимого прогресса пока нет. Что может быть главным аргументом для установления реального мира?

-Это подлинная позиция Кремля и позиция консолидированного Запада. Абстрактный консолидированный Запад постоянно выражает обеспокоенность, но при этом его помощь в разрешении этого конфликта недостаточна.

-А как же санкции? А как же финансовая и военная помощь Украине? Вы считаете, что этого недостаточно?

-На данный момент эта поддержка половинчатая. Наверное, Украина должна очень серьезно поблагодарить Запад за то, что есть. Но пока она недостаточна.

ДМИТРИЙ ТЫМЧУК, координатор группы "Информационное сопротивление"

-Удастся ли достигнуть прогресса на переговорах в Минске?

-Вне зависимости от того, в каком формате проводятся переговоры, где они проводятся, суть остается той же, которая была понятна уже в сентябре. Нельзя ожидать успеха от мирных переговоров по одной простой причине: чтобы кто-то давал гарантии под эти переговоры, необходимо, чтобы вторая сторона конфликта, а точнее, инициатор и разжигатель конфликта – Российская Федерация, признала свою ответственность. Без этого никакие переговоры смысла просто не имеют. Любые переговоры о мире возможны только тогда, когда Путин скажет: "Да, я несу за это ответственность, и я даю такие-то гарантии".

Без этого все переговоры бессмысленны.

-А если в переговорах примут участие Петр Порошенко и Владимир Путин?

-Опять-таки, Путин скажет: "Я посредник, а вы договаривайтесь с Захарченко и Плотницким (главарями "ДНР" и "ЛНР" - ред.)". А если снова будет срыв, он скажет: "Ну, я пытался повлиять, но мы тоже не всесильны" - и разговор заканчивается.

Путин ведет свою игру. Для него непризнание Россией своей агрессии дает зазор по маневру на 360 градусов. Он делает все что угодно, исходя из тактического момента. В этих условиях требовать чего-то от "ДНР" и "ЛНР" невозможно, поскольку это не самостоятельные игроки.

Даже если на переговорах будет не Порошенко, а Господь Бог – если Путин не признает свою ответственность, смысла в них нет.

-В проекте соглашения, которое может быть подписано, речь идет об отводе тяжелого вооружения от линии разграничения. По вашим оценкам, сколько тяжелого вооружения сегодня сосредоточено с обеих сторон?

-Точную цифру вам никто не назовет, потому что потери идут с обеих сторон постоянно. Одновременно идет пополнение – украинская сторона подводит вооружение со своей стороны. С противоположной стороны мы постоянно фиксируем заброску все новых и новых колонн – боевых бронированных машин, танков, артиллерии. То есть, это настолько плавающие цифры…

-Благодаря чему сегодня украинской армии удается удерживать противника на линии разграничения?

-Как бы там ни было, украинская армия научилась воевать. Столько месяцев боевых действий – боевой опыт уже есть, и он играет свою роль. Это во-первых. Во-вторых, мы научились использовать артиллерию по назначению. За срыв образования дебальцевского котла надо сказать спасибо, в первую очередь, нашим артиллеристам.

Мы научились использовать как личный состав, который научился воевать, так и боевую технику и вооружение.

-Делали ли вы оценки потерь противника?

-Мы не занимаемся оценкой потерь - с нашей стороны с июля, со стороны противника – с сентября. По той причине, что у нас отсутствуют механизмы четкой оценки таких потерь. Мы можем сделать оценку потерь в каком-то конкретном столкновении на протяжении трех суток, зная, куда увозят "двухсотых", куда поступают "трехсотые". Но давать картину в целом по театру военных действий было бы некорректно с моей стороны.

Наши блоги